350 человек пришли на панихиду по Юрию Буданову.
Цифра ничтожна – на похоронах Гайдара и Политковской было куда больше. Но за спиной тех, кто «пришел к Буданову», – миллионы. Угрюмая, насупленная, катающая желваки «шукшинская Россия». Она, как известно, долго запрягает – но уж если поедет...
Общество уверено, что власть «покровительствует чеченцам», что у них в России больше реальных прав, чем у русских, а вот у русских в Чечне и вовсе прав нет
Общество сочувствует Буданову. Больше того: общество уверено, что с ним поступили несправедливо, когда посадили в тюрьму. Барометр самой современной в мире конструкции – Жириновский – не зря примчался на похороны. До этого он в особых симпатиях к Буданову замечен не был. Симпатизирует он только себе, своему рейтингу – и ищет, где глубже...
Я далек от того, чтобы считать покойного полковника «рыцарем без страха и упрека». Но помню суд над ним – этот суд имел явный политический подтекст. Логика понятна. Война заканчивалась. Жестокостей в отношении мирного населения Чечни было много. Чеченцы обижены. А России надо начинать мирно жить с Чечней. Значит, нужно показать народу Чечни, что Государство Российское заботится и о чеченцах. А тут – как нарочно – подвернулся «казус Буданова». Ну и расплатился за всех... Его послали воевать, а потом его телом еще раз заткнули амбразуру.
Виноват ли был Буданов?
Разумеется.
Жестокое убийство, им совершенное, – факт. Конечно, если во время войны находят снайпера (а снайперами часто бывают как раз женщины), его уничтожают. Как это конкретно происходит – с насилием или «вежливо», я, разумеется, судить не берусь. Но, с другой стороны, не доказано, что убитая Будановым женщина действительно была снайпером. Больше того, снайпером вроде бы была не она, а ее мать. То есть не «была», а обвинялась в этом. Впрочем, этот вопрос следствие практически не изучало.
Словом, был заказ на «показательную порку» для успокоения чеченцев. Ее и выполнили на примере Буданова.
#{best_opinions}Но каковы бы ни были обстоятельства «дела Буданова», общество в них не хочет и не будет закапываться. Фанатам Буданова все ясно: герой войны предан своей страной и убит «чеченскими отморозками». Антифанатам Буданова все ясно – кровожадный насильник и убийца получил, наконец, свое. Договориться тут в принципе невозможно. Кстати, в российском обществе есть и малочисленная, но активная группа «антифанатов» Буданова – в основном, как ни странно, из числа правозащитников, которые вроде бы должны защищать всех. Но, как видно, и они тоже люди, делят мир на «своих» и «врагов». Буданов попадает во «враги». А непримиримости к врагам нас учить не надо – 70 лет учили... «Кто не с нами – тот против нас», «Если враг не сдается – его уничтожают». К чему-чему, а к холодной гражданской войне Россия всегда готова...
Однако в данном случае не столь велика симпатия к самому Буданову, как возмущение по адресу чеченцев. Что его убили чеченцы из мести, из «кровной мести», уверены все. Хотя доказательств не привел никто.
Это и есть главный политический урок данного дела.
Если бы не было напряжения между русскими и чеченцами, не было бы и таких эмоций по поводу убийства Буданова (а может, не было бы и самого убийства).
Но эти выстрелы показали еще раз то, что все и так знают.
Войны между Россией и Чечней – нет. Но и единой страны – нет. Нет государственной границы – есть жесткая психологическая граница, между «мы» и «они». С «той стороны» выстрелили – и Буданов убит.
Поэтому каждый раз такую реакцию вызывают «убийства болельщиков» – никто не верит в простую «бытовуху». Ищут убийства «на почве национальной неприязни». Больше того. Общество уверено, что власть «покровительствует чеченцам», что у них в России больше реальных прав, чем у русских, а вот у русских в Чечне и вовсе прав нет.
Опять же, так это или не так, проверить невозможно. Легко найти любые примеры, подтверждающие любую точку зрения. Но в России люди воспринимают ситуацию именно так. А идея, овладевшая массами – как известно, реальная сила.
При всей абсурдности (Конституция провозглашает единство страны, Чечня сама не хочет отделяться от России с ее бюджетом; это фантастическое «отделение», не решив никаких проблем, только породило бы ворох новых и т.д. и т.п.) эта идея «простого и радикального решения» очень популярна. И при свете выстрелов это опять стало ясно.
Что же делать? Как «решить проблему»?
Не хочу говорить самоочевидные банальности о соблюдении законов, борьбе с ксенофобией (кстати, ксенофобия бывает с двух сторон!) и т.д.
Ясны три вещи.
Проблема есть, и прятать от нее голову не получается.
Никаких «окончательных решений» тут не существует.
Если невозможно ничего решить, то надо учиться совместно жить, идя на компромиссы. Например, тот факт, что Буданова хоронили с воинскими почестями, наверняка не понравится многим в Чечне. Что ж, очень полезно, пусть знают, что в России делается далеко не только то, что может понравиться в Чечне, но и то, что может понравиться в России.
А «отношений, приятных во всех отношениях», боюсь, у нас еще долго не будет.
Источник: Сайт «Актуальные комментарии»