В детстве Юрий Яковлев не прошел кинопробы на фильм «Тимур и его команда», а в 1948 году он не поступил во ВГИК. Причина? Из-за «некиногеничности»!
Причуды карьеры
Кино «приняло» Яковлева с запозданием, первую настоящую роль он сыграл, когда ему исполнилось сорок лет
Первоначально Яковлев собирался в Институт международных отношений (может быть, это намерение возникло в юности, в годы работы механиком в гараже американского посольства?), но стремление к театру оказалось сильнее.
Впрочем, вспоминая сыгранные им роли, понимаешь, что если бы эта карьера задалась, то фактурные данные для работы дипломатом у Яковлева присутствовали бы, что называется, в избытке.
После неудачи со ВГИКом пришлось поступать в Театральное училище им. Щукина. Сначала Яковлев учился кое-как, бывали и двойки по актерскому мастерству, но актер быстро находит себя и, закончив училище в 1952 году, поступает в знаменитый театр им. Вахтангова, где сразу становится заметным актером.
Кино «приняло» Яковлева с опозданием, он начал сниматься с 1955 года, а первую настоящую роль, которая сделала его знаменитым, сыграл, когда ему исполнилось сорок, – это был князь Мышкин в фильме Ивана Пырьева «Идиот». В этой ленте он участвовал в паре с Юлией Борисовой, своей коллегой по Вахтанговскому театру, которой досталась роль Настасьи Филипповны.
Яковлеву пришлось поневоле «соревноваться» с Жераром Филиппом, который сыграл князя Мышкина десятью с небольшим годами ранее. Французский актер брал зрителя привычным шармом, красотой и харизмой. Яковлев играл «святого в быту», а вовсе не романтического героя, как Филипп. Кроме собственно игры запомнились многим зрителям еще и глаза Яковлева в роли Мышкина – поразительно светлые, провоцирующе доверчивые и предельно беззащитные.
«Идиот» стал образцовой советской киноклассикой и включен в собрание Госфильмофонда. А Юрий Яковлев на протяжении следующих двух десятилетий – одним из самых популярных актеров Советского Союза.
От князя до царя
Наиболее запомнившиеся роли Яковлева этого периода – прежде всего в экранизации киноклассики. Он сыграл Стиву Облонского в «Анне Карениной» (через 17 лет после этой роли Яковлев снова вернется к Толстому и сыграет в 1983 году Каренина в постановке Романа Виктюка), в экранизациях Чехова и Гоцци. Но главный успех ждал его в комедийном жанре.
Начиная с поручика Ржевского в «Гусарской балладе», который неожиданно стал любимым героем неприличных анекдотов, вплоть до «Ивана Васильевича» и «Иронии судьбы».
Яковлев идеально подходил на роли людей немолодых, уверенных в себе, привыкших приказывать, властных и холеных. Это разные люди – и английские джентльмены в «Опасном повороте» и «Идеальном муже», и партийный деятель в дилогии «Любовь земная» и «Судьба».
Таков Яковлев и в самых популярных своих ролях – Ивана Грозного в комедии Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию» и Ипполита в «Иронии судьбы».
(Отметим, впрочем, что на сайте imdb.com, наиболее представительном киноресурсе Интернета, большинство голосов зрительских симпатий отдано все-таки поздним лентам, в которых снимался Яковлев, – лидирует «Кин-дза-дза» Георгия Данелия, а на втором месте находится фильм Режи Варнье «Восток – Запад».)
Но во всех этих ролях внешний лоск рано или поздно смывается, его героям приходится думать и действовать вне привычного представления о себе и ломать рамки, в которых они удобно существовали всю жизнь.
И недаром они – по контрасту – кажутся такими беззащитными, когда наступает время делать выбор в непредвиденных, нетипичных обстоятельствах. Герои буквально «раздеваются» на глазах, сбрасывая с себя надменность, которой прикрывались как защитным панцирем.
Что касается Ипполита в «Иронии судьбы – 2», то Яковлев демонстрирует нам предельное актерское мастерство, когда минимальными усилиями добивается максимального результата. Во второй «Иронии судьбы» Юрий Яковлев показал актерский класс самого высокого уровня. Это мастерство иного порядка, нежели его ранние роли, актеру достаточно одного жеста или взгляда – и образ готов, его хочется додумывать.
Именно его присутствие в этом фильме придает зрелищу неожиданно драматический характер.
Глядя на скупую мимику и пластику актера, мы как бы читаем своего рода конспект событий, происшедших со страной и ее народом за несколько десятилетий, разделяющих два фильма. Вместо амбициозного невротика первой «Иронии судьбы» перед нами во втором фильме предстает жесткий и жестокий, предельно усталый, пропустивший через себя все вызовы времени человек.
Новая эпоха прошлась по нему точно рашпилем, оставив незажившие следы, но научила выживать в волчьих условиях финансового и делового беспредела.
Есть определенная зрительская ревность к героям той, рязановской «Иронии». Ведь после фильма Бекмамбетова мы «знаем», как сложились их судьбы, у них (а значит, и у нас, зрителей) больше нет выбора, нет пространства вариантов, которое было возможным после заключительных титров первого фильма. Все стало определенным, и не сказать, чтобы очень уж радостным. Но таковы условия игры…
До второй «Иронии судьбы» Яковлев долгое время не появлялся на экранах, хотя активно работал в кино все 90-е годы. Теперь открылась новая страница. Остается пожелать юбиляру здоровья и новых ролей!