В современную эпоху глобализации люди, корпорации и даже суверенные государства вынуждены ежедневно конкурировать с другими в различных сферах деятельности. Каждая страна имеет свои конкурентные преимущества, которые позволяют ей претендовать на успех в современном мире. У России их всего два – нефтегазовый сектор и ядерное оружие. Производительность труда у нас в 3–4 раза ниже, чем в промышленно-развитых странах, и более высокий уровень жизни достигается за счет нефтегазового комплекса. По факту Тюменская губерния кормит всю Россию. Наличие доставшегося в наследство от Советского Союза ядерного арсенала позволяет проводить суверенную линию во внешней политике, не опасаясь большой войны. Много это или мало? Достаточно для того, чтобы считаться состоявшейся современной страной. При этом надо прекрасно понимать, что действительно состоявшихся и суверенных стран в мире не так много.
У нас есть прекрасный шанс создать свой Русский Ватикан
Однако опыт ведения бизнеса в капиталистических экономиках, который насчитывает не один десяток лет, говорит, что в день, когда ты перестаешь усиливаться, ты начинаешь терять свои позиции. Поэтому мы должны каждый день искать возможности для выявления и реализации новых возможностей, для появления у нас новых конкурентных преимуществ. Здесь часто говорят о новых технологиях. Развитие данного направления является ключевым в рамках заявленного президентского курса на модернизацию. Новые технологии – это, конечно, очень хорошо, они делают жизнь более приятной и положительно сказываются на интеллектуальном уровне нации. Однако доходы от высоких технологий в России никогда не станут сопоставимы с нефтегазом, существенную долю в данном секторе получить сложно, мир уже давно полностью поделен. Переиграть Запад или Восток, и то в случае очень большой удачи, можно будет только на новом витке научно-технической революции.
У России есть очень сильный козырь, который может значительно усилить наше влияние в мире и который остается сейчас по-прежнему без внимания. Этот козырь – Русская православная церковь. После трагического падения Константинополя в 1453 году Россия быстро стала наиболее сильной и влиятельной православной державой, таковой она является и по сей день. При этом Русская церковь может стать очень мощным инструментом нашего влияния, прежде всего, на постсоветском пространстве и на Балканах. Другое дело, что этот инструмент надо еще создать, пока мы имеем лишь идею и исходный материал.
В средневековой Европе, да и сейчас Ватикан представляет собой очень влиятельный центр силы и в политике, и в финансах. Ватикан сыграл далеко не последнюю роль при крушении восточного советского блока в конце 80-х. И думаю, что в этом вопросе вполне можно перенять опыт католиков.
Как известно, театр начинается с вешалки, а любое коммерческое или политическое дело – с бюджета. Известно, что Ватикан владеет значительными финансовыми ресурсами, являясь, в том числе, игроком на фондовой бирже. Создание коммерческого и инвестиционного банка, а также управляющей компании под крылом Церкви стало бы правильным решением. Многие мои коллеги и автор этих строк были бы не против поработать в данной структуре. Думаю, стартовый капитал могли бы без проблем дать наши основные компании, а также взносы частных лиц. Можно также задействовать международные резервы. Объем международных резервов Российской Федерации по состоянию на 23 сентября 2011 года составлял 526 млрд долларов США, выделение даже 1% от данной суммы в пользу церковного инвестиционного банка дало бы ему хороший стартовый капитал. На эти цели также могли бы быть направлены доходы от приватизации. При этом пока, к сожалению, приватизация возможна только после стабилизации ситуации на финансовых рынках. Сейчас индекс РТС примерно в два раза ниже исторических максимумов 2008 года.
Следует также напомнить, что до большевистского переворота церковь владела в Российской Империи значительными активами. Не очень понятно, почему они не были ей возвращены, особенно на фоне массовой приватизации 90-х, когда нефтяные компании уходили с молотка по цене небольших предприятий в Восточной Европе. Церковь вынуждена нести на себе значительные расходы. Чтобы выглядеть конкурентными на фоне других религий, наши храмы должны выглядеть богато, а в них должны быть сильные и успешные люди. Для строительства и реставрации храмов нужны деньги. Для миссионерской деятельности и работы за рубежом в интересах российского государства и бизнеса также нужны деньги.
При этом недавнее состоявшееся при активной поддержке Владимира Путина объединение Зарубежной церкви с Московским патриархатом дает прекрасную возможность для лоббирования интересов России, наших граждан и бизнеса во всех частях света. За рубежом храм часто является местом консолидации русской диаспоры. Естественно, для реализации данного проекта должна измениться и сама церковь, превратившись в самостоятельный центр силы. То, что церковь должна быть вне политики, является очень спорным утверждением, которое стоит оставить на совести коммунистов, либералов и прочих богоборцев.
Возможно, церковь не должна активно вмешиваться во внутреннюю политику. Но может быть самостоятельным игроком во внешней, игроком, который в какой-нибудь стране поддержит интересы нашего Министерства иностранных дел или Газпрома. Известно, что нашим компаниям достаточно сложно даются покупки высокотехнологичных компаний за рубежом. Однако ситуация может развиваться по-другому, если покупателем выступит не российская частная или государственная компания, а например, фонд прямых инвестиций, контролируемый управляющей компанией РПЦ. Внутри страны церковь, имея хороший бюджет, могла бы взять на себя некоторые социальные функции, с которыми у нас достаточно слабо справляется государство. Церковь могла бы организовывать больницы, детские дома и.т.д.
То, что церковь должна быть вне политики, является очень спорным утверждением, которое стоит оставить на совести коммунистов, либералов и прочих богоборцев
Конечно, сама церковь нуждается в модернизации. Ментальность руководства должна быть заточена на реализацию данного проекта. Период посткоммунистического восстановления завершается, и в нынешнем глобальном мире у РПЦ есть прекрасный шанс для экспансии, прекрасный шанс стать сильным глобальным игроком. Но это невозможно без четкого осознания своих целей и реальностей глобального мира, без поиска союзников и правильного позиционирования себя. Мир сильно изменился за несколько последних десятилетий и продолжает быстро меняться дальше.
К сожалению, далеко не все заявления представителей РПЦ выглядят адекватными, самой громкой историей была, наверно, относительно недавняя тема дресс-кода. Мое твердое личное наблюдение: люди, естественно, не служители церкви, которые очень любят поговорить на тему морали и поосуждать других за неправильное с их точки зрения поведение (часто именно на тему взаимоотношений полов), в душе обычно оказываются очень гнилыми, а их поступки дают им однозначную характеристику и всегда диктуются элементарной завистью, жадностью и прочими пороками. На самом деле все это очень грустно, так как означает, что церковь пока не готова к конкурентной борьбе. При этом хорошо известно, что если ты не интересуешься борьбой, борьба заинтересуется тобой. У нас есть прекрасный шанс создать свой Русский Ватикан и дать России конкурентное преимущество, сопоставимое с нефтегазовым сектором и ядерным оружием.
Специально для газеты ВЗГЛЯД