Несмотря на санкции, российские госкомпании и организации, в том числе в Крыму, продолжают покупать программное обеспечение американской корпорации Microsoft, сообщает Reuters со ссылкой на базу данных госзакупок. Находящиеся под санкциями предприятия, в том числе крымские, приобрели более 5 тыс. продуктов Microsoft, потратив на ПО около 60 млн рублей или примерно 1,03 млн долларов, указывает агентство.
При этом агентство не нашло доказательств того, что Microsoft продавала свою продукцию напрямую находящимся под санкциями организациям.
Среди них концерн воздушно-космической обороны «Алмаз-Антей», разработчик зенитных ракетных комплексов «Бук», Главгосэкспертиза России, участвующая в работе над проектом Керченского моста, санаторий «Крым» Минобороны РФ, администрация Белогорского района Республики Крым, научно-производственное объединение «Базальт», производящее боеприпасы, а также базирующийся в Крыму судостроительный завод «Море», свидетельствуют данные системы госзакупок. Эти компании в числе прочих продуктов покупали программы корпоративного лицензирования Open License Program. Эти программы обязывают пользователей вводить полное название компании и ее адрес, что могло бы уличить Microsoft в нарушении санкций США и сорвать сделки. Однако российские компании нашли лазейки для обхода санкций.
Санкционные лазейки
Продукция Microsoft покупалась не напрямую, а через третьих лиц. При этом продукты Microsoft регистрировали на дочернюю или материнскую компанию конечного пользователя. Либо компании из Крыма вместо крымского адреса при регистрации продукта указывали адрес в Краснодарском крае.
Например, «Алмаз-Антей», который с 2014 по 2017 год купил более 500 продуктов Microsoft, в рамках тендера получил 8 лицензий на использование серверного программного обеспечения Microsoft Windows Server. Но сам концерн в тендере не участвовал, вместо него победителем стало ООО «Системный софт», зарегистрированное в Москве.
«В большинстве случаев закупки осуществляют компании, де-юре не имеющие никакого отношения к реальным потребителям софта, это даже не «дочки» и не «внучки», а просто не связанные организации, существующие только на бумаге. Это некое юридическое лицо, зарегистрированное по всем правилам в любом регионе РФ, кроме Крыма, приобретает необходимый софт, формально для себя, устанавливает его и регистрирует на себя. Кто им реально пользуется, в компании-разработчике могут не узнать никогда, поэтому по факту реализация продукта не противоречит санкционному режиму», – говорит учредитель АНО «ПравоРоботов», член экспертного совета по Цифровой экономике Госдумы Никита Куликов.
Россия активно использует ставшие уже традиционными схемы для ухода из-под санкций – через третьи лица. По такой же, по сути, схеме развивается история Белоруссии, которая перепродает санкционные продукты питания в Россию, поменяв этикетку и страну производителя. Похожая история произошла и с турбинами «Сименс» для крымских ТЭС, закупленными не напрямую у европейской компании, а на вторичном рынке. Это общая схема ухода от санкционных запретов, просто с разными модификациями.
При этом Россия не первая страна, попавшая под санкции, поэтому ей даже придумывать особо ничего не надо. «У Ирана имеется полувековая история жизни под санкциями, с которыми он активно боролся и выработал своеобразный иммунный ответ. Появились даже специальные компании – «черные рыцари», которые занимались закупкой нужных санкционных товаров и услуг и перепродажей их стране», – напоминает Алексей Антонов из ГК «Алор».
«А самые лучшие схемы – это, конечно, те, о которых никогда не будет известно, которые прошли идеально и незаметно. Думаю, что их тысячи»,
– замечает он.
Зарубежные компании вполне могут не отдавать себе отчет, кто в реальности покупает программное обеспечение. Для столь крупной корпорации, как Microsoft, считает Никита Куликов, последствия открытого нарушения санкционного режима опасней, чем потеря прибыли в России. «Скорее всего, в конечном итоге выяснится, что либо, как в случае с «Сименс», в «Майкрософт» не имели никакого понятия относительно назначения реализуемого ими программного обеспечения. Либо софт был куплен вполне легально у организации-поставщика, не имеющей непосредственного отношения к разработчику и не находящейся в юрисдикции США или ЕС, что предполагает, что поставщик не обязан соблюдать ограничения, связанные с санкциями», – считает Куликов.
Однако нельзя до конца исключать, что Microsoft все же понимала, кому продает свои продукты, но не желала терять свой рынок сбыта в России из-за политики. Оценочно Microsoft зарабатывала на России до 20 млрд рублей в год или 2% от общей выручки корпорации. При этом американская компания уже и без санкций начала терять доходы в России из-за появления здесь отечественных ПО, а также политики государства по импортозамещению в этом сегменте рынка.
Летом 2016 года Дмитрий Медведев подписал специальное распоряжение правительства. По нему госорганы РФ должны полностью перейти на отечественное программное обеспечение в 2018 году. Данные госзакупок показывают, что с каждым годом российские чиновники покупают все меньше и меньше программ Microsoft Office и ОС Windows. Одним из серьезных конкурентов американского ПО является, к примеру, отечественный пакет «Мой офис», на который, например, обещало полностью перейти Минкомсвязи. Для сравнения: в 2013 году было опубликовано 405 конкурентов на закупку Microsoft Office, в 2016 году – всего 132 тендера.
Впрочем, и третьим лицам, и Microsoft, скорее всего, не составит труда доказать, что все делалось в рамках закона, что они не нарушали санкционный режим: они не первый год и, возможно, даже не первое десятилетие этим занимаются, хорошо знают все нюансы, уверен Антонов.
Что мешает российскому ПО и ОС
Как так получается, что российские хакеры известны всему миру, но полностью перейти на отечественное ПО и ОС невозможно? «Если сегодня выключить все программные продукты Microsoft в Крыму, процентов девяносто экономики Крыма просто остановится», – сказал «Рейтер» один из перепродавцов этой продукции на условиях анонимности.
В России создан единый реестр отечественного ПО, который показывает, что на рынке широкое поле для выбора продуктов отечественных компаний, производящих клиентский софт или ПО для серверов/серверных приложений. Тогда зачем устраивать эти игры в кошки-мышки вместо того, чтобы взять и отказаться от Microsoft и Windows прямо сейчас?
Есть ряд объективных сложностей, которые заставляют покупать пока зарубежное ПО. «Во-первых, многие системные интеграторы еще не научились проектировать и внедрять сложные решения на базе отечественного ПО. До последнего времени они строили свои внедрения на зарубежных продуктах, и сотрудников подбирали и обучали в соответствии с этим. Тут требуется время на адаптацию», – говорит генеральный директор российского разработчика программной платформы «Базальт СПО» Алексей Смирнов.
Во-вторых, по его словам, многие заказчики используют разработанное для них ПО, которое работает только под ОС Windows, и замена ПО или переработка имеющегося требуют времени и денег. Наконец, многие государственные информационные системы были разработаны таким образом, что пользователи отечественного ПО работать с ними не могут, заключает Смирнов.
Генеральный директор АМТ-ГРУП (российский системный интегратор) Александр Гольцов называет еще несколько моментов, которые препятствуют широкому распространению отечественного клиентского софта – для рабочих мест сотрудников.
«За более чем 25 лет присутствия на рынке продукты Microsoft, в первую очередь MS Office, стали настолько привычными, что отказываться от них, переучиваться люди не готовы. Этот продукт прост и удобен для пользователя»,
– говорит Гольцов.
«Во-вторых, проблема в стандартизации и документообороте в государственных структурах. ПО должно быть совместимым, иначе возникнут проблемы при обмене данными на межведомственном уровне. И, в-третьих, вопрос наличия большого количества специалистов, которые могут ставить, настраивать, поддерживать новый продукт. Если продукты MS знакомы любому, то поддержка свежего продукта – нетривиальная задача. Соответственно, возникает проблема как поиска таких специалистов, так и их стоимости», – заключает Гольцов.
Отечественные операционные системы при этом достаточно качественные и конкурентные. Например, на ОС серии ALT работают десятки тысяч рабочих мест в медучреждениях, тысячи в системе образования и в промышленности. Однако есть вопрос к прикладным программам, которые порой совместимы только с MS Windows, замечает Смирнов. Поэтому на импортозамещение софта потребуется время.