В правительстве проговаривают варианты ответа на введение странами G7 и ЕС потолка цен на российскую нефть, решение будет озвучено сразу после принятия, заявил пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков. По его словам, на данный момент рассматриваются самые разные варианты.
СМИ стало известно о том, что Россия рассматривает три варианта ответа на очередные санкции Запада. Первый сценарий ответных мер – это запретить продажу нашей нефти тем странам, которые ввели потолок цен, в том числе через посредников, сообщили два источника газеты «Ведомости», близкие к правительству. Второй вариант – запретить продажу российской нефти по контрактам с условием потолка цены вне зависимости от того, какая страна по контракту должна получить эту нефть.
Наконец, третий сценарий – ввести некую максимальную скидку на нефть Urals к сорту Brent, выше которой продажа запрещается.
Что означает каждый из этих вариантов, какие плюсы и минусы имеет и что лучше выбрать в качестве ответа?
Первый вариант предполагает запрет торговать нашей нефтью тем странам, которые поддержали потолок цены. Это страны G7 и Евросоюза. Однако Евросоюз уже ввел эмбарго на нашу нефть, идущую по морю, поэтому европейцы и так не будут ее покупать. США ввели подобное эмбарго еще весной. Канада сама экспортер и не покупала российскую нефть. До Австралии доходили несущественные мизерные поставки нашей нефти. Остается Япония, которая покупает российскую нефть с проекта «Сахалин-2» по долгосрочному контракту. Важно, что для японцев сделали исключение – они могут продолжать покупать российскую нефть по рыночным ценам. Это исключение действует до сентября 2023 года.
Если принять такой ответ, то поставки в Японию придется остановить.
«Зачем нам самим обрезать поставки нефти в Японию по рыночным ценам как минимум в обозримой перспективе? Тем более что сахалинские проекты способствуют процветанию сахалинского региона. Я считаю, что первый вариант нерационален»,
– говорит директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов Алексей Громов.
Второй сценарий о запрете прописывать в контрактах потолок цены на российскую нефть вне зависимости от страны-покупателя касается в первую очередь трейдеров.
«Официального требования прописывать ценовой потолок в контракте нет, но крупные трейдеры, которые участвуют в торговле российской нефтью, могут отреагировать именно так – потребовать прописать потолок цены юридически. Подобная контрмера России работает на опережение, чтобы крупные трейдеры не предлагали такой пункт в контрактах нашим компаниям. Либо потоки российской нефти будут перераспределены от крупных международных трейдеров, которым важна репутация в глазах Запада, в пользу трейдеров «второго эшелона», – поясняет эксперт ИЭФ.
Этот вариант ответа России, на его взгляд, для нашей страны ничего страшного не несет и вполне приемлем. Большая часть поставок российской нефти, идущей морским путем, осуществляется в рамках краткосрочных контрактов, как правило, на месяц вперед. То есть на декабрь экспорт уже законтрактован ранее, и сейчас заключаются контракты на январь. Долгосрочные контракты заключены по поставкам по трубопроводам – по ВСТО в Китай и по «Дружбе» в Европу.
Третий вариант ответа России – установить некий предельный уровень скидки на российскую нефть Urals. В последние месяцы из-за санкционного давления российская нефть торгуется с дисконтом в 20–30 долларов к нефти марки Brent.
Однако Громов против того, чтобы устанавливать предельный уровень скидки в абсолютных цифрах, лучше это делать в процентах. «Потому что это будет не рыночный подход. К тому же мы не можем предугадать движение мировых цен на нефть. А предпосылки к тому, что в 2023 году разразится глобальная рецессия, все сильней. В этой ситуации цены на Brent могут опуститься ниже 80 долларов за баррель. Они сейчас уже ниже 85 долларов. Конечно, это тянет вниз и цены на Urals», – считает собеседник.
Лучше установить плавающий индекс максимального уровня скидки в процентном соотношении к Brent, условно 15–20% от мировой цены, считает эксперт. «Такая мера не должна приниматься только в кабинетах Кремля. Нужны консультации с российскими компаниями, чтобы не навредить нефтегазовой отрасли», – считает директор по энергетическому направлению ИЭФ.
Смысл установления максимальной скидки в процентах на российскую нефть в том, что в этом случае российским компаниям не придется конкурировать между собой за покупателей, предлагая все больше и больше скидку. А Китай и Индия не смогут выкручивать руки нашим компаниям, требовать продавать нефть еще дешевле, указывая на то, что наша нефть приобрела новый лоск «токсичности».
Российские нефтяники смогут развести руками перед потенциальными покупателями, указать на федеральный закон, который не позволяет им давать скидку больше, чем по закону, поэтому хотите – покупайте, а если не хотите, то найдем другого покупателя.
«Однако есть аргумент и против. Если мы вводим инструмент предельной скидки, пусть даже в процентном соотношении к цене нефти Brent, то наши клиенты будут сразу ориентироваться на эту максимальную скидку и требовать именно ее. Поэтому контрмеры должны быть продуманными», – считает Алексей Громов.
«Из всех трех вариантов мне нравится больше всего запрет на упоминание ценового потолка в контрактах с трейдерами. Это правильно. А вот остальные предложения уязвимые», – добавляет он.
Главное, по его мнению, в том, чтобы ответ России не был контрпродуктивным, чтобы он не навредил нашей нефтегазовой отрасли и доходам. Иначе мы просто поможем Западу усилить эффект от санкций, цель которых – урезать доходы России от экспорта энергоресурсов.
По его мнению, все эти ответные сценарии – лишь юридические подпорки, но основной ответ России должен заключаться в создании параллельной и собственной финансовой и логистической инфраструктуры, которая позволяла бы российским нефтяникам поставлять нефть дружественным странам без зависимости от западных посредников.
«Самое важное – нужно развивать собственную систему страхования и перестрахования грузов, систему взаимного признания этих страховок, что уже происходит. Второе – нужно обзаводиться собственным флотом танкеров, который не будет зависеть от судовладельцев европейских стран. Россия незаметно уже сформировала «теневой» флот оценочно из более чем 100 танкеров, чтобы обойти потолок цены. И процесс скупки таких судов, скорее всего, продолжится.
«Когда мы станем независимыми по этим направлениям, сложится двухконтурная картина нефтегазового мира. Один контур – это схема российского экспорта, второй контур – все остальное», – заключает директор по энергетическому направлению ИЭФ.