Группа «ИСТ» совместно с госкорпорацией «Ростех» планирует принять участие в аукционе на месторождение редкоземельных металлов (РЗМ) Томтор в Якутии. Об этом сообщил президент группы «ИСТ» Александр Несис в интервью Bloomberg.
Как только у нас будут технологии и лучшее месторождение, мы станем конкурентоспособными в этой отрасли
«Как только у нас будут технологии и лучшее месторождение, мы станем конкурентоспособными в этой отрасли», – сказал он. Вложения в проект могут составить около 1 млрд долларов (30 млрд рублей) в ближайшие пять–шесть лет.
Томторское месторождение РЗМ является одним из крупнейших в мире. Его прогнозные ресурсы оцениваются в 154 млн тонн руды. В Минпромторге ранее отмечали, что уже в 2014 году на Томторе должны начаться технологические изыскания, на которые будет потрачено 2 млрд рублей, а освоение непосредственно самого месторождения должно стартовать в 2015 году. Ростех будут получать финансирование через бюджет.
«Месторождение очень интересное по запасам. Геологоразведка была произведена еще в Советском Союзе. И китайцы настойчиво хотели найти того, кто на их средства займется разработкой этого месторождения. Таких не нашлось, потому что требуется большая работа с лицензиями. Иностранцам получить лицензию на месторождения такого формата нереально. Мы очень долго не пускали на этот рынок вообще никого. Это был стратегически важный продукт», – говорит газете ВЗГЛЯД директор компании «ТДМ96», занимающейся продажей в России китайских РЗМ, Александр Топорков.
Редкоземельные металлы (РЗМ) – это группа из 17 элементов, включающая лантан, скандий, иттрий и лантаноиды. По суммарной распространенности на земле они в десятки раз превосходят такие металлы, как молибден и вольфрам, однако капитальные затраты на их добычу относительно высоки (порядка 40 тыс. долларов на тонну, по данным Roskill Information Services).
«Сегодня развитие науки и техники, любого производства напрямую завязано на производстве РЗМ. Это очень интересные металлы по своим свойствам. Возьмем, например, французское авиастроение. Каким образом французы сейчас облегчают конструкцию своих самолетов? Они добавляют в алюминий, и так сам по себе легкий металл, скандий. Скандий добавляет алюминию устойчивости к температурам, повышает порог старения», – приводит пример Топорков.
«Или китайцы, например, используют неодин в сельском хозяйстве для повышения урожайности, обработки семян. В наших условиях это немаловажно, так как период урожая короткий, лето недолгое. РЗМ также нужны оборонной промышленности. Так, в производстве оптических стекол используется лантан», – добавляет Топорков.
Первое производство РЗМ в России
Группа «ИСТ» и Ростех намерены не только вместе начать разработку нового месторождения, но и создать в России первое производство редкоземельных металлов. Они договорились инвестировать в производство РЗМ еще 1 млрд долларов в течение пяти лет, до 2018 года. Для этого партнеры уже создали совместное предприятие TriArkMining по производству РЗМ из содержащих торий концентратов. Группа «ИСТ» контролирует 50% плюс одну акцию в этом СП.
Для этих целей группа «ИСТ» купила у государства примерно 82 тыс. тонн монацита, который более 60 лет хранился в Красноуфимске на Урале. Это концентрат, в котором содержатся торий и редкоземельные металлы. Торий – это продукт, альтернативный урану в качестве ядерного топлива.
Этот монацит накопился с 1940-х годов, после того как Советский Союз отказался от использования тория в пользу урана для производства ядерного оружия. Он содержит около 7% тория и 55% РЗМ, в то время как в руде содержится максимум 5%, говорит Несис. Такого содержания достаточно, чтобы TriArkMining начал непосредственно производство РЗМ, минуя этап лабораторных исследований, через который обычно проходят новые проекты, добавил он.
Несмотря на то что Россия владеет не менее 20% мировых запасов редкоземельных металлов, с их добычей и, главное, производством имеются большие проблемы. Добыча сырья составляет сейчас всего порядка 2% от мировой, причем ею занимается только одна российская компания – Соликамский магниевый завод. Это сырье перерабатывается в Эстонии, откуда конечный товар идет на мировые рынки.
Самих металлов – конечной продукции – в России практически не производят. Это издержки построенной в советское время системы – заводы по переработке добываемых на территории России редкоземельных металлов оказались после развала Союза за пределами страны. Кроме Эстонии, они находятся также в Казахстане и Киргизии.
«В России никто не занимается экстракцией или сепарацией РЗМ. В руде разбросано большое количество РЗМ. Их надо разделять, потому что покупателям не нужна смесь, состоящая, например, на 70% из лантана, на 20% из церия и на 10% из еще чего-то. Производству (авиационному, нефтегазовому и т. д.) нужен конечный продукт – уже разделенные металлы, которые можно сразу использовать. Но Соликамск до сих пор не был заинтересован вкладывать в производство свои деньги. Хотя у них есть для этого и мощности, и технологии», – говорит Александр Топорков.
Китай по-прежнему является крупнейшим производителем и экспортером редкоземельных металлов
Вернуть упущенные возможности
Однако правительство решило вернуться на мировую арену РЗМ. Госпрограмма разработки РЗМ до 2020 года оценивается в 145 млрд рублей, при этом из бюджета планируется направить 23,5 млрд. По прогнозу Минпромторга, выпуск сырья и продукции из РЗМ в России будет расти на 10–20% в год и в 2020 году достигнет 20 тыс. тонн, или около 50 млрд рублей в денежном выражении.
К 2020 году спрос на РЗМ в России, по прогнозам экспертов, достигнет 5–7 тыс. тонн в год, по более оптимистичному сценарию – почти 13 тыс. тонн.
Однако пока Китай по-прежнему является крупнейшим производителем и экспортером редкоземельных металлов, обеспечивая, по разным данным, от 90 до 97% глобальных потребностей.
Ждет борьба с Китаем
Александр Топорков предупреждает, что потеснить Китай на этом рынке – нелегкая задача, так как реальная добыча РЗМ на Томторском месторождении и их переработка обойдутся дорого и потребуют десятилетия.
«Посмотрите на карту, где находится месторождение Томтор. Климатические условия там страшные. Но самое проблематичное – это дороги. Одно дело – копать, а другое дело – вывозить руду. Многие специалисты тихонько смеются, представляя, как будут вывозить руду с этого месторождения для переработки на предприятии, к примеру, на самый близкий по расположению завод Алросы. А авиационные перевозки серьезно увеличат себестоимость добычи», – отмечает Александр Топорков.
При этом в Китае себестоимость добычи производства ниже, чем в России. «Потому что у нас РЗМ находятся в руде, а в Китае – в глине. Плюс руки в Китае тоже дешевле», – указывает эксперт. «Поэтому китайская продукция в итоге может быть дешевле», – резюмирует Топорков.
Кроме того, Китай уже показал, как умеет разыгрывать успешную шахматную партию на этом рынке. В середине 60-х годов Китай начал продавать в больших количествах РЗЭ, за два года ему удалось обрушить мировые цены на редкоземельные элементы. Этим он разорил иностранных конкурентов, а потом вернул цены на «докризисный» уровень, став монополистом на рынке РЗЭ. Даже США в 90-х годах свернули добычу РЗМ.
В 2007 году Китай начал вводить квоты на вывоз РЗЭ, и уже в 2009 году снизил товарный экспорт РЗЭ более чем на 75%. Это было сделано для того, чтобы не продавать свои природные богатства за бесценок. В итоге США и ЕС начали обвинять Китай в нарушении норм ВТО. Пока организация расследует ситуацию, Китай в сентябре снова ограничил объем добычи РЗМ в 2013 году уровнем 93,8 тыс. тонн (это уровень 2011 года).
И нет никаких гарантий, что подобные партии Китай не станет разыгрывать для того, чтобы вытеснить нового конкурента в лице России.