Во время самого настоящего шторма показывали «Дaрджилинг Лимитед» Уэсa Aндерсонa – обаятельное road movie с прологом в виде короткометражки «Отель «Шевалье» с голенькой Натали Портман.
Это не пересказ биографии и не попытка ухватить какую-то несуществующую правду, в некотором роде это тоже road movie
История про кускус
В самом фильме три брата (Оуэн Уилсон, Эдриaн Броди и Джейсон Швaрцмaн) с чемоданчиками от Луи Вюиттона едут на поезде «Дарджилинг Лимитед» к маме в Индию, по дороге наблюдая похороны и еще множество других любопытных вещей.
Пару раз в кадре появляется Билл Мюррей, один раз – сама Натали Портман. Это кино из разряда тех, что потом долго ищут на DVD, ставят на полочку, ежедневно ее протирают, а диск много раз пересматривают, вслух повторяя любимые цитаты. По крайней мере, все уже сочли своим долгом сфотографироваться с огромным постером, висящим рядом с отелем «Эксельсиор».
Новый фаворит конкурса – выходец из Туниса Абделатиф Кешиш. Фильм называется «Зерно и мул» (или «Зерно жизни», или «Зерно и рыба» – с окончательным вариантом пока не определились), а у критиков именуется «историей про кускус».
Ручная камера, семейный треп и ор, снятые без единой монтажной склейки, препротивные герои… Отец-араб уходит из многодетной семьи и от старой толстой жены, главный талант которой – готовить лучший в мире рыбный кускус, к другой женщине, у которой взрослая дочь.
Первая семья пытается вернуть его обратно, новая отпускать не хочет, а сам он мечтает открыть на корабле арабский ресторан со вкуснейшим кускусом в меню.
Просыпаешься на этом фильме только минуте к тридцатой, но зато в оставшиеся два часа заснуть невозможно. То, что сначала казалось обычной бытовухой из жизни мигрантов, социальным кино, превращается в произведение яростное, мощное – то ли в едкий памфлет, разъедающий сам себя, то ли в драму о распаде семьи каких-то космических масштабов.
Больше всего пощечин выпадает на долю французов: несчастная нация буквально растоптана Кешишем в процессе семейных перетирок, кто кого круче, плюс ко всему именно развратная белая женщина становится причиной всех несчастий.
С арабами не лучше: новая семья рождается лишь для того, чтобы тут же умереть, а старая мертва давно. Жюри, целиком состоящее из режиссеров, непременно должно оценить эту картину: у многих из них такого запала уже давно нет, а у кого-то, возможно, и не было вовсе.
Поэт и толпа
О фильме Тодда Хейнса «Меня там нет», посвященном Бобу Дилану, начали говорить задолго до его попадания в конкурсную программу Венецианского фестиваля.
Когда стало известно, что Дилана в числе прочих будет играть Кейт Бланшетт, вопрос возник только один: а на что это вообще будет похоже? Как оказалось, ни на что.
И какое же это счастье – смотреть кино о музыканте, жизнь и творчество которого не сводятся к пошлостям вроде детской травмы, отсутствия отца или безответной любви.
Всего Диланов шесть, у каждого свое имя (не Боб Дилан, другое) и свой образ. Чернокожий мальчик Маркус Карл Франклин – юный музыкант с большими амбициями, Кристиан Бейл – фолк-певец, в кадре появляется редко, его историю рассказывает Джулиана Мур.
Бен Уишоу, представляющийся Артюром Рембо, отвечает за поэзию. Хит Леджер – наглая суперзвезда, изменяющая жене с двумя детьми. Ричард Гир – постаревший Билли Кид, ковбой-отшельник в круглых очках.
Ну и наконец, Кейт Бланшетт, оказавшаяся самым выразительным и печальным Диланом, – вроде как рок-стар, а на самом деле какое-то воздушное существо вне временных рамок и концепций.
Бланшетт, кстати, едва ли не единственный претендент на Кубок Вольпи за лучшую женскую роль (хотя ей смело можно вручать и за мужскую). С женскими образами в Венеции в этом году туго – на экране одни мужчины.
Сам фильм – неровный, бессвязный, длинный, сложный – производит, тем не менее, самое приятное впечатление. Это не пересказ биографии и не попытка ухватить какую-то несуществующую правду, в некотором роде это тоже road movie – путешествие по Бобу Дилану, путешествие без конкретной цели и идеи, но зато со вполне ощутимым результатом.
Крестные дети
Бледнее всех на общем фоне пока выглядят хозяева фестиваля.
Итальянских фильмов в программе предостаточно, журналисты на них, разумеется, ходят, но участь этих картин – жидкие аплодисменты и вялое обсуждение, а иногда даже громкие крики «Буууу!».
Яркий пример – «Сладость и горечь» Андреа Порпоратти. Сюжет такой, что даже неудобно пересказывать.
Детство на Сицилии, убийство отца в тюрьме, первые поручения местной группировки, большая любовь, повышение, коза ностра, предательство и согласие на участие в программе защиты свидетелей – всё это можно увидеть в любом другом фильме про мафию.
Понятно, что она бессмертна, но, наверное, стоит уже как-то менять подход к делу, иначе «Золотой лев» так и будет уезжать отсюда то в Америку, то в Китай.