За пять месяцев около 100 будущих гастарбайтеров должны будут освоить рабочую специальность, выучить русский язык и познакомиться с национальным законодательством, обычаями и традициями России, передает BBC.
В курирующей этот проект российской Федеральной миграционной службе уверены, что иностранные граждане еще до выезда в Россию должны знать язык, иметь профессию и гарантированное место работы, поскольку плохое знание русского языка осложняет их правовое положение в России и часто становится причиной того, что иностранные рабочие оказываются жертвами мошенников.
На каждом уроке преподаватели и студенты Российско-таджикского Славянского Университета (РТСУ) проигрывают десятки речевых ситуаций, в которые попадают мигранты в России – с момента прилета в аэропорту, знакомства с перспективным работодателем до посещения аптеки или продуктового магазина.
#{smallinfographicleft=427336}«Научить за пять месяцев иностранца русскому языку очень сложно, поэтому мы отрабатываем те речевые ситуации, которые могут пригодиться в России. Программа у нас элементарная, но даже и она непросто усваивается мигрантами», – поясняет преподаватель центра Ильмира Самадова.
«Вам эти ситуации и вопросы могут показаться очень простыми, но многие из моих учеников не могут ответить на них. Были случаи, когда сотрудник российской таможни спрашивает у мигранта: «Наркотики есть?», а гастарбайтер, не понимая, о чем идет речь, одобрительно кивает: «Есть», – продолжает Ильмира.
Студенты этого пилотного проекта – в основном выходцы из сельских районов Таджикистана, как и большинство таджикских мигрантов, приезжающих в Россию. Для многих из них миграция стала единственной возможностью заработать деньги, чтобы финансово поддержать свои семьи.
У кого-то из ребят за плечами неполный курс средней школы; другие получили аттестат, но не смогли поступить в вуз из-за отсутствия средств.
Многие из них признались, что согласились учиться из-за предложенных ФМС России гарантий: при условии успешной сдачи экзаменов они получат разрешение на работу в РФ и будут трудоустроены.
18-летний Фируз приехал учиться на курсы из Фархорского района Хатлонской области, расположенной на юге Таджикистана. Он с трудом говорит по-русски, но очень хочет выучить язык.
«Продолжить учебу после окончания средней школы не смог, потому что не было денег, – рассказывает Фируз. – В нашей семье русским владеют только отец и старший брат. Я поступил на курсы, чтобы выучить русский, получить специальность и быть уверенным, что мне помогут устроиться легально в России».
В конце ноября на заседании Госдумы был принят в первом чтении законопроект об обязательном знании русского языка трудовыми мигрантами, занятыми в ЖКХ, торговле и сфере бытового обслуживания, причем знание это должно быть документально подтверждено, например, сертификатом о прохождении гостестирования.
По словам главы представительства ФМС в Душанбе Виктора Себелева, мигранты являются самой бесправной прослойкой населения в России: обычным явлением стали случаи, когда у них при приеме на работу отбирают документы, а потом ничего не платят.
Себелев отмечает, что из миллиона таджикских гастарбайтеров 80% выезжают на заработки в Россию стихийно, при этом мигранты либо совсем не говорят по-русски, либо изъясняются с большим трудом.
«Все кто едет, особенно в первый раз, не зная русского языка, часто попадают к недобросовестным работодателям и недобросовестным посредникам. Они за оформление разрешительных документов просят от 8000 до 25000 рублей, (тогда как официально) разрешение стоит всего лишь 2 тыс. рублей. Часто такие документы еще и фальшивые, что сразу же делает приехавшего нелегалом, и он оказывается под угрозой выдворения», – говорит Виктор Себелев.
Трудовая миграция в Россию из бывших союзных республик давно стала частью криминального бизнеса, в который вовлечены сотни людей, и тот факт, что вновь прибывший работник не знает языка, выгодно тем, кто наживается на проблемах мигрантов.
#{ussr}«Как правило, это соотечественники рабочих. У этих дельцов есть свои люди в ФМС, медицинских учреждениях, российской полиции. Разрешительные документы фальшивые, но деньги при этом идут немалые», – признает представитель ФМС.
В миграционных службах двух стран понимают необходимость создания системы организованного привлечения рабочих рук в Россию, но пока эта система только формируется.
«Мигрантов все-таки нужно готовить – в России или в странах, откуда они приезжают. В любом случае, на родине это намного дешевле и комфортнее для самих людей», – считает Марина Кофтун, руководитель русского центра фонда «Русский мир» при РТСУ.
После распада Советского Союза Таджикистан покинуло более миллиона русскоговорящих жителей страны, два года назад в Таджикистане был принят новый закон «О государственном языке», в соответствии с которым русский лишился статуса языка межнационального общения. Это спровоцировало новую волну отъезда из страны русскоговорящих.
«В республике огромнейший дефицит преподавателей русского языка и литературы. Желание учить язык есть, но нет возможности. Отсюда и плохое знание русского у мигрантов», – говорит Марина Кофтун.
Министерство образования Таджикистана пригласило из России около 400 учителей русского языка и литературы – то же самое происходило и сто лет назад, когда в республике открывались первые школы.
«Россия нуждается в трудовых ресурсах и поэтому в ее интересах, чтобы мигранты знали язык и хотели приезжать на работу в Россию, – говорит проректор РТСУ Рахмон Ульмасов. – Если есть желание вести грамотную миграционную политику, российским властям необходимо опираться на народы Центральной Азии. Это важно, поскольку наши страны объединяет общность истории».
Пока Россия лидирует в списке приоритетных для молодых таджиков стран. Однако в последнее время в Таджикистане растет и число тех, кто отдает предпочтение английскому и китайскому языкам. Местные эксперты связывают это с усилением ксенофобии в России и с участившимися там случаями насильственных смертей гастарбайтеров.