Немецкий концерн Siemens начал процесс разрыва лицензионных соглашений с российскими компаниями по поставкам оборудования для электростанций, говорится в заявлении компании.
В ситуации с Siemens больше политической составляющей. Но через несколько месяцев она устаканится и Siemens вернется в Россию
Концерн объяснил, что получил достоверную информацию о том, что уже не две, а все четыре газовые турбины, которые были поставлены летом 2016 года для проекта в Тамани, «были модифицированы и незаконно перемещены в Крым». «Это грубое нарушение контрактов на поставку Siemens и правил ЕС», – заявили там.
Siemens отправил очередное предложение о выкупе оборудования и аннулировании первоначального контракта. Немецкий концерн также намерен продолжить уголовное разбирательство в отношении ответственных лиц «Технопромэкспорта». Это покупатель четырех турбин.
Кроме того, концерн откажется от миноритарной доли в «Интеравтоматике», Siemens принадлежит 46%. По данным Рейтер, именно эта компания выступала среди подрядчиков, занимающихся установкой турбин концерна в Крыму. «Интеравтоматика» предлагает продукты и услуги в области систем управления электростанциями.
В «Технопромэкспорте» РИА «Новости» заявили, что «турбины, поставленные в Крым, будут обслуживаться силами российских специалистов».
В 2015 году «Технопромэкспорт» купил четыре газовые турбины Siemens SGT-2000E для строительства ТЭС в Тамани. Такие турбины делает только немецкий концерн. Но в Тамани стройка так и не началась. И эти турбины оказались в Крыму. Турбины были приобретены на вторичном рынке и модернизированы силами российских заводов и инжиниринговых компаний, говорили в «Технопромэкспорте».
Россия – важный рынок для Siemens
«Сименс» работает в России уже много десятилетий и является одним из главных поставщиков оборудования. В частности, он производит парогазовые установки, технологии автоматизации и программного обеспечения для промышленности. Немцы поставляют в Россию также медицинское оборудование – компьютерные и магнитно-резонансные томографы, а также железнодорожное оборудование и вагоны («Сапсан», например). Впрочем, разногласия касаются только энергетического оборудования и вряд ли затронут другие сферы бизнеса немцев.
В России у «Сименса» работает 2900 сотрудников. Российский рынок – крайне важный для сбыта немецкой продукции. Россия приносит 1,5% от общего оборота компании. В 2016 году общий оборот «Сименса», работающего более чем в 200 странах, составил 79,6 млрд евро, а на российском рынке – 1,2 млрд евро.
«Скорее всего, Siеmens лишь временно прекратит поставки оборудования для электростанций – только до выяснения обстоятельств инцидента. Немецкий концерн получает миллиард евро в год в России и просто так уходить с российского рынка, конечно, не будет, для этого нужны более весомые причины, чем история с этими турбинами, которая полна неясностей и пока никак не завершилась», – считает первый вице-президент Российского союза инженеров Иван Андриевский.
«Я практически уверен, что до полного разрыва экономических отношений и перекрытия рынка не дойдет», – согласен декан факультета инженерного менеджмента Института отраслевого менеджмента (ИОМ) РАНХиГС Сергей Серебренников (цитата по РИА «Новости»). Если немецкий концерн решит навсегда прекратить поставки энергооборудования, то просто потеряет российский рынок, а его место займут другие поставщики, считает он. Либо уход Siemens спровоцирует импортозамещение в сфере энергооборудования, хотя это долгий и дорогостоящий вариант.
Оборудование для электростанций занимает особое место для РФ. Неслучайно крупнейший производитель такого оборудования в России «Силовые машины» создал СП с «Сименс» в Санкт-Петербурге – «Сименс Технологии газовых турбин». В свое время российские компании отстали от немецкого гиганта и до сих пор так и не производят мощные газовые турбины. Россия умеет делать сама только турбины малой и средней мощности. Чтобы не изобретать велосипед, решено было скооперироваться с иностранным инвестором.
Западные политики уделяют столь пристальное внимание крымским турбинам сейчас, но полностью дистанцировались, когда Украина обесточила Крым и устроила энергоблокаду
Создание СП и привлечение технологий и инвестиций – нормальная практика, экономически обоснованная, если в бизнес не начинает вмешиваться политика. Создавать с нуля газовую турбину большой мощности – это крайне затратное удовольствие, требующее еще и много времени. К тому же, модернизация и строительство новых электростанций ждать не будут. Да и газовые турбины для ТЭС – это далеко не массовый, а скорее штучный продукт. Бум строительства электростанций в России уже прошел.
Однако существующие подобные проекты без участия «Сименс», как правило, не обходятся. Например, буквально в июне немцы вместе с «Силовыми машинами» ввели в эксплуатацию новый парогазовый энергоблок Верхнетагильской ГРЭС мощностью 420 МВт (входит в энергосистему Среднего Урала). Газотурбинная установка включает в себя произведенные на питерском заводе турбину SGT5-4000F, генератор SGen5-1200A и полный комплект вспомогательного оборудования. Причем Верхнетагильская ГРЭС стала первой в мире электростанцией, на которой установлен генератор типа SGen5-1200A. Это новейшая разработка «Сименс» в области генераторов с воздушным охлаждением. Заказчиком проекта выступал «Интер РАО».
Последствия для российских компаний
Госкорпорация «Росатом» не видит для себя никаких рисков в результате пересмотра Siemens формата работы в России. Решение германского концерна не отразится на поставках тепловых турбин на строящиеся объекты Росатома, заявили там.
В «Интер РАО» тоже говорят, что заморозка поставок прямо не повлияет на их бизнес. Так как компании сейчас не требуется поставка оборудования Siemens, передает «Интерфакс». Пострадать может «Газпром энергохолдинг», который ранее планировал закупать оборудование Siemens для строительства Грозненской ТЭС, а также «Русгидро», сотрудничающая с немецкой компанией. Однако в обеих компаниях пока не комментируют ситуацию. Заявлений от Минэнерго РФ пока также не поступало. Текущие проекты с Siemens могут оказаться под вопросом, так как уже поставленное генерирующее оборудование требует соответствующего программного обслуживания и постпродажного обслуживания, говорит Роман Ткачук из «Альпари».
Кремль от этой истории сразу дистанцировался. «Наверняка вы будете меня спрашивать об истории с «Сименсом». Сразу скажу, что я оставляю это без комментариев, – сказал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. – Это вопрос к компаниям, по линии которых осуществляется это сотрудничество, и по линии этих компаний будет продолжено взаимодействие и диалог».
Последствия для Крыма
#{ussr}Замминистра энергетики Андрей Черезов уверил, что заявление Siemens о намерении не допустить установку своих турбин в Крыму никак не повлияет на срок запуска электростанций, который намечен на первый квартал 2018 года.
«Срок установлен. Это первый квартал 2018 года. Ничего не меняется. Оборудование, которое установлено, произведено в Крыму. Наша основная задача – чтобы в первом квартале 2018 года станции начали вырабатывать генерацию. Другого плана нет. Крым – российская территория, и нам нужно ее обезопасить», – сказал Черезов.
«На данный момент зависимость России от поставок генерирующего оборудования от Siеmens довольно критическая, что показывает нынешний скандал. Крыму нужны мощные и надежные турбины, иначе бы российские власти не пошли на столь рискованное дело, как перепродажа, модернизация немецких турбин и поставка их в Крым в обход запрета», – говорит Иван Андриевский.
Хотя это и кажется маловероятным, но если все-таки турбины придется вернуть немцам? «Как обычно, у нас два варианта: использовать менее мощные российские турбины или китайские», – говорит Иван Андриевский. Однако, говорит он, ставить десять российских турбин вместо четырех немецких показалось крымским властям нецелесообразным. «Возможность переключиться на турбины отечественного производства есть, но по производительности российские турбины отстают от европейских аналогов», – отмечает Роман Ткачук из «Альпари». А чтобы создать новые мощные турбины в России, нужно много времени и дополнительное финансирование. Договариваться с китайскими производителями, вероятно, не стали, поскольку немецкое качество уже проверено временем, а Крыму нужна гарантия бесперебойного электроснабжения после всех недавних проблем с его отключениями и нехватками, считает Андриевский.
Поэтому Крым и Россия вряд ли согласятся вернуть турбины, как хочет Siemens. Останется убедить и доказать, что эти модернизированные российскими инженерами турбины – уже совсем другой продукт, что производит немецкая компания.
«Это шантаж и давление на Россию»
#{intervieweco}«Я не знаю, для чего раздувается эта истерия вокруг турбин, которые технологически наша страна сама производит. Кому-то, видимо, интересно в очередной раз привлечь внимание к нашему полуострову. Тут даже прецедента нет для Siemens. Как они могут забирать то оборудование, которое произведено у нас в стране? Я официально говорю, что турбины, поставленные в Крым, имеют российские корни, а не немецкие, как по слухам пишут некоторые СМИ», – возмущается член комитета Госдумы по энергетике, бывший первый вице-премьер крымского правительства Михаил Шеремет, передает РИА «Новости».
По его мнению, все эти разговоры вокруг турбин не что иное, как шантаж и давление на Россию и Крым, которые надо прекратить. Позиция Siemens продиктована внешним давлением, которое на нее оказывают недоброжелатели России на Западе, полагает он.
Западные политики уделяют столь пристальное внимание крымским турбинам сейчас, но полностью дистанцировались, когда Украина обесточила Крым и устроила энергоблокаду в ноябре 2015 года, удивляется Шеремет. «Мы так и не дождались от них осудительных заявлений в адрес Украины, что идет геноцид, издевательство, попрание всех мыслимых и немыслимых норм международного права, общечеловеческих норм и морали», – подчеркнул Шеремет.
Если предположить, что история пойдет по самому плохому сценарию, то российские СП, имея большой наработанный опыт и гибкость, так или иначе смогут перестроиться, считает Андриевский. Да и сам Siеmens не заинтересован в жестком ударе. «Немцам придется найти разумный баланс между желанием заработать в России и желанием сохранить свою репутацию, а также не поссориться с Украиной. Сейчас Siеmens важнее всего показать всему миру, что компания принимает суровые меры против нарушения запрета. Но эта демонстрация имеет свои границы и по времени, и по возможностям», – полагает Андриевский.
«На наш взгляд, в конфликте с Siemens больше политической составляющей, немецкий концерн опасается штрафов со стороны ЕК. Но через несколько месяцев ситуация устаканится и Siemens вернется в Россию. Политика политикой, а бизнес бизнесом. Россия – важный для Siemens рынок, и уходить с него таким образом – значит терять долю прибыли», – считает Ткачук.
«Я считаю, что в этой ситуации необходимо всем остыть. Сесть за стол переговоров, прежде всего бизнесу, партнерам компании Siemens в России, и договориться о том, чтобы таких радикальных шагов не было», – заключает Серебренников.
Как турбины попали в Крым
История начинается с 2015 года, когда «Технопромэкспорт» купил четыре газовые турбины Siemens SGT-2000E для строительства ТЭС в Тамани. Такие турбины делает только немецкий концерн. Но в Тамани стройка так и не началась. В итоге не нужные никому в материковой России турбины оказались там, где они как раз очень нужны – в Крыму. Постройка местных ТЭЦ является важнейшим условием достижения энергонезависимости полуострова.
Турбины произведены не в Германии, а на совместном предприятии в Санкт-Петербурге. Они были приобретены на вторичном рынке и модернизированы силами российских заводов и инжиниринговых компаний, говорят в «Технопромэкспорте». Немцы ухватились за то, что в контракте был прописан прямой запрет поставлять оборудование в Крым. Поэтому ранее Siemens подал иск по поводу нарушения условий контракта.
Интересно, что гендиректора «Силовых машин» Романа Филиппова (имеет СП вместе с немцами) после допроса сотрудниками ФСБ в рамках уголовного дела о разглашении гостайны отправили в отставку. Информация о поставках турбин в Крым в обход санкций впервые появилась как информационный «слив» в СМИ. И в Siemens уверяли, что ничего до него не знали об этом.