Российский флот ледокольных СПГ-танкеров пополнился новым судном, которое было построено на российской судоверфи «Звезда» на Дальнем Востоке. Речь идет о танкере самого высокого ледового класса Arctic7 «Константин Посьет». Это второе судно такого класса после «Алексея Косыгина», который начал перевозить грузы с января.
Эти танкеры очень нужны российскому заводу «Арктик СПГ-2», который попал под санкции США. Расширение ледокольного флота поможет проекту нарастить объемы производства и экспорта газа.
Дело в том, что почти восемь месяцев в году обычные газовозы не могут добраться до арктического СПГ-завода. «Именно высокотехнологичные грузовые танкеры – самые эффективные для работы в суровых условиях Арктики. Повышенная маневренность и высокий ледовый класс дают им возможность самостоятельно, без ледокольной проводки, преодолевать двухметровые льды» – отметил премьер-министр Михаил Мишустин.
На «Арктик СПГ-2» уже давно введены две очереди мощностью по 6,6 млн тонн каждая, то есть вместе они способны производить минимум 13,2 млн тонн в год. Однако в реальности пока могли поставлять лишь несколько тонн. «Объемы производства на СПГ-заводе "Арктик СПГ-2" зависят от двух факторов. Во-первых, от возможности вывозить, то есть наличия специального флота. Сейчас это главный фактор, который ограничивает объемы производства. Вторая проблема – это мощность приемного терминала. Вся продукция с СПГ-завода идет только на один терминал в Китае, который был специально выделен для поставок подсанкционного российского СПГ. И его мощность значительно меньше, чем две очереди "Арктик СПГ-2"», – говорит Игорь Юшков.
Технически первые две линии проекта мощностью 6,6 млн тонн в год каждая давно готовы, но в прошлом году было экспортировано только около 1,3 млн тонн, говорит Сергей Кауфман, аналитик ФГ «Финам».
Чтобы нарастить производство и экспорт, нужно больше танкеров самого высокого ледового класса. Только они могут без ограничений круглогодично подходить к терминалу «Утренний» на Гыданском полуострове в ЯНАО, где находится завод «Арктик СПГ-2». «Основная проблема в том, что большую часть года – с ноября по июнь – на терминал "Утренний" могут заходить только танкеры высокого ледового класса Arctic7. Другие танкеры могут ходить только в самый теплый период, когда ледовая нагрузка минимальна, и с разрешения Росатома. Танкеры с меньшим ледовым классом тоже имеют свои ограничения», – рассказывает Юшков.
Как изначально планировался проект? Пока строятся три очереди «Арктик СПГ-2» мощностью 19,8 млн тонн в год, на дальневосточной «Звезде» будет построено 15 специальных газовозов Arctic7 вместе с партнерами из Южной Кореи. Плюс еще 6 таких судов произведут в самой Корее и поставят потом в Россию.
Однако строительство как самого СПГ-завода «Арктик СПГ-2», так и специальных танкеров класса Arctic7, пришлось уже на период введения самых жестких санкций со стороны США в этой сфере, то есть без доступа к западным технологиям и оборудованию. Поэтому ситуация сильно изменилась. Действовать пришлось, исходя из того оборудования, которое к тому моменту успели доставить в Россию.
Как только были построены первые очереди «Арктик СПГ-2», США ввели санкции и против непосредственно самого завода.
Почему проект остался без нужных ему танкеров? Причина снова в санкциях.
«Россия сама никогда не строила подобные танкеры, они технологически более сложные, чем нефтяные танкеры. И даже те СПГ-танкеры, которые сейчас сданы в эксплуатацию – это "Алексей Косыгин" и теперь "Константин Посьет", – строили из судокомплектов, которые успели поставить из Южной Кореи
до того, как партнер разорвал отношения из-за санкций. По неофициальным данным, только для трех газовозов, строящихся на "Звезде", успели поставить специальную мембрану от французской компании. Два танкера уже введены в эксплуатацию, третий обещают до конца года. И тогда встанет вопрос: а мы все-таки сами смогли освоить производство оборудования для этих танкеров, в том числе этих специальных мембран, или нет? Насколько реально наладить серийное производство собственными силами? Это пока вопросы без ответов», – рассуждает Юшков.
Изначально флот «Арктик СПГ-2» состоял вообще из одного танкера Arctic7 «Кристоф де Маржери». В январе к нему добавился первый танкер со «Звезды», теперь – второй оттуда же. К концу года обещают третий. В итоге флот будет состоять из четырех танкеров ледового класса, которые смогут вывозить СПГ с проекта круглогодично.
По расчетам Юшкова, если изначально 19,8 млн тонн СПГ с «Арктик СПГ-2» планировалось вывозить с помощью 21 танкера Arctic7, значит, с помощью четырех таких газовозов смогут нарастить экспорт до 3-4 млн тонн в годовом выражении.
Что касается расширения приемных мощностей в Китае, то Пекин уже работает над этим. По данным Reuters, Китай планирует открыть второй импортный терминал для приема СПГ с российского подсанкционного проекта.
Этот терминал – Лункоу – должен заработать в октябре этого года, его пропускная способность составит 5 млн тонн в год. Это немного меньше, чем у терминала Бэйхай в 6 млн тонн, на который уже приходит российский подсанкционный СПГ с августа 2025 года.
Таким образом, суммарная приемная мощность двух китайских терминалов составит 11 млн тонн в год. Это немного меньше, чем мощность двух очередей «Арктик СПГ-2» в 13,2 млн тонн. Дойти до 19,8 млн тонн точно не получится, потому что это мощность трех очередей завода, но третьей очереди нет, и ее строительство пока под вопросом, говорит Юшков.
«Поставлять оборудование для строительства новой очереди запрещено, и Китай тоже отказался собирать свои модули в Белокаменке, но, может быть, они до этого дойдут. Но на данный момент третьей очереди завода нет. Поэтому задача стоит выйти хотя бы на 13,2 млн тонн», – говорит Юшков.
Ранее планировалось один за одним строить много заводов – следом за «Арктик СПГ-2» шли «Обский СПГ», «Мурманский СПГ», «Арктик СПГ-1», «Арктик СПГ-2». Теперь эти проекты тоже под вопросом. И дело не только в том, получилось ли импортозаместить необходимое оборудование и технологии. Есть еще и финансовая проблема. Как рассказывает Юшков, планировалось, что «Новатэк» будет предоставлять ресурсную базу и привлекать иностранных инвесторов, которые бы выкупали до 49% в проекте. За счет этих средств и планировалось строить новые заводы. Теперь вся эта цепочка разорвана, иностранцы не приходят и денег не дают, и собственных технологий для строительства крупнотоннажных заводов пока нет, хотя Россия двигается в этом направлении. Но пока всю номенклатуру оборудования для строительства крупнотоннажных СПГ-заводов мы все-таки не делаем, заключает эксперт ФНЭБ. Плюс сохраняется проблема со строительством ледовых газовозов и, соответственно, поиском клиентов.
«Локально проблемы как в танкерах, так и в рынках сбыта. Все крупные СПГ-проекты в РФ, кроме "Ямал СПГ" и "Сахалина-2", находятся под санкциями США, что сильно ограничивает круг возможных покупателей. Конфликт на Ближнем Востоке мог временно упростить ситуацию, но на горизонте в один-три года рынок СПГ все равно с высокой долей вероятности войдет в состояние профицита, что может усложнить сбыт. Так как США являются крупнейшим экспортером СПГ в мире, это уменьшает вероятность смягчения санкций в обозримой перспективе», – говорит Сергей Кауфман.
В этом году он ожидает роста экспорта с «Арктик СПГ-2» примерно до 3 млн тонн на фоне более высокого роста спроса на российский СПГ из-за конфликта на Ближнем Востоке. При этом выход на полную мощность первых двух линий он допускает в течение 2-3 лет, так как сложности в виде дефицита танкеров и санкций сохраняются.
«Ключевыми рынками для российского СПГ, кроме Китая, остаются ЕС и Япония. Со следующего года в ЕС вступает запрет на импорт российского СПГ. На этом фоне с 2027 года экспорт в Китай, вероятно, увеличится в рамках перенаправления поставок, что сделает актуальным наличие дополнительных терминалов», – заключает Кауфман.