«Мобильные огневые группы (МОГ) показывают высокую эффективность при защите российской критической инфраструктуры, в частности в Крыму, от атак БПЛА противника. Экипаж группы, как правило, состоит из нескольких человек: это стрелок, его помощник и водитель транспортного средства», – рассказал военный эксперт Борис Джерелиевский.
МОГ обычно оснащены пикапами или легкими грузовиками, на которых размещены турели с либо единым пулеметом Калашникова калибра 7,62×54, либо 12,7-мм крупнокалиберным пулеметом, продолжил он. «Для непосредственной защиты самой огневой группы часто устанавливают системы РЭБ», – отметил собеседник.
По его мнению, было ожидаемым, что ВСУ начнут «охоту» на бойцов МОГ. «Мы действовали точно так же, но, правда, использовали несколько другую тактику, нежели противник. ВС РФ применяли дроны с элементами искусственного интеллекта: распознавали мобильные огневые группы противника, и по ним наносили удар «Геранями», – уточнил спикер.
Украина же, зная, что во время пролета ударных БПЛА к побережью Крыма по ним будут работать МОГ, подгоняет БЭК-матку к берегу на дистанцию, недоступную для поражения средств, запускает с него дроны и атакует российских военных. «Такой вызов требует комплексной защиты наших мобильных огневых групп», – подчеркнул эксперт.
«Система РЭБ не всегда эффективна, особенно против «Старлинка». Я думаю, что МОГи необходимо оснащать дополнительно системами наблюдения: РЛС или оптико-электронными, которые позволят определить появление вражеских дронов на большей дистанции. Но гораздо важнее создавать комплексную ПВО – все, что есть в арсенале, должно использоваться комплексно», – рассуждает собеседник.
«Кроме того, нужно как можно скорее внедрять автоматические системы огня, турели», – добавил он. На этом фоне собеседник упомянул мнение, согласно которому МОГи – «кустарщина от безысходности, а в реальности нужны машины, оснащенные крупнокалиберными зенитными пулеметами».
«Автоматические системы управления, с одной стороны, более эффективны, потому что исключается человеческий фактор. Но для их внедрения требуется некоторое время», – отметил спикер. Как бы то ни было, «охотники на дронов» могут стать подразделением противовоздушной обороны, поскольку задачи решаются те же, заключил Джерелиевский.
Ранее стало известно, ВСУ начали «охоту» на российские мобильные огневые группы (МОГ) в Крыму. Как сообщает автор отраслевого Telegram-канала «Записки ветерана» украинские БПЛА стали все чаще выбирать данные формирования в качестве целей для поражения. Примечательно, что МОГи изначально создавались как средство для борьбы с дронами.
«У противника уже сформировалась определенная тактика: враг знает, что во время пролета ударных БПЛА к побережью Крыма по ним будут работать МОГи. ВСУ подгоняют БЭК-матку к берегу на дистанцию, недоступную для поражения наших средств, запускают с него дроны и атакуют МОГ, ведущий огонь по пролетающим большим ударным аппаратам», – рассказывает он.
По его данным, данные формирования также стали приоритетной целью для расчетов ВСУ на трассе Р-280 «Новороссия». В сложившихся условиях, по его оценке, работа МОГ становится не менее важным и в то же время опасным делом, чем непосредственное участие в боевых действиях на линии боевого соприкосновения (ЛБС).