«Благодаря крепкому платежному балансу России нам не нужно занимать за рубежом, не нужно идти в кабалу, мы в кабалу не собираемся идти», – заявил глава государства в ходе выступления на заседании Совета по стратегическому развитию и национальным проектам.
Путин назвал обеспечение финансового суверенитета в числе ключевых задач. По его словам, финансовые ресурсы у российской экономики есть, но надо повысить их доступность для проектов новой экономики, для создания высокотехнологичных предприятий и выпуска продукции с высокой добавленной стоимостью. «Работа нашей финансовой системы должна обеспечить те потребности, которые ранее закрывались западными источниками финансирования, включая торговое и проектное финансирование», – подчеркнул президент.
Он призвал обеспечить приток долгосрочных сбережений и инвестиций в акционерный капитал, вложения в инфраструктурные и новые производственные проекты, а также в быстрорастущие высокотехнологичные бизнесы. «По всем этим направлениям в следующем году необходимо добиться ощутимо заметного прогресса», – обратил внимание Минфина и Банка России Путин.
Финансовая политика России в последние годы была достаточно аккуратной. Именно поэтому Россия может гордиться своим довольно низким внешним долгом. Так, по данным Счетной палаты на 1 октября 2022 года, он составил около 57 млрд долларов, что на 5,2% меньше, чем на начало этого года. В рублевом эквиваленте госдолг уменьшился почти на треть и составил более 3 трлн рублей. Для сравнения: внутренний госдолг составляет более 16 трлн рублей.
«Доля государственного долга, включая внешний, в российском ВВП очень низка – всего 21%, в то время как госдолг США и Китая значительно превышает их ВВП. У США доля долга в ВВП уже достигла 150%, это абсолютный мировой рекорд, точнее, антирекорд. Но и Китай с долей госдолга в 115% от ВВП ненамного отстает от США», – говорит Наталья Мильчакова, ведущий аналитик Freedom Finance Global.
По ее словам, Россия, конечно, может гордиться низкой долей госдолга в ВВП, однако этот вопрос не имеет однозначной оценки и ответа. Потому что, с другой стороны, российский ВВП в долларовом эквиваленте в разы меньше, чем у США и Китая. «То есть пока США и Китай, а также другие страны с высокой долей госдолга к ВВП, например, Великобритания и Япония, являются платежеспособными и могут аккуратно обслуживать долг, получается, что он не сильно препятствует экономическому росту. Не говоря уже о том, что в США и Великобритании экономика растет, пусть и медленными темпами, а в России в этом году ждем достаточно существенного спада ВВП, порядка 3%. Значит, России необходимо больше финансовых ресурсов, чтобы как можно скорее преодолеть спад и увеличить темпы роста экономики», – говорит Мильчакова.
По данным ЦБ, увеличивать долговую нагрузку к ВВП в ближайшие годы планируется очень медленно. В 2022 году, по их оценке, он составит 16% к ВВП, в 2023 году – 16,9% к ВВП, в 2024 году – 17,3% к ВВП.
Почему же власти России тогда избегают попадания в долговую кабалу? Потому что у России уже есть неудачный опыт, повторять который не хочется.
«Страхи «кредитной кабалы» у российских властей понятны и объяснимы: никто не хочет повторения 1990-х, когда Россия проходила через десятилетие почти непрерывного экономического спада, развиваясь в кредит за счет заимствования у МВФ, иностранных инвесторов и собственного населения путем непрерывных эмиссий пресловутых ГКО, по которым в 1998 году был объявлен совершенно закономерный дефолт»,
– напоминает Мильчакова. Привело это все к печальным последствиям: цены на нефть обвалились в среднем до 12 долларов за баррель, и Россия стала не в состоянии обслуживать свои огромные долги, которые превышали половину ВВП.
Понятно, что сейчас в условиях санкций и падения экономики может возникнуть желание решать все возникающие проблемы путем наращивания внешних займов. Это, безусловно, самый простой способ пополнить финансы страны. И именно от этого, судя по всему, предостерегает глава государства. Это не значит, что Россия полностью откажется от внешних заимствований. Наоборот, министр финансов Антон Силуанов прямо говорит о том, что одним из источников финансирования дефицита бюджета будет привлечение средств с финансового рынка в том числе для того, чтобы не тратить на это много средств из ФНБ. Это может быть как внутренний финансовый рынок заимствования, так и внешний. Вместо западных банков такие кредиты с удовольствием дадут банки дружественных стран. Речь идет, скорее, о том, чтобы, с одной стороны, финансовые власти не ударились в резкий рост заимствований, а с другой стороны, чтобы силы направлялись и на рост других ресурсов.
«Потенциал для дальнейшего наращивания госдолга довольно велик. Сейчас основная задача, на мой взгляд, состоит в том, чтобы эффективнее использовать внутренние кредитные механизмы», – считает Алексей Ковалев, аналитик ФГ «Финам».
Что это могут быть за ресурсы, кроме займов? Во-первых, это сохранившиеся резервы России, в частности, Фонд национального благосостояния, который власти планируют начать тратить на долгосрочные инфраструктурные проекты, которые дадут эффект для экономики не сразу, но со временем.
Во-вторых, мировые цены на энергоресурсы не только в этом году, но и в 2023 году с большой долей вероятности будут по-прежнему на стороне производителей, а не покупателей.
Из-за санкционных ударов по нефти, углю и газу объемы их экспорта из России ожидаемо упадут в 2023 году. Экспорт газа уже сократился. По данным Газпрома, за 11,5 месяцев этого года он упал на 45% до 97,8 млрд кубометров. Потеря составила 80 млрд кубов. По нефти падение ожидается в новом году, по разным оценкам, на 0,5–1 млн баррелей в сутки. По углю объемы экспорта удается нарастить – как по морю, так и по железной дороге. Пока ситуация выглядит довольно хорошо еще и потому, что падение экспорта сырья компенсируется высокими ценами. В 2023 году цены на газ и нефть, возможно, тоже смогут компенсировать потери в объемах, но вряд ли полностью.
Собственно, в отличие от 1990-х годов, которые навсегда поселили страх в гражданах России, у страны не только нет таких огромных долгов, но и обвала нефти не ожидается.
«Сегодня ресурсы для исполнения социальных обязательств у российского государства имеются, да и цены на нефть, даже с учетом «потолка» – это не то, что было даже в период пандемии, когда цены откатились почти до 20 долларов за баррель»,
– говорит Мильчакова.
В-третьих, Россия уже сделала шаги к тому, чтобы зарабатывать не только на продаже углеводородов, но и на экспорте других ресурсов и товаров. Развитие несырьевого экспорта – это то, о чем постоянно как о приоритетном направлении говорит глава государства.
«У России есть экспорт аграрной продукции, в которой, как оказалось, сегодня нуждается весь мир, включая Запад, а также экспорт минеральных удобрений, продукции химии, оборонной продукции и т. д. Высокотехнологичные продукты Россия тоже экспортирует, хотя пока для нее это и не главная статья доходов», – говорит Наталья Мильчакова.
Продовольствия Россия поставляет в более чем 150 стран. В этом году, по прогнозу, на внешние рынки мы поставим продовольствия на 40 млрд долларов. Для сравнения: в 2021 году Россия продала этой продукции на 37,1 млрд долларов.
Наконец, еще один способ стимулировать экономику – это частные инвестиции. «Очень важно, чтобы российская экономика в ближайшем будущем полагалась не только на ресурсы государства, но и на частную инициативу. А для этого нужно поощрение негосударственных инвестиций, чтобы бизнесу было выгодно вкладываться в российскую экономику», – считает Мильчакова.