Американский нефтяной гигант Exxon Mobil отказался от планов добычи сланцевого газа в Польше, не получив удовлетворительных результатов после бурения разведочных скважин, сообщила польская Gazeta Wyborcza со ссылкой на представителя польского подразделения компании. Такое решение компания приняла, не обнаружив коммерческих запасов газа в двух скважинах, передает Reuters.
Отказ Exxon Mobil от планов добычи сланцевого газа в Польше еще раз доказывает, что сланцевая революция в Европе вряд ли случится
Это уже не первый раз, когда скважина сланцевого газа в Европе оказывается безрезультативной. До этого Exxon в 2009 году бросил проект в Венгрии стоимостью 75 млн долларов: компания нашла в скважине больше воды, чем газа.
И в начале этого года Exxon уже говорил о том, что две экспериментальные скважины, пробуренные в Польше в конце 2011 года, оказались нерентабельными. Обнаруженный газ не поступал в необходимых количествах, которые оправдали бы производство. Однако тогда Exxon все-таки не спешил отказываться от амбиций на сланцевом рынке Польши. Глава чикагской исследовательской компании Brookshire Advisory & Research Джианна Берн говорил тогда Bloomberg, что неудача Exxon свидетельствует о том, что добыча польского сланцевого газа может стать уникальной задачей и привести к росту стоимости и задержке производства.
Однако в итоге Exxon решил полностью отказаться от идеи добыть газ из сланца в Польше.
Exxon принадлежит шесть лицензий на разведку сланцевого газа в Польше. Он наряду с Shell, Conoco Phillips и рядом других компаний получил лицензии на разработку польского газа в 2010 году. Компании начали искать газ в Польше после публикации в апреле 2010 года отчета компании Wood Mackenzie, оценившей запасы страны в 1,36 трлн кубометров газа из нетрадиционных источников. При этом управление энергетической информации США посчитало, что Польша имеет крупнейшие запасы сланцевого газа в Европе в размере около 5,3 трлн кубометров.
Однако в марте сама Польша оценила запасы в скромные 346–768 млрд кубометров. Эти объемы вряд ли превратили бы Польшу в экспортера газа, но по крайней мере сделали бы менее зависимой от импорта газа из России. Сейчас Газпром поставляет в страну около двух третей из 14 млрд кубометров газа в год.
Этих запасов вместе с традиционными запасами газа стране хватило бы на 35–65 лет потребления, радовались поляки. Премьер-министр Дональд Туск поручил начать добычу сланцевого газа в 2014 году. Однако амбиции по добыче сланцевого газа пока не оправдались.
Министр экономики Польши Вальдемар Павляк предположил, что Exxon Mobil стал менее заинтересован в польском проекте по сланцевому газу после того, как на прошлой неделе согласовал разработку сланцевой нефти в Западной Сибири вместе с Роснефтью, пишет FT.
Сланцевая революция
Exxon и другие крупные североамериканские компании пропустили американский бум по добыче сланцевого газа, который начался в середине прошлого десятилетия. Разработчики поменьше: EOG Resources, Chesapeake Energy и Range Resources – начали доминировать на американском рынке сланцевого газа, так как крупнейшие международные компании занимались поиском нефти в Мексиканском заливе и Западной Африке.
Поэтому Exxon и другие начали пробовать добывать сланцевый газ везде, где только можно: как в Европе, так и в Аргентине. Проектами по добыче сланцевого газа в Европе занялись также американские нефтегазовые гиганты Chevron и Marathon.
Крупные залежи сланцевого газа также обнаружены в таких европейских странах, как Австрия, Англия, Венгрия, Германия, Швеция и Украина. Согласно прогнозам экспертов, добыча нетрадиционного газа в Европе к 2030 году составит 15 млрд кубометров в год. Однако когда дело касается сланцевого газа, никто не застрахован от того, что случилось в Польше: запасы в реальности могут оказаться недостаточными для рентабельного производства.
Кроме того, добыча сланцевого газа небезопасна с экологической точки зрения. Три страны Евросоюза: Франция, Румыния и Болгария – уже запретили разведку сланцевого газа с применением технологии фрекинга из опасений загрязнения окружающей среды.
Иллюзорные амбиции
«Отказ Exxon Mobil от планов добычи сланцевого газа в Польше еще раз доказывает, что сланцевая революция в Европе вряд ли случится. Угрозу со стороны Европы реально никто и не рассматривал в России. Все эти амбиции по добыче сланцевого газа и яйца выеденного не стоят, эти проекты носили больше политический характер», – уверяет директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин.
«Когда мы говорим про большие северные территории США – это одно, а территория густонаселенной Европы гораздо меньше, и ей есть куда «проваливаться». Я имею в виду возможные обрушения из-за добычи сланца. Технологии добычи сланцевого газа недостаточно совершенны с точки зрения экологических требований и мер безопасности. Экологические стандарты в Европе выше, чем в США», – поясняет эксперт.
Беда исходит из-за океана
Вот угроза для Газпрома со стороны американского нетрадиционного газа действительно есть. Сланцевый газ изменил энергетический рынок США, позволив стране стать крупнейшим в мире производителем газа в 2009 году. Запасы сланцевого газа в США составляют примерно 20–25 трлн кубометров, что сопоставимо с запасами Газпрома. Уровень добычи сланцевого газа в США к 2011 году вырос до 150 млрд кубометров в год, составив 15% от общей добычи газа. Если США построят терминалы сжиженного газа для экспорта, то американцы могут стать экспортерами сланцевого газа.
Лидером в применении специальных технологий по добыче сланцевого газа, помимо Штатов, является Канада. Добывать газ из сланца намерен еще и Китай. В частности, China National Petroleum Corporation и Royal Dutch Shell подписали в марте контракт на добычу газа в провинции Сычуань. Однако КНР по-прежнему вынуждена увеличивать объемы импорта природного газа, поскольку объемы добычи сланцевого газа в Китае не могут полностью удовлетворить растущий спрос на топливо в стране, сообщил на днях Bloomberg со ссылкой на данные европейских экспертов.
Глава Газпрома Алексей Миллер в последние годы не признавал опасности для Газпрома со стороны сланцевого газа. В прошлом году он говорил газете Süddeutsche Zeitung, что «так называемая революция сланцевого газа – это американский «Голливуд». Однако в этом году некоторые российские чиновники уже признали, что рост добычи сланцевого газа в США представляет проблему для Газпрома. И даже сам Владимир Путин заявил весной, что российской энергетике придется ответить на вызов сланцевой революции.
«Опасения по поводу американского газа на европейском рынке, конечно, есть. И России надо учитывать эти реалии», – говорит Сергей Пикин. По его мнению, России надо активно инвестировать в проекты по добыче сланцевого газа, надо действовать на опережение. «Просто закрыться двумя трубами «Северного» и «Южного потока» можно, но это игра в одни ворота с большими рисками. Необходимо работать там, где есть рынок сланцевого газа. Если есть возможность проинвестировать и работать на американском рынке, то надо это делать. Тащить эти технологии в Россию и здесь с ними экспериментировать я бы не стал. В России и так экологическая обстановка не лучшая», – отмечает эксперт.
В феврале Газпром уже начал свой первый проект по добыче газа из угольных пластов и заявил о заинтересованности в трубопроводных поставках газа в США через Канаду. А в апреле глава Газпрома Алексей Миллер впервые заявил об интересе концерна к проектам сланцевого газа.
Впрочем, и в США сланцевая революция проходит не так гладко, как того хотелось бы компаниям. «Посмотрите на одного из пионеров и крупнейшего производителя сланцевого газа в США – компанию Cheasapeake Energy. Она находится в предбанкротном состоянии, потому что ей пришлось брать много кредитов на освоение сланцевых месторождений. А когда на рынке появился сланцевый газ, рынок газа насытился, цены на него снизились. При таких низких ценах на газ компания теперь просто не в состоянии обслуживать свой кредитный портфель. Что уж говорить о Европе, где запасы сланцевого газа меньше и где затраты на его освоение могут просто не окупиться», – говорит газете ВЗГЛЯД Сергей Пикин.
Увеличение объема добычи сланцевого газа в США стало причиной снижения цен на газ более чем на 20% с начала этого года.