Согласно недавней оценке американского Института международных финансов, по итогам 2020 года совокупная задолженность всех стран мира может достигнуть рекордных 277 трлн долларов, или 365% мирового ВВП. В течение года из-за коронавируса этот показатель увеличился на 15 трлн долларов.
Особенно быстро росли долги развивающихся стран. На данный момент их совокупный долг превышает их суммарный ВВП на 210%, тогда как в 2019 году этот показатель составлял 185%, а десять лет назад – 140%.
Парад дефолтов на подходе
Первые «коронавирусные» дефолты не заставили себя ждать. В мае расплатиться по внешним обязательствам в объеме 500 млн долларов не смогла Аргентина, долги которой на начало года составляли 323 млрд долларов – в истории страны это уже девятый дефолт.
Для Ливана объявленный в марте дефолт по еврооблигациям на 1,2 млрд долларов был первым подобным случаем, но ситуация в финансах страны планомерно шла в этом направлении – госдолг Ливана достиг 170% ВВП, что кратно превосходит рекомендуемый международными институтами уровень. Первой из стран Африки, объявивших о неспособности обслуживать долг, в ноябре стала Замбия. В Латинской Америке в состоянии дефолта, кроме Аргентины, оказались также Эквадор, Суринам и Белиз.
Кроме того, многие страны из-за необходимости резко наращивать расходы в условиях уже высокой закредитованности вплотную подошли к финансовому краху. В частности, снова заговорили о дефолте на Украине, власти которой весной были вынуждены пойти на очередные уступки международным кредиторам для получения нового пакета помощи от МВФ в объеме 5 млрд долларов. Первый транш от фонда (2,1 млрд долларов) на преодоление последствий пандемии Украина получила в июне, но затем ей намекнули, что условия расширения сотрудничества с МВФ следует выполнять в полном объеме, а просьба предоставить экстренный заем осталась без ответа. Между тем в 2021 году Украине предстоит выплатить 15,6 млрд долларов. Дефолт может оказаться закономерным результатом всей политики украинских властей за последние годы.
В крайне напряженном положении оказались также государственные финансы Турции. В 2018 году лидер этой страны Реджеп Тайип Эрдоган стал активно проводить финансовую политику, демонстративно идущую вразрез с рекомендациями структур типа МВФ. Руководить Минфином страны Эрдоган доверил своему зятю Берату Албайраку, а турецкий ЦБ стал под давлением президента снижать свою базовую ставку, чтобы в экономике было побольше дешевых денег.
Результат не заставил себя ждать: падение турецкой лиры и инфляция резко ускорились, валютные резервы страны к лету упали почти до нуля, а рейтинги ее суверенного долга снизились до «мусорного» уровня. В результате аналитики все чаще стали называть Турцию в числе стран, которые близки к дефолту, и Эрдогану в ноябре фактически пришлось признать ошибочность своего курса. Его зять сложил полномочия министра финансов, новое руководство ЦБ незамедлительно повысило ставку и усилило борьбу с инфляцией, но системные финансовые проблемы никуда не делись. Экономика Турции продолжает нести огромные потери из-за коронавируса, ударившего по одной из ключевых ее отраслей – международному туризму.
Существенные риски присутствуют и в развитых странах, например, в Италии. Как отмечает Михаил Королюк, руководитель отдела доверительного управления инвестиционно-финансовой компании «Солид», проблемы Италии может доставить банкротство одного из крупных банков – у них много «плохих» долгов, и именно отсюда в перспективе может вырасти следующий глобальный кризис суверенных долгов. Однако главными кандидатами на дефолт в следующем году станут африканские страны, такие как Ангола, Кения и Камерун. Также может испытать проблемы с выплатой кредитов Пакистан, отмечает Игорь Кучма, финансовый аналитик платформы TradingView.
Когда закончатся дешевые деньги?
Но есть фактор, который пока сдерживает цепную реакцию дефолтов по всему миру. Это сохраняющаяся возможность занимать по минимальным ставкам. Кроме того, были расширены программы количественного смягчения – постоянного выкупа долговых обязательств регуляторами. Этот инструмент зарекомендовал себя еще после кризиса 2008 года. Именно тогда, напоминает вице-президент инвестиционной компании QBF Владимир Масленников, существовала тревога по поводу долгового кризиса, однако центробанки провели работу над ошибками.
Пока в мире сохраняются низкие ставки заимствования, вероятность масштабного «парада дефолтов» не так высока. Однако она существенно увеличится при росте процентных ставок, указывает Виталий Манкевич, президент Русско-азиатского союза промышленников и предпринимателей.
Такой сценарий в истории мировой экономики уже был почти полвека назад.
Тогда самые разные страны мира сначала активно занимали дешевые средства на крупные модернизационные проекты, а затем подъем ставок привел к острейшему долговому кризису. Его признаками в 1980-х годах стали череда латиноамериканских дефолтов, девальвации валют в странах Южной Европы, сворачивание инфраструктуры государства всеобщего благосостояния под предлогом борьбы за финансовую дисциплину и т.д.
Крупнейшие геополитические катастрофы того времени – распад Югославии и СССР – тоже можно считать результатами долгового кризиса, поскольку эти страны входили в число крупных заемщиков. Россия, кстати, из этой ситуации сделала должные выводы – ее уровень государственного долга сегодня держится на минимальном уровне.
Не исключено, что нынешняя эпоха дешевых денег продлится еще какое-то время. Во всяком случае, Федеральная резервная система США летом объявила о намерении держать свою ставку на практически нулевом уровне до конца 2022 года, дав тем самым сигнал другим национальным центробанкам.
Для Америки этот режим, несомненно, выгоден, поскольку он позволяет ей и дальше наращивать свой долг, который в 2020 году продолжал устанавливать новые рекорды, преодолев отметку 26 трлн долларов. Но в отношении к ВВП уровень американского долга пока находится на отметке чуть менее 100%. Согласно сентябрьскому докладу бюджетного управления Конгресса США, в следующем году отношение долг/ВВП может увеличиться до 104%, а к 2050 году вырастет до 195%. И это, кстати, далеко не предел – вторая по абсолютному размеру долга в мире Япония уже давно живет с этим показателем на уровне 250%.
Но если богатые страны могут позволить себе такие траты, то бедные страны любое увеличение долгов еще сильнее загоняет их в ловушку отсталости. «Проблема высокой закредитованности имеет только одно решение: рост экономики темпами, опережающими темп роста госдолга, однако чаще всего это невозможно для развивающихся стран, – констатирует Виталий Манкевич. – Международные финансовые институты, такие как МВФ и Всемирный банк, несмотря на все декларации, только закрепляют неравенство между странами первого и третьего мира. Кабальные условия и требования по реформам приводят к тому, что конкурентные преимущества стран-должников снижаются, растет их потребность в новых займах».
Первыми кандидатами на дефолт станут государства третьего мира. Эффективных вариантов решения проблемы высокой закредитованности разных стран, кроме банкротства и дефолта, увы, нет, добавляет председатель совета директоров инвестиционной компании Custodian Андрей Плотников.
Новая гиперинфляция не за горами
Вероятно, единственным реальным способом решения проблемы больших долгов может стать запуск режима высокой инфляции в зонах евро и доллара на 10-15 лет. Всего 10% инфляции – и за 10 лет «спишется» 60% долга, за 15 лет долг уменьшится в четыре раза, констатирует Михаил Королюк. Этот вариант, по его словам, серьезно обсуждается среди западных политиков и экономистов. Количество денег в мире растет за счет бешеного «печатного» станка, что в 2021 году может привести к разгону мировой инфляции, признает и Виталий Манкевич.
И все же общая картина глобальных долгов предполагает, что бедные кредитуют богатых:
Королюк добавляет, что долг США наращивается за счет кредиторов, которые сами по себе заметно беднее американцев. Американские долговые обязательства пользуются спросом у самых разных стран, и пока люди верят в доллар, США имеют возможность финансировать свои потребности за счет наращивания долгов – а расплата за это наступит когда-нибудь потом. «Это парадокс, и у него есть очевидное следствие: США оттягивают на себя капиталы, которые в ином варианте развивали бы экономику тех самых бедных стран, делая их богаче. Иначе говоря, поддержание пирамиды госдолга США консервирует разрыв между богатыми и бедными странами, и это большая глобальная проблема», – отмечает эксперт.
В то же время пока ситуация с долгами остается под контролем. Количество суверенных банкротств, скорее всего, будет расти, но «парада дефолтов» не будет, прогнозирует Валдис Вулдорфс, руководитель отдела трейдинга инвесткомпании Aravana Capital Management. Несмотря на то, что ситуация в мировой экономике становится хуже, регуляторы боятся эффекта домино, считает аналитик. «Именно поэтому базовые ставки центробанков находятся около нуля – и подняться им уже не суждено. Рынки заливаются ликвидностью, ситуация развивается по японскому сценарию «потерянного десятилетия», и что будет после, мало кто знает.
США и Китай, как никто другой, осознали, что возврата долга не будет. Именно поэтому обе страны не только сумасшедшими темпами наращивают долг (их суммарный долг уже превосходит 350% от ВВП), но и проводят существенные махинации с самим ВВП, завышая его. Тем самым они получают максимальные блага», – заключает Вулдорфс.