Президенты России и Казахстана Владимир Путин и Касым-Жомарт Токаев на встрече в Кремле 28 ноября говорили о создании «тройственного газового союза» между Россией, Казахстаном и Узбекистаном «с целью координации действий при транспортировке российского газа по территориям Казахстана и Узбекистана». Об этом рассказал в соцсети пресс-секретарь президента Казахстана Руслан Желдибай.
Никаких других подробностей нет. Отраслевые эксперты оказались в недоумении, что может представлять собой новый газовый союз между тремя странами и для чего он может быть нужен.
Для России сегодня важна одна газовая цель – это найти новые рынки сбыта и новые маршруты, учитывая серьезные потери на европейском рынке. Как может в этом помочь Казахстан и Узбекистан?
Эксперты предполагают три основных варианта развития событий, каждый из которых может быть непростым. Казахстан и Узбекистан в теории могут помочь России, во-первых, с поставками газа в Китай, во-вторых, с экспортом в Индию и Пакистан, а в-третьих, как это ни парадоксально, с поставками газа в Европу. Каким же образом?
Первый сценарий: южные соседи помогут увеличить поставки российского газа в Китай. Дело в том, что и Узбекистан, и Казахстан, и Россия поставляют свой газ в Китай. По сути, они все трое являются конкурентами друг другу. Однако эта ситуация скоро может сильно измениться. Свободного газа для экспорта у Казахстана и Узбекистана становится все меньше из-за стагнации или даже падения собственной добычи на фоне роста внутреннего потребления, в чем признаются сами страны. Они уже экспортируют в Китай меньше, чем могли бы по долгосрочным контрактам.
Узбекистан уже через год–два, а Казахстан через четыре–пять лет могут перестать быть экспортерами газа и стать нетто-импортерами газа,
говорит замруководителя экономического департамента Института энергетики и финансов Сергей Кондратьев. У России же проблем со свободным газом нет. Значит, Россия может помочь и себе, и партнерам по союзу, начав поставки газа в эти страны, например, по газопроводу «Урал – Бухара» в реверсном режиме. Россия таким образом может пристроить здесь 5-10 млрд кубометров газа в год в ближайшие пять–шесть лет, считает Кондратьев. Это относительно немного, но всё же лучше, чем ничего.
«Это неплохой вариант. У нас освободилась база поставок на европейском направлении. По газопроводу «Союз» из Оренбурга газ шел на ГИС «Сохрановка» с поставками дальше в Европу через Украину. Но теперь эти мощности не востребованы на европейском рынке, их можно перенаправить в Азию», – говорит Кондратьев. В этом случае Узбекистан и Казахстан получат возможность экспортировать свой газ в Китай и зарабатывать на этом.
Впрочем, стороны могут договориться и о других конструкциях, например, о своповых поставках российского газа в Китай, говорит Кондратьев. Это значит, что российский газ будет идти в Китай по бумагам, но физически он будет оседать на территории транзитной страны, а в Китай в таких же объемах будет отправляться казахский и узбекский газ.
«Своповые поставки с РФ выглядят достаточно интересно – за их счет Казахстан и Узбекистан могли бы сохранить экспорт в Китай и повысить внутреннее потребление. Чтобы заместить потенциально выпадающие текущие объемы экспорта Казахстана и Узбекистана в Китай может потребоваться до 10 млрд кубометров», – предполагает Сергей Кауфман, аналитик ФГ «Финам».
Здесь всё будет зависеть от конкретных договоренностей. Интерес Узбекистана и Казахстана – в сохранении низких регулируемых цен на газ внутри страны при растущем спросе со стороны населения и электроэнергетики.
«России нужны дополнительные мощности для поставок газа в Китай – одной «Силы Сибири» для замещения выпадающих трубопроводных мощностей в Европу недостаточно. А на строительство «Силы Сибири – 2» требуется время и большие средства. Поэтому создается такой тройственный союз. В свою очередь Казахстан и Узбекистан, возможно, получат инвестиции и профессиональный опыт производителей сырья из России», – считает Федор Сидоров, основатель «Школы практического инвестирования».
Второе направление для экспорта российского газа через Казахстан и Узбекистан – это поставки в Пакистан и Индию.
«Газпрому нужно больше экспортных маршрутов. Он может самостоятельно отправиться прямо в Китай или в Европу, но не на юг – в Пакистан и Индию, ему придется пересекать хотя бы одну из этих стран. Возможно, есть способы предложить Казахстану и Узбекистану больший доступ к европейскому рынку в обмен на доступ к рынкам Пакистана и Индии в долгосрочной перспективе», – говорит Рональд Смит, старший аналитик «БКС Мир инвестиций», который не исключает и дополнительные трубопроводы из Центральной Азии в Китай. По его мнению, объемы экспорта могут быть порядка 15-30 млрд кубометров, так как любой меньший по объемам новый длинный трубопровод будет не оправдан.
При этом другой эксперт сомневается, что союз создается для организации поставок трубопроводного российского газа в Индию. «Здесь мы сталкиваемся с теми же проблемами, которые Туркменистан не может решить десятилетиями. Это транзит через Афганистан, где никто не может обеспечить безопасность. Поэтому это скорее фантастический вариант», – считает ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков.
Однако Кондратьев замечает, что
после подрывов трех ниток «Северных потоков» в центре Европы, в якобы безопасном регионе, насыщенном вооруженными силами НАТО, южный маршрут через Афганистан уже не выглядит столь опасным и непредсказуемым, как раньше.
Однако в регионе сохраняются существенные политические разногласия, есть инфраструктурные сложности, поэтому этот маршрут нельзя назвать простым.
«Однако эти страны политически достаточно самостоятельны, что важно. И им нужны энергоресурсы. Природный газ им нужен не только для энергетических нужд, но и для производства химической продукции, в том числе агрохимической. Через 5-10 лет рынки Пакистана и Индии могут стать очень привлекательными», – говорит Кондратьев. По его словам, вопреки расхожему мнению, эти страны готовы платить достаточно высокие цены за газ: не 1000-2000 долларов за баррель, но 300-600 долларов за баррель. А Индия, по мнению эксперта, может повторить путь Китая и расти на 10-15% в год в течение 10-15 лет. А это будет означать растущий спрос на энергоресурсы.
Наконец, третий вариант – тройственный газовый союз может быть нацелен на рост экспорта в Европу. «Возможно, что это сигнал европейцам, тем более, что Токаев (президент Казахстана) дальше поехал во Францию. Россия показывает Европе, что если она рассчитывала на то, чтобы наладить поставки газа из Средней Азии взамен части российского газа, то это не получится. Россия создает тройственный газовый союз со среднеазиатскими странами, мы едины, у нас нет никаких конфликтов. И мнение России при потенциальных поставках газа из Узбекистана и Казахстана будет учитываться», – рассуждает Игорь Юшков.
Он не исключает, что новоявленный союз может создаваться для того, чтобы предложить европейцам покупать на турецком газовом хабе по документам как бы не российский, а казахский или узбекский газ. Потому что для европейцев российский газ стал политически токсичным. «Возможно, Россия хочет создать на турецком хабе какую-то газовую смесь, чтобы Европа покупала некую обезличенную смесь», – рассуждает Юшков. Однако зачем это Москве, тоже не ясно. Ведь в этом случае Россия просто перепродает чужой газ, тогда как ее цель самой нарастить упавшие объемы экспорта, заключает собеседник.