Преимущество и одновременно слабое место Алексея Иванова – в том, что он не склонен до бесконечности эксплуатировать одну золотую жилу, сколь бы многообещающей она ни была – он, наоборот, пробует разные литературные месторождения, обогащая тем самым как собственный опыт, так и рацион своих поклонников. Плотной околоисторической фактуры и густой региональной экзотики, на которых во многом были построены «Золото бунта» и «Сердце Пармы», хватило бы, вероятно, еще на несколько романов. Пермский писатель, сумевший заинтересовать массы оригинальным взглядом на прошлое своей малой родины и объявленный на страницах столичного глянца «золотовалютными резервами русской литературы», мог бы продолжать добывать полезные ископаемые из родной уральской земли уже проверенным способом. Но Иванов выбрал путь большего сопротивления.
Автор, забывший о своих краеведческих ноу-хау, в крайне прямолинейном ключе режет правду-матку и сгущенно изображает нравы порочной столицы
После триумфа, который принесли ему две вышеупомянутые книги в середине 2000-х, он переключился на нон-фикшн и истории из современной жизни. Выпустил популярное краеведческое исследование «Месседж: Чусовая» и документальную книгу «Хребет России» – путеводитель по истории и географии Урала, тесно связанный с одноименным телепроектом, который был сделан совместно с Леонидом Парфеновым. Написал скандальный роман «Блуда и МУДО» – эротико-сатирическую эпопею о русской провинции эпохи стабильности. Вдобавок переиздал старые вещи, написанные до выхода на топовые позиции, в том числе раннюю фантастику и замечательный реалистический дебют «Общага-на-крови». Вся эта сложносоставная конструкция была увенчана «Летоисчислением от Иоанна» – как бы третьим после «Сердца Пармы» и «Золота бунта» историческим романом, а на самом деле постмодернистским экспериментом, выросшим из сценария к фильму Павла Лунгина «Царь».
С точки зрения творчества такой разброс – нечто безусловно позитивное, но с точки зрения маркетинга и подпитки однажды предъявленного золотоносного бренда – скорее минус. От Иванова ждут нового «Сердца Пармы», на худой конец – нового краеведческого бестселлера или новой провинциальной сатиры в духе «Блуды и МУДО», а он движется совсем другим маршрутом, разочаровывая часть аудитории уже одним фактом такого непредсказуемого «дрейфа». Важным стимулом для писателя, как можно заключить из его собственных слов, является стремление избавиться от связанных с его именем клише, и в этом смысле – как минимум в этом – Иванов, несомненно, являет собой пример для подражания.
Радикальным шагом на этом пути стала вышедшая в 2011 году книга «Псоглавцы» – мистический триллер, действие которого происходило в сельской местности, но имело мало общего как с эпической драматургией «Сердца Пармы» и «Золота бунта», так и со злоключениями героя «Блуды и МУДО». Герой «Псоглавцев», современный москвич, оказавшийся в глухой старообрядческой деревушке в качестве участника странной экспедиции, пытался добыть фреску с изображением святого Христофора, на чьих плечах красовалась собачья голова. Оборотни, норовящие наводнить окружающую реальность, погоня в лучших традициях остросюжетных телесериалов про сельскую жизнь, но при этом масса сведений из интернета – по замыслу и антуражу эта вещь отчасти напоминала вышедший несколько лет назад роман иркутянина Алексея Шаманова «Ассистент». Медийно-маркетинговая интрига «Псоглавцев» заключалась в том, что роман был издан под псевдонимом – книгу якобы написал некто Алексей Маврин, житель Нижнего Новгорода. Эта мистификация, как легко понять, была очередным следствием авторского желания разделаться с неотвязными «ивановскими» клише. О никому не известном Маврине стали говорить как о дебютанте, соответственно, и оценивался текст как дебютный. Большой сенсации не последовало; вместо этого законспирировавшийся Иванов попал в когорту юниоров, что вряд ли входило в его планы.
«Комьюнити» – просто-таки энциклопедия писательских грехов (фото: azbooka.ru) |
И вот, наконец, самая свежая на сегодняшний день новинка – роман «Комьюнити», составляющий, по замыслу автора, дилогию с «Псоглавцами» и представляющий собой еще одну историю об адаптации древних хтонических сил к современным условиям. Здесь вместо деревни – Москва, вместо экспедиции – пестрая столичная жизнь с мельтешением модных брендов, айтишным сленгом и кострами амбиций, вместо охотника за фресками – не слишком успешный сотрудник интернет-компании, приехавший из провинции и изо всех сил стремящийся жить по московским понятиям.
За «Комьюнити» Иванову уже досталось от столичных зоилов. Еще бы: едва ли не на каждой странице автор, забывший о своих краеведческих ноу-хау, в крайне прямолинейном ключе режет правду-матку и сгущенно изображает нравы порочной столицы, вынося категоричные вердикты в адрес всего и вся, в том числе и в адрес нынешних офисных революционеров. С точки зрения дипломированных ценителей высокой литературы «Комьюнити» – просто-таки энциклопедия писательских грехов: и языковых штампов автор не чуждается, и из интернета списывает, и личные свои антипатии слишком выпячивает, ужас да и только.
Однако всеми вещами нужно пользоваться по прямому назначению. «Комьюнити», как и «Псоглавцы», – остросюжетный триллер, и именно с этой точки зрения и надо его оценивать. Вся антимосковская критика здесь – лишь фон. А поп-мистический сюжет, начинающийся на просторах Всемирной паутины и заканчивающийся совсем в других местах, выстроен Ивановым весьма неплохо – однозначно лучше и интереснее, чем в «Псоглавцах». Людям, экзальтированно воротящим нос от того, что не соответствует их представлениям о хорошем вкусе, данное произведение читать просто не следует – оно не для них. «Псоглавцы» и «Комьюнити» – еще один рискованный шаг Иванова в сторону от собственного бренда, попытка стать массовым автором другого типа, мастером триллера. С точки зрения авторской эволюции это интересно, а спорить о вкусах с высоколобыми литературными арбитрами – себе дороже.