С одной стороны, 55 лет – достаточный срок, чтобы «рассказ о судьбе и боли целого поколения, выстроенный как джазовая импровизация» безнадежно устарел. Где то поколение, где тот джаз? «Битники» возникли в узкой среде интеллектуалов Нью-Йорка, молодежи, отвергнувшей традиционные ценности культуры 50-х и экспериментирующей с джазом, наркотиками, сексуальностью и поэзией, и благополучно уступили свое место хиппи. Джаз – обуржуазился.
Кто такие сегодняшние хипстеры, как не реинкарнация битников?
Аллен Гинзберг, Джек Керуак, Уильям Берроуз – благодаря этим смелым новаторам в моду вошли черные водолазки, джинсы, береты и кофеварки. Хитчхайкинг («путешествия автостопом») стал нормой жизни, своего рода духовной практикой, инициацией, а сопутствующие эксперименты с партнерами/-шами предвосхитили сексуальную революцию 60-х. У массмедиа же появился удобный объект для насмешек, сатиры и многочисленных пародий.
С другой стороны, появление «На дороге» сейчас как нельзя более своевременно: ведь кто такие сегодняшние хипстеры, как не реинкарнация битников? С рефлексией в молескинах, айпадах и фейсбуке, с инстаграммом вместо бензедрина, с никому не известными музыкантами в айподе, со стремлением порвать с приличиями и общественными ограничениями и направиться по условной Дороге к не менее условной Свободе. Пока не придет время взрослеть и становиться обычным скучным членом традиционного общества.
Джеку Керуаку в своем дебютном романе блестяще удалось передать этот отчаянный бунтарский дух, свойственный молодежи, романтику дороги, этот «зов Дао», который якобы слышат утонченные поэтические натуры, прощальный и оттого с легкой горечью вояж, эскапада, трип – называйте как хотите. Керуак с легкостью ввел в мир литературы безумцев – тех, «кто без ума от жизни, от разговоров, от желания быть спасенными, кто жаждет всего сразу, кто никогда не скучает и не говорит банальностей, а лишь горит, горит, горит», тех, чьи имена стали нарицательными. В конце концов, поднимите руки, кому не встречался свой Дин Мориарти!
#{image=664738}Вкратце обрисуем сюжет тем, кто не знаком с книгой. После смерти отца начинающий нью-йоркский писатель Сэл Парадайз (Сэм Райли, возможно, многие помнят его по роли Йена Кертиса в «Контроле» Антона Корбайна), еще не начав писать, переживает творческий кризис. Он знакомится с альфа-самцом и wannabe-писателем Дином Мориарти (Гаррет Хедлунд – «Трон: Наследие» и «Троя»). Дин треть жизни провел, играя на тотализаторе, треть – в тюрьме, треть – в библиотеке. Он был юношей, «до умопомрачения опьяненным жизнью».
Добавим: и слабым полом. Его первая (насколько зрителю известно) жена Мэрилу (Кристен Стюарт) разделяла его увлечения: джаз, марихуана/бензедрин, секс. Его вторая – Камилла (Кирстен Данст) – наоборот, пыталась привязать Дина к семейным ценностям. Но для Дина с его напрочь атрофированным чувством ответственности и повышенным эгоизмом семья и дети лишь ограничивают его свободу, мешают выйти на Дорогу.
Остальная часть истории – бесцельные (или подчиненные Глубокой Цели, что одно и то же) перемещения по стране, кражи по мелочи, попытки подзаработать, случайный/намеренный секс, джаз-концерты, томик Марселя Пруста в качестве постоянного спутника.
Вообще, конечно, стоит уточнить, что этот интригующий менаж а труа героев более-менее автобиографического романа «В дороге» – самого Керуака, Нила Кэссиди (он же Дин Мориарти) и его жены – уже был перенесен на большой экран. В 1980 году вышел «Стук сердца» Джона Байрама по автобиографии Кэролин Кэссиди: он провалился в прокате, зато дал миру шанс увидеть Джона Херда (Керуак) и Ника Нолте (Кэссиди), делящих одну и ту же женщину (Сисси Спейсек).
Режиссер «На дороге» Уолтер Саллес (именно ему мы обязаны унылым роуд-муви с интригующим названием «Че Гевара: Дневники мотоциклиста») экранизирует роман, пожалуй, даже слишком близко к тексту – старательное изложение хорошиста, наделенного хорошей памятью, но не фантазией. От романа Керуака, как от превосходной джазовой импровизации, физически невозможно оторваться, его прозу нужно смаковать, она заражает своей свободой и реально меняет мировоззрение.
Режиссер не смог перенести на экран энергию текста, заразить неофитов духом времени, впрочем, он хотя бы попытался – см., например, страстные танцы героев под грубый, плотский, сексуальный джаз. В пересказе Саллеса вся эта история выглядит калейдоскопом бессмысленных перемещений героев в пространстве, беспорядочных совокуплений, наркотиков, джаза и алкоголя. Поэтому в какой-то момент зрителю становится отчаянно скучно, но киноманов могут порадовать любопытные камео: «О! Новая муза Дэвида Кроненберга, экранизировавшего в свое время «Голый завтрак», Вигго Мортенсен чудит в образе Уильяма Берроуза, а Эми Адамс со спутанными волосами и совершенно обдолбанным взглядом учит Элизабет Мосс делать минет». И так далее. И тому подобное.
Из-за отсутствия энергетики и раздолбанного нарратива утонченные зрители воспримут «В дороге» как метафору: легче дописать свой роман, чем дочитать «По направлению к Свану». Этот фильм – перефразируем Берроуза – никогда не сможет продать миллиард пар джинсов, миллион кофеварок и отправить миллион юнцов в дорогу. Большинству он запомнится сиськами звезды «Сумерек» Кристен Стюарт, сеансом одновременного онанизма (явная отсылка к «XX веку» Бертолуччи) и душераздирающей сценой того, как Стива Бушеми пялят в задницу.