«Правительства сами отвечают за свою политику»
– Жан-Клод Трише, вы занимаете пост президента Центробанка Европы в весьма интересное время. Если оглянуться на самое начало «проекта евро», что, по вашему мнению, стоило бы сделать по-другому?
– Думаю, что время для нас всех сейчас очень интересное и благодарное, потому что нам сейчас приходится справляться с самым серьезным кризисом после Второй мировой войны. Это время предъявляет огромные требования к нам всем.
Евросоюз предпринял рад важнейших последовательных мер, и первым звеном в этой цепочке было принятие им плана финансовой стабилизации
В нашем конкретном случае делом абсолютной важности является строгое и последовательное претворение в жизнь положений Пакта стабильности и роста, который был важнейшей частью Экономического и валютного союза (ЭВС).
– Но сейчас остается и все острее стоит фундаментальная проблема – центр отвечает за долги в качестве последнего гаранта долгов еврозоны, в то время как расходы и сбор налогов остаются на периферии в юрисдикции независимых правительств. Эту проблему надо решать. Как вы собираетесь это делать?
– Нет. Правительства сами отвечают за свою политику. Очень важен тот факт, что они ведут себя надлежащим образом не только сами по себе, но и потому, что они находятся под надзором, под тщательным наблюдением соседей. Вся система работает на основе многостороннего наблюдения, осуществляемого соседними государствами, и нам нужно гарантировать, чтобы это и в будущем функционировало так же хорошо, как и сегодня.
Конечно, государства сейчас просят правительства друг друга вести себя как можно более благоразумно, исправляя свою политику и подходы там, где они разбалансированы. И опять же это нормальное применение положений Пакта стабильности и роста. Я сам, от лица управляющего Совета ЦБ, призываю к решительному прогрессу во внедрении этой системы многостороннего мониторинга.
«Ни о каком штрафе не договорились»
– Пакт стабильности и роста был сильно смягчен в плане штрафов. Было решено, что даже если правительства выбьются за рамки допустимых показателей бюджетного дефицита, штраф на них налагаться не будет. Имеется ли сейчас политическая воля к изменению пакта?
– Во-первых, я бы сказал, что такого решения не было. Было наблюдение, что ни о каком штрафе так и не договорились. Поэтому буква пакта была соблюдена, а дух его, к сожалению, нет, потому что ряд стран вовсе не испытывали энтузиазма по поводу введения таких штрафов. Что же касается нас, то мы опять же стояли на своей строгой позиции: мы с самого начала хотели, чтобы при выполнении пакта соблюдались и его буква, и дух.
Мы ожидаем, что и из этого эпизода будет извлечен очередной урок, потому что снова у нас проблемы на уровне всего финансового сектора и проблемы на глобальном уровне. Очевидно, что такие проблемы есть у всех индустриализованных стран.
В нашем случае мы должны использовать все возможности, предлагаемые европейскими нормативными актами. Мы должны сделать все, что можно сделать, не меняя самого соглашения, для усиления мониторинга, мер предотвращения, санкций и автоматизма их применения.
«Есть сильная программа»
– Но сейчас рынки показали, что они не доверяют Греции; у них также есть сомнения относительно Испании. Если такого рода сомнения существуют, то рынкам явно необходим более сильный сигнал от Европейского совета, от Центробанка и от всех вовлеченных сторон. Почему бы не принять какое-то общее обязательство? Конечно, это предложение уже встретило негативную реакцию Германии, но разве общее обязательство не стало бы ответом на эти проблемы?
– Мы и сами не поддерживаем такую концепцию. Мы поддерживаем решения, принятые правительствами, а именно – иметь стабилизационный фонд, который уже был создан и пользование которым, конечно же, будет основано на соблюдении очень серьезных и строгих условий.
Позвольте лишь сказать, что в случае страны, которую вы имели в виду, а именно Греции, сегодняшняя ситуация в корне отличается от того, что было пять или шесть месяцев назад. У нас есть программа восстановления и программа урегулирования, которая обсуждалась комиссией вместе с ЦБ Европы и МВФ.
Так что мы сейчас в ситуации, когда у нас есть сильная программа и мы полны энтузиазма. Внедрение ее будет контролироваться прямо на месте через МВФ и комиссию.
«Я очень ценю предложение Путина»
– Что если это не сработает в Греции и других странах? Что бы вы предпочли: некий постоянный механизм поддержки или какую-то процедуру банкротства?
– Мое рабочее предположение – это сработает.
– Но ведь это решать рынкам. Я знаю, что политики и рынки сейчас сильно враждуют, но суммы денег, о которых идет речь, не могут прийти только из Евросоюза. Рассматриваете ли вы другие источники финансирования, помимо ЕС? Общее обязательство позволило бы вам, например, обратиться к России?
Европейские ценные бумаги и инвестиции в европейскую экономику становятся привлекательными для иностранцев
– Нет, я не думаю. Но я очень ценю то, что сказали премьер-министр Путин и ряд руководителей Китая и всего мира. Но я еще раз подчеркиваю, что, по моему мнению, Евросоюз предпринял рад важнейших последовательных мер, первым звеном в этой цепочке было принятие им плана финансовой стабилизации.
И, конечно, ключевым моментом является и то, что европейские правительства взяли на себя обязательство ускорить консолидацию бюджетов. Все это абсолютно новые явления, которые постепенно начинают приниматься во внимание инвесторами во всем мире. Но я еще раз повторяю, что я очень ценю предложение премьер-министра Путина.
«Евро – это очень надежная валюта»
– Китай также планирует крупные инвестиции в таких странах, как Греция. Он уже предпринимал попытки установить контакты с одним из греческих банков. Каково было бы отношение ЕЦБ к перспективе оказания Китаем финансовой поддержки Греции путем покупки греческих банков?
Мы сейчас в ситуации, когда y нас есть сильная программа и мы полны энтузиазма. Внедрение ее будет контролироваться прямо на месте через МВФ и комиссию
– Опять же я не могу дать сколько-нибудь конкретного ответа на этот вопрос. Я уже отмечал, что мне очень приятно, что европейские ценные бумаги и инвестиции в европейскую экономику становятся привлекательными для иностранцев. Всякий раз, когда мне самому приходилось говорить на тему евро, я всегда подчеркивал, что евро – это очень надежная валюта, которая не обесценивалась больше чем 11,5 лет и обеспечивала ценовую стабильность.
На момент нашего интервью средний уровень инфляции в странах Евросоюза составляет 1,98%, что находится в полном соответствии с нашим определением ценовой стабильности: близко к 2%, но меньше 2%.
И я должен сказать, что стабильность цен, которую нам удается поддерживать в течение столь долгого периода времени, является важнейшим преимуществом для европейских и не европейских инвесторов.
«Приоритет – ценовая стабильность»
– Касаясь темы инфляции, вы упомянули, что ЕЦБ будет сокращать выдачу денег европейским правительствам. В то же самое время вы пообещали неограниченно поддерживать коммерческие банки, по крайней мере в течение нескольких ближайших месяцев. Как вам удастся решить эти две проблемы?
– Практика неограниченного предложения ликвидности по твердой ставке существует с момента усиления кризиса. Недавно мы приняли решение продолжить предложение ликвидности на определенный период времени сроком в три месяца.
Но до этого мы также договорились о том, что неограниченное предложение ликвидности по твердой ставке останется в силе лишь для недельных операций, для основных операций рефинансирования, а также для операций, длящихся один месяц. То есть здесь нет ничего кардинально нового, это просто метод нашей работы.
Единственным новшеством в этом смысле является принятие программы по оказанию поддержки рынкам ценных бумаг. Мы не поменяли основы своей монетарной политики.
В нашем понимании принципы нашей монетарной политики являются вполне адекватными, а процентные ставки оптимальными, и здесь мы не собираемся ничего менять. Нашим приоритетом согласно договору является ценовая стабильность.
Мы никогда не пойдем ни на какие компромиссы в области инфляции. Это то, чего хочет население Европы. Это то, что мы обеспечивали в течение последних 11,5 лет, и это то, чего от нас ожидают граждане Европы в среднесрочной и долгосрочной перспективе.
– Сейчас Европа, как вы уже сказали, от Греции до Нидерландов полна решимости установить жесткий контроль за своими расходами. Но не таится ли здесь опасность и риск того, что эти меры строгого контроля осложнят усилия правительств восстановить собственный баланс и баланс банков и в конечном итоге лишь продлят кризис?
– Нет. Здесь крайне важно осознать, что доверие является основным элементом нынешнего этапа выхода из кризиса, особенно в промышленно развитых странах.
Для того чтобы консолидировать наши усилия по выходу из кризиса, нам нужно иметь доверие населения в вопросах потребления и инвестиций; предприниматели и корпоративный бизнес должны доверять нам в вопросах, касающихся собственных инвестиций и своего будущего.
И, наконец, нам нужно доверие со стороны инвесторов. Совершенно очевидно, что если мы поставим перед собой цель, если правительства и парламенты продемонстрируют, что у них есть надлежащий план возвращения к рациональной бюджетной политике, то это будет означать усиление доверия, что будет способствовать консолидации усилий по выходу из кризиса.