Руководители EG, политологи Клифф Купчан и Йэн Бреммер, замечают, что в преддверии президентских выборов в США на первый план вышла внешнеполитическая повестка, однако места для трансатлантических отношений в ней не нашлось. Из-за этого Европа со временем засомневается в американском лидерстве, характере трансатлантических взаимоотношений и общих ценностях, на которых они построены.
«Сегодняшние противоречия гораздо труднее преодолеть – они отражают глубокую нехватку уверенности европейской общественности в идее единой Европы и в достоинствах глобализации. Эта неуверенность совпадает с опасным процессом размывания трансатлантических отношений», – соглашается с политологами аналитик Центра Карнеги – Европа Джуди Демпси, передает РИА «Новости».
По ее словам, уже мертва идея, вокруг которой создавался Европейский союз: принцип открытости границ стран – членов сообщества. «Европа расколота, уязвима и плохо стоит на ногах. Национальные правительства идут в разные стороны», – отмечается в докладе EG. Центробежный тренд отчетливо проявляется на примере трех ведущих европейских стран – Франции, Германии и Великобритании, ищущих новых партнеров по интересам.
Париж склоняется к альянсу с Москвой – французское правительство расценивает терроризм как крупнейшую угрозу для всего континента и, в отличие от американцев, британцев и немцев, ведет наиболее активную кампанию в Сирии, добавляют эксперты.
Президент Франции Франсуа Олланд делает ставку на Россию как наиболее важного партнера в достижении главной, на взгляд Парижа, цели для Европы – сокращение притока сирийских беженцев к границам ЕС. Более того, после терактов во французской столице Олланд не обратился к НАТО с призывом о коллективной защите при нападении на одного из членов альянса, поскольку при этом практически невозможным стало бы сотрудничество с Россией.
В Берлине, в свою очередь, понимают, что политика «открытых дверей» Меркель сработает только когда удастся сократить поток беженцев, попадающих в ЕС через территорию Турции – страны, осложняющей жизнь НАТО своими действиями и целями в Сирии.
Великобритания же ставит на Китай по экономическим причинам – стране необходимы зарубежные инвестиции на развитие инфраструктурных проектов, деньги на которые трудно найти внутри ввиду политики жесткой бюджетной экономии. Противоречие альянса Лондона и Пекина принципам Трансатлантического партнерства Европы и США подчеркивается тем фактом, что британцы присоединились к китайскому проекту Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (АБИИ), невзирая на критику со стороны Вашингтона.
Аналитики Eurasia Group ожидают, что в нынешнем году эти факторы скажутся на противоречиях Трансатлантического союза по поводу конфликта на Украине, где европейцы с меньшим, нежели США, энтузиазмом приняли введение санкций в отношении России. Эксперты полагают, что совпадут интересы Франции, озабоченной собственной безопасностью, и пророссийски настроенных европейских лидеров, например Виктора Орбана и Алексиса Ципраса, и образование такого блока приведет к снятию европейских санкций с Москвы. Вашингтон, в свою очередь, не последует примеру трансатлантических партнеров.
«В 2016 году трансатлантические отношения больше не будут играть решающей роли в определении приоритетов для европейской и американской политики», – заключают эксперты.