Только три из 53 танкеров, которые перевозили российскую нефть и попали под санкции США, смогли продолжить свою работу. Остальные 50 танкеров простаивают в Балтийском и Черном море, недалеко от Владивостока, а также в китайских ремонтных верфях, у берегов Южной Кореи и Суэцком канале. Такое исследование и вывод делается в публикации Bloomberg.
Тем не менее стоимость фрахта, включая часть танкеров, связанных с транспортировкой российской нефти, снизилась, что говорит о том, что санкции создают препятствия для работы танкеров, но не увеличивают расходы России, переживает западное издание.
«На самом деле, непонятно, сколько танкеров в действительности простаивают, а сколько продолжают работать. Мы вывозим в целом столько нефти, сколько нам надо, и не испытываем никаких проблем. В последнее время немного сократился экспорт, но на это есть две причины. Во-первых, все НПЗ вернулись в работу после ремонта, поэтому мы стали больше перерабатывать нефти, которая раньше шла на экспорт. Во-вторых, мы немного снизили добычу нефти, так как Россия компенсирует нарушение квот в рамках сделки ОПЕК+ в начале года. Эти факторы в сумме дают небольшое снижение экспорта сырой нефти из России, но кардинального падения нет», – объясняет Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности.
Добыча нефти в России в июне снизилась по сравнению с предыдущим месяцем на 114 тыс. баррелей в сутки и составила 9,139 млн баррелей в сутки. Такая оценка приводится в июльском докладе ОПЕК.
Кроме того, надо понимать, что всего танкеров теневого флота, которые перевозят российскую, иранскую и венесуэльскую нефть, насчитывается порядка 1000–1200, и даже если 50 танкеров простаивают – это очень небольшой процент.
Наконец, в достоверности исследования и выводов в публикации Bloomberg можно усомниться. Далеко не факт, что все эти 50 танкеров на самом деле стоят на месте. «Раньше были публикации, что перевозчики российской нефти не только отключают транспондеры и не показывают, где они находятся, но и могут использовать специальную программу, которая показывает, что танкер долго стоит на одном месте, хотя на самом деле он перемещается по мировым водам.
Нельзя исключать, что танкеры, которые попали под санкции и которым уже нечего терять, просто используют специальную систему, которая показывает, что суда стоят на месте, хотя они возят российскую нефть.
И если они не заходят в порты, а перегружают нефть в открытом море, то отследить их передвижения очень сложно», – рассуждает Игорь Юшков.
По его словам, исследование, которое провел Bloomberg, кабинетное, а не полевое: никто в реальности не ходил за танкерами и не следил за ними в открытом море. Скорее всего, из санкционных списков были взяты названия танкеров, попавших в черный список Запада, которые были пробиты через коммерческую систему глобального позиционирования танкеров. Эта программа показывает, где танкер находится, и историю его передвижения. Однако если владельцы танкеров использовали специальные программы для обхода санкций, то в системе позиционирования отображаются недостоверные сведения.
«Точно сказать, как обстоят дела, можно, только если реально физически ходить и смотреть, а стоит ли танкер в этой точке, как показано в программе позиционирования, или нет, и Bloomberg, естественно, этого не делал», – делает вывод эксперт ФНЭБ.
Еще одна нестыковка состоит в том, что если у России стало меньше танкеров для перевозки нефти, то почему стоимость фрахта и в целом скидка на российскую нефть снижаются? При дефиците танкеров логичен обратный эффект
– удорожание фрахта и рост скидки на российскую нефть. А снижение стоимости фрахта как раз говорит в пользу того, что подсанкционные танкеры продолжают перевозить российскую нефть и никакого дефицита судов нет.
«Эта публикация появилась не случайно, а вслед за информацией о продолжающемся снижении стоимости фрахта танкеров для перевозки российской нефти, что автоматически ведет к снижению дисконта Urals к Brent. Несколько месяцев скидка держалась на уровне 14 долларов за баррель, а в июне снизилась до 12,7 доллара за баррель. Думаю, что эта публикация направлена на то, чтобы снова напугать владельцев судов и заставить их поднять стоимость фрахта, мол, смотрите, когда танкер попадает под санкции, он потом не может работать, простаивает, а это убытки, поэтому за риски надо платить больше», – полагает собеседник.
Максимальная скидка на нефть Urals к Brent была зафиксирована в апреле 2022 года, когда США ввели эмбарго на российскую нефть. Тогда дисконт составлял целых 33,6 доллара за баррель, отмечает эксперт. Второй пик случился в декабре 2023 и январе 2024 года, когда случилась вторая волна санкций, когда Европа ввела нефтяное эмбарго и одновременно был введен потолок цены на нефть. Тогда скидка снова подросла до почти 35 долларов за баррель. В промежутках между первой и второй волной и после скидка на российскую нефть уменьшалась.
Минимальной отметки дисконт достиг в октябре 2023 года – скидка Urals к Brent составила всего 8,9 доллара за баррель. В этом году скидка тоже уменьшается: еще в мае она была 14,4 доллара за каждый баррель, а в июне – уже 12,7 доллара за баррель, указывает Юшков.
Учитывая в целом комфортный уровень цен на мировом рынке, снижение скидки и отсутствие проблем с вывозом российской нефти на экспорт, доходы России от экспорта нефти продолжают расти. За первые полгода нефтегазовые доходы бюджета выросли на 68,5% – до 5,698 трлн рублей.
При этом ни США, ни ЕС не вводят санкции против всего теневого флота, а только точечные против небольшого числа танкеров. И это тоже делается специально.
«Санкции против всех российских танкеров могут привести к росту цен на нефть всех сортов. В таком случае издержки понесут основные потребители – США и КНР, что приведет к росту цен на их товары и услуги. Поэтому такой маневр не очень выгоден Штатам», – отмечает Анна Кокорева, эксперт по фондовому рынку «БКС Мир инвестиций».
«У западных стран нет задачи задавить российскую нефть, потому что им самим это крайне невыгодно. США и Евросоюз – сами страны-импортеры, которые пострадают первыми, если Россия как крупный игрок уйдет с мирового рынка нефти, так как в условиях дефицита цены вырастут на любую нефть. На такой рискованный шаг Запад не пойдет, но они хотят постоянно поддерживать токсичность вокруг российской нефти, чтобы ее перевозка обходилась для России дороже», – заключает Юшков.