Мегдет Рахимкулов стал акционером MOL. Представитель российского офиса венгерской нефтегазовой корпорации MOL рассказал газете ВЗГЛЯД, что АЕВ Bank, подконтрольный семье Рахимкуловых, купил 3,3% акций компании.
Представитель российского офиса венгерской нефтегазовой корпорации MOL рассказал газете ВЗГЛЯД, что АЕВ Bank, подконтрольный семье Рахимкуловых, купил 3,3% акций
«AEB Bank – это финансовый инвестор, активно работающий в нашем регионе, – заявил газете ВЗГЛЯД представитель MOL. – В прошлом он уже приобретал и продавал акции MOL». Мегдет Рахимкулов ранее тесно сотрудничал с Газпромом. Он вместе с членами своей семьи через компанию Kafijat Kft владеет 100% АЕВ Bank. По неофициальной информации, за пакет в 3,3% ценных бумаг банкир заплатил 80 млрд форинтов (400 млн долларов).
Цели, которые преследовал господин Рахимкулов, приобретая эти бумаги, по мнению аналитиков, могут быть разными. «Это вполне может быть его личной инициативой, – считает Константин Черепанов, аналитик RMG. – Рахимкулов в прошлом представлял Газпром в Венгрии и прекрасно знает этот рынок, а соответственно, знает, куда вкладывать средства». По данным эксперта, банк АЕВ вполне мог купить акции MOL в интересах кого-то из клиентов.
Среди возможных целей, которые преследовал банк, может быть и негласная договоренность между Газпромом и MOL, согласно которой венгерская компания получает частичный доступ к российским недрам, а газовая монополия – к газораспределительным сетям в Венгрии.
«Европейская газовая директива (действующая в Венгрии. – Ред.), с одной стороны, не запрещает владение газораспределительными и газотранспортными активами, но запрещает управление ими, – рассказывает директор East European Gas Analysis Михаил Корчемкин.
– То есть управлять такой компанией людям, косвенно или напрямую связанным с вертикально интегрированными корпорациями, нельзя. Это накладывает ограничения на долю, скажем, Газпрома. Он может купить блокпакет MOL, но не сможет влиять на работу газотранспортных предприятий».
Эксперт не уверен, что газовой монополии следует вкладывать деньги в зарубежные активы. «Средства Газпрома ограниченны, и следовало бы их вложить в основную деятельность – в добычу газа, – считает Михаил Корчемкин. – Не позже 2008 года нужно начать освоение Ямала, вложив туда не 1 млрд долларов, как планировалось, а втрое больше, иначе компания просто не успеет его освоить к 2014–2015 годам. Единственные стоящие иностранные активы – хранилища газа».
Константин Черепанов согласен с коллегой. «Деньги нужны здесь, чтобы вкладывать их в добычу, в развитие уже действующей инфраструктуры», – замечает эксперт.
В последнее время венгерский концерн активно расширяет присутствие на российском рынке – к удивлению отраслевых экспертов, не сталкиваясь с противодействием чиновников. Участники рынка не исключают, что MOL заручилась поддержкой Газпрома, заинтересованного в работе с конечными потребителями газа в Венгрии. В 2006 году MOL выкупила 100% российской нефтедобывающей компании «Байтекс», увеличив таким образом доказанные и прогнозные запасы нефти на 67 млн баррелей (согласно SPE).
В конце 2006 года было учреждено дочернее предприятие MOL Group в России – «MOL Русс», которое координирует деятельность MOL Group в России, включая такие проекты, как Западно-Малобалыкское месторождение в Западной Сибири (СП в равных долях с НК «Русснефть»), массив «Сургутский-7» (100%-ная собственность MOL с 31 октября 2006 года) и недавно приобретенное ООО «Байтекс».
MOL – ведущая интегрированная группа нефтегазовых компаний в Центральной и Восточной Европе и крупнейшая компания Венгрии. Капитализация концерна превышает10 млрд долларов. MOL работает на розничных рынках 10 стран региона.