Россия, Монголия и Китай тожественно открыли движение грузового транзитного автотранспорта из портового китайского города Тяньцзиня через монгольскую столицу Улан-Батор в главный город российской Республики Бурятия Улан-Удэ.
Речь идет о возрождении «Великого чайного пути», развитии по нему экономических и туристических путей и интеграции его в более глобальные транспортные потоки
Этот символический пробег должен помочь подписать трем странам межправсоглашение о международных автомобильных перевозках по Азиатским автомобильным дорогам (ЭСКАТО). Поставить подписи обещают до конца 2016 года.
«Мы все уверены в том, что развитие перевозок по этому коридору придаст импульс развитию всех территорий, через которые он пройдет», – заявил глава департамента международного сотрудничества Минтранса РФ Роман Александров.
Новый путь из Китая – это альтернативный маршрут ныне существующему из Пекина через Забайкальск в Иркутск. Он на 1500 км короче. Грузовая колонна сейчас идет в Улан-Удэ, но предполагается, что автомобильная магистраль должна пройти далее в Иркутск и Новосибирск. Таким образом сибирские регионы России соединяются автомобильной сетью с Китаем и Монголией.
Собственно, участники пробега из Китая в Улан-Удэ должны будут как раз оценить состояние транспортной инфраструктуры на маршруте, функционирование придорожного сервиса, а также потенциал развития производственных мощностей. За шесть дней колонна должна преодолеть около 2200 км и посетить 11 населенных пунктов в трех странах.
Часть чего-то большего
Однако этот маршрут должен стать лишь первым шагом на пути к реализации более глобальных проектов. Указанный экономический коридор – это большая совместная программа развития, включающая монгольский «Степной путь», китайский «Шелковый путь» и российскую программу «Трансъевроазиатский регион развития» (имеется в виду российская инициатива создания Трансъевразийского коридора).
Это означает, что лидеры трех стран обсуждают возможность интегрировать этот автомобильный (и железнодорожный) маршрут в более глобальные транспортные потоки.
Идея Трансъевразийского транспортного коридора подразумевает создание автодорог, скоростных и обычных железных дорог, телекоммуникационных сетей, трубопроводов, таможенных терминалов из Европы (начиная с Лондона) в Россию через Москву, Красноярск, Иркутск, Хабаровск и Владивосток (далее были планы довести дороги через Чукотку и соединить Евразию с Северной Америкой). В теории маршрут из Китая через Монголию легко пересекается в Иркутске с Трансъевразийским транспортным коридором.
Изначально в более масштабном проекте китайского «Шелкового пути» в Азию маршрут через Монголию тоже не предполагался. Однако КНР готова изучать перспективы разных маршрутов, прежде чем выбрать оптимальные с точки зрения расстояния, инфраструктуры, потоков и бизнеса. Поэтому неудивительно, что Пекин, как и Россия, поддержал этот проект еще в 2014-м.
Монголия также пытается вписаться в этот процесс. У нее нет выхода в море, она зажата между КНР и РФ, которые являются для нее торговыми партнерами номер один и номер два. К тому же Монголии надо расширять поставки минеральных ресурсов. Поэтому страна разработала свой проект «Степной путь», предусматривающий развитие не только автодорог из Китая в Россию, но и в целом развитие транспортно-логистической инфраструктуры в стране. В планах модернизировать все железнодорожные магистрали и построить высокоскоростную автомобильную дорогу длиной более 1000 км, пересекающую Монголию с юга на север.
Россия и Китай одобрили проект «Степной путь» в 2014 году. По сути, речь идет о возрождении «Великого чайного пути», развитии по нему экономических и туристических путей и интеграции его в более глобальные транспортные потоки. Однако насколько реальны такие планы?
Новый автомобильный коридор, конечно, будет способствовать развитию трансграничного сотрудничества, но пока только в региональном масштабе. Перерастание в глобальный проект в обозримом будущем не предвидится, считает управляющий партнер компании Kirikov Group Даниил Кириков. И главная проблема в том, что ни у одной из сторон нет достаточного объема свободных средств для воплощения в жизнь столь масштабных планов.
Например, Россия уже выделила около 70 млрд рублей на модернизацию БАМа и Транссиба, а также строительство Центральной кольцевой автомобильной дороги. Ресурсов для реализации иных инфраструктурных программ сейчас просто нет. «С учетом того, что экономика РФ пребывает в состоянии структурного кризиса, сложно ожидать появления в бюджете необходимых для этого средств в среднесрочной перспективе», – говорит Кириков.
Что дает новый маршрут
Однако для Бурятии и южных сибирских регионов новая дорога важна. Это действительно более короткий и удобный путь. Он упростит транспортировку грузов, ускорит их поток и также избавит перевозчиков от лишних трат.
Как поясняет Кириков, сейчас российские и монгольские перевозчики вынуждены принимать или сдавать груз в ближайшем к линии границы с КНР терминале, что порождает необходимость дополнительных затрат на услуги китайских транспортных компаний. Однако соглашение между правительствами трех стран позволит перевозчикам самим передвигаться в глубине китайской территории, вместо того чтобы сдавать грузы посредникам вблизи границы.
Кроме того, до сих пор осуществлять напрямую двухсторонние перевозки с КНР могли только приграничные российские регионы. Новый автомобильный коридор вкупе с соответствующими договоренностями предоставит такую возможность и другим регионам Сибири, не граничащим с КНР, отмечает Кириков.
Бурятия и сопредельные регионы поставляют в Китай уголь, лес, пиломатериалы и нефрит, параллельно импортируя промышленное оборудование, текстиль и продукты питания (продукты быстрого приготовления, овощи и фрукты). «На данный момент доля КНР во внешнеторговом обороте составляет около 15%. Но данный показатель может существенно повыситься, когда исчезнет препятствие в виде высоких транспортных издержек», – говорит Кириков.
По оценкам, до 2020 года за счет распределения транспортных потоков на новые маршруты грузопоток вырастет на 17–20%. «В дальнейшем возможен рост до 10% в год, что соответствует среднегодовому росту объемов внешней торговли России и Китая», – рассказал гендиректор российского Агентства автомобильного транспорта (Росавтотранс) Алексей Двойных, который является координатором пробега.
Рост товарооборота между южными регионами Восточной Сибири и Китаем принесет выгоду обеим сторонам. «Спрос на российское сырье со стороны китайских бизнесменов придаст импульс развитию местных производств, включая депрессивную угольную промышленность. В то же время появление на рынке подешевевших китайских товаров широкого потребления позволит нивелировать влияние кризиса на уровень жизни населения», – говорит Кириков.
Китай со своей стороны получит новые рынки сбыта и доступ к дешевому сырью. Монголии же будет обеспечен экономический рост за счет развития транспортной и обслуживающей инфраструктуры в виде заправок, учреждений общественного питания, хостелов и т. п.