С 15 июля в США вступает в силу закон Додда-Франка, запрещающий внебиржевую торговлю ценными бумагами. Этот закон является ответом администрации президента США Барака Обамы на кризис 2008 года. Считается, что это самое масштабное изменение в финансовом регулировании США со времен Великой депрессии.
Финансовая система, к которой пытаются применить Додда-Фрэнка, более сложная, чем могут себе представить законодатели и тем более регуляторы
Компания Forex.com уже поспешила отправить своим трейдерам служебные e-mail с предупреждением о грядущем запрете на торговлю драгоценными металлами (золотом и серебром), а также с уведомлением их о принудительном закрытии всех позиций в пятницу, 15 июля, 2011 года к 17.00.
Проект закона, который призван полностью зарегулировать фондовый рынок США, был впервые внесен на рассмотрение Палаты представителей конгрессменом Барни Франком и будущим сенатором Крисом Доддом 2 декабря 2009 года. 21 июля 2010 года его подписал президент США.
Суть закона состоит в том, что любые операции с ценными бумагами и контрактами должны проводиться только через биржу, торговля же финансовыми инструментами на внебиржевом рынке будет расцениваться как противозаконная.
Новое законодательство требует от участников рынка переводить операции с деривативами на биржу. Эти финансовые инструменты используются не с целью купли-продажи того или иного актива, а с целью получения дохода от разницы в ценах. Дериватив представляет собой право на перепродажу актива, в котором заложена цена актива, уровень инфляции, а также процентные ставки за риски, которые потом получает трейдер. Одним из видов деривативов является своп – этот финансовый инструмент предполагает обмен активами, который сопровождается заключением контрсделки – сделки об обратной продаже того же товара через определенный срок на тех же или иных условиях. По сути, деривативы используются в качестве страхования компаний от рисков и извлечения спекулятивной прибыли для трейдеров.
Считается, что наличие таких спекулятивных финансовых механизмов приводит к тому, что многие активы переоцениваются и оказываются финансово не обеспечены. Фактически закон может поставить под угрозу всю историю торговли свопами.
Что касается драгоценных металлов, то теперь только на бирже можно будет купить бумаги специализированных фондов, инвестирующих в драгметаллы, а также инвестировать через фьючерсы. «Физическая» торговля, к примеру золотом (купля-продажа монет, изделий, слитков), не подпадает под ограничение.
По идее разработчиков этот закон призван сократить риски финансовой системы. Документ предоставляет регуляторам большие полномочия для надзора за банками и финансовыми учреждениями, а также наделяет их правом ликвидировать крупные проблемные кредитные организации. Таким образом, вводится общий контроль над фондовым рынком, а также механизм выявления организаций, ставящих под угрозу деятельность всей финансовой системы страны.
Документ утверждает три новых контролирующих института: Совет по контролю финансовой стабильности, Агентство по защите потребителей финансовых услуг и Инвестиционный консультативный комитет по защите прав инвесторов (при Комиссии по ценным бумагам и биржам, SEC).
«Рынок хотят еще больше зарегулировать. Компании обязаны будут идти на биржу, проходить процедуру листинга. Но для многих корпораций пройти листинг в США довольно сложно – это трудоемкая и затратная процедура. Не все компании, которые торгуются на внебиржевом рынке, смогут пройти листинг. Некоторым придется вообще уйти с фондового рынка США, либо уйти на площадки в других странах – азиатские, европейские», – говорит аналитик ГК «Алор» Наталья Лесина.
Однако эксперт считает, что торговать на фондовых рынках в других странах невыгодно как эмитентам, так и инвесторам из США, поскольку им удобнее работать на своем рынке из-за разницы во времени.
Естественно, в выигрыше оказываются биржевые площадки, которые уже предоставляют платформу для торговли деривативами. Примечательно, что ведущие игроки Wall Street выступают акционерами этих площадок.
Закон Додда-Франка подвергается резкой критике со стороны участников фондового рынка, инвесторов, финансовых корпораций, экспертов. К примеру, экс-председатель Федеральной резервной системы США (ФРС) Алан Гринспен считает, что крупнейший в американской истории проект может спровоцировать «самое большое искажение в регулировании рынка» за последние 40 лет.
«Финансовая система, к которой пытаются применить Додда-Фрэнка, более сложная, чем могут себе представить законодатели и тем более регуляторы», – отметил Гринспен. По его мнению, разработчики только поверхностно могут оценить всю внутреннюю структуру финансовых механизмов. Гринспен считает, что «невидимая рука рынка» в состоянии справиться с поддержанием относительно стабильных курсов валют, процентных ставок, цен и тарифов, передает Financial Times.
«Зарегулировать все на 100% невозможно. Если брать прошлый кризис, то внебиржевая торговля никак не повлияла на него. Я напомню, что все началось с рынка недвижимости и ипотечного кредитования, далее распространившись на финансовый рынок. Поэтому нет уверенности в том, что именно рынок деривативов станет причиной следующего кризиса», – считает Наталья Лесина.
Вместе с тем эксперты успокаивают, что участникам рынка пока рано паниковать. Дело в том, что в многострадальном законе Додда-Франка 2315 страниц. Чтобы он окончательно заработал, требуется принять 243 подзаконных акта и провести свыше 150 дополнительных исследований по различным темам.«Закон действительно вступает в силу в середине июля, но для того чтобы он заработал, необходимо принять еще список приоритетов, которые бы четко регламентировали, что конкретно считать сделками по схеме своп. Нужно еще принять подзаконные акты – это самое главное. Пока этот список не приняли, закон работать не будет. Если закон заработает, то наступит резкое ограничение по бессмысленным фьючерсным сделкам», – комментирует партнер консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин.
Некоторые эксперты ожидают, что с вступлением в действие этого закона цены на нефть могут резко пойти вниз. Дело в том, что разные аналитики оценивают спекулятивную составляющую в цене на нефть в объеме 20–30%. Логично предположить, что если внебиржевые фьючерсы будут под запертом, то спекулятивная составляющая может исчезнуть, а цены – упасть.
«Каждая компания, добывающая нефть или газ, будет вынуждена доказывать, что контракт прямой, а не переходящий по сто раз из рук в руки на бирже. Это делается для исключения спекулятивной составляющей цены на нефть. Однако я не думаю, что спекуляция составляет 30% от цены на нефть. Сейчас явно работают рыночные механизмы», – отмечает Михаил Крутихин.