Сравнивая домохозяек по-польски, по-английски и по-русски, видишь, что все они находят особый кайф в занятиях не своим делом. И им таки есть чем заняться!
Подкоп вязальной спицей
У каждой женщины есть свой грязный секрет
Это случилось ровно четверть века назад...
Нет, лучше начать так: если вся русская натуральная школа XIX века вышла из гоголевской «Шинели», то практически весь российский «женский детектив» (за небольшими исключениями) выпрыгнул из романа Иоанны Хмелевской «Что сказал покойник».
Сборник польских детективов, изданный «Прогрессом» в 1982 году, накрепко запомнился тогдашнему читателю не нудным Эдигеем или невнятным Коркозовичем, но легкомысленным до сумасшествия и авантюрным до наглости романом доселе неизвестной у нас пани Иоанны.
В этом романе тезка авторши – эдакая неприметная восточноевропейская кошелка на грани твердого сороковника оказывалась в эпицентре самых невероятных приключений на воде, на земле и под землей.
Иоанна носилась по земному шару, словно шарик в колесе рулетки, выигрывала тысячи долларов в казино, перемахивала океан на яхте (не умея ей управлять), сбегала из подземелья (при помощи вязальной спицы) и оставляла в дураках огромную шайку международных бандитов во главе с инфернальным Шефом.
Если угодно, тот «Покойник» вырос едва ли не до символа, манифеста, почти что «Also sprach Zaratustra» для знатоков и демиургов современного детективного жанра. Даже серьезная, как булыжник, Настя Каменская, героиня Александры Марининой, и та выигрывает там, где забывает о службе и погонах, но озабочена мелкими, хозяйственно-коммунальными, чисто женскими заботами.
Все восемь тысяч (или сколько их там?) романов Дарьи Донцовой отыскали путь к сердцам читательниц потому, что многочисленные Даши Васильевы и Виолы Таракановы, хоть и отвлекались от булькающего супа и выгула мопсиков в пользу сыска, все же не забывали и о своей коммунально-женской доле.
Заметим, что в героине «Покойника» подкупало всякое отсутствие суперменства (никитизма, как сказали бы сегодня). Все ее успехи складывались из стараний честной домохозяйки, просто не ведающей о неподъемности поставленных задач, и толики везения (отнюдь не всегдашнего, кстати!), которым госпожа фортуна любит иногда одаривать граждан и гражданок, не весьма удачливых в личной жизни.
Да, сегодняшние мемуары Хмелевской заметно отличаются по интонации от ее лучших романов. Юмора стало меньше, раздражения – больше, а мелкие бытовые неурядицы стали вызывать у героини не добродушную усмешку, а злость.
Но будем снисходительны к пани Иоанне: первопроходице дозволено даже быть брюзгой...
Скелетик в кухонном шкафчике
Популярный роман англичанки Кэти Летт «Как убить своего мужа и другие полезные советы по домоводству» |
Сегодняшние домохозяйки – не обязательно те дамы, чьи финансовые проблемы решает супруг, а сами героини могут отдаваться дому и семье. Если ты еще и не работаешь где-то, то перестаешь уважать себя как личность. Западные феминистки годами упорной борьбы заслужили то, что и советско-российские товарки получили даром: право корячиться не только у плиты, но и в конторе.
Однако чем больше забот, тем выше градус взаимного раздражения в семье. Идиллия Филемона и Бавкиды разбилась о всеобщую занятость. Когда благоверный в очередной раз разбрасывает свои рубашки или забывает ставить ботинки на место, рука труженицы-жены невольно тянется к бритве или к склянке с мышьяком...
«Любой жене рано или поздно хочется прибить своего мужа», – уверена одна из героинь романа Кэти Летт. Три лучших подруги – учительница Кассандра, владелица небольшой картинной галереи Ханна и единственная из всей троицы «безработная» мужняя жена Джасмин – в один несчастливый день решают повнимательнее приглядеться к своим благоверным... и ужасная правда открывается им!
Муж одной из героинь оказывается патологическим бабником, другой – столь же патологическим вруном, а третий – бесчувственным раздолбаем, легко готовым сойтись с другой женщиной, если та будет более снисходительной к его раздолбайству. Три вроде бы счастливых брака идут под откос. Многолетняя женская дружба дает трещину. Вдобавок ко всему Ханне грозит разорение, Кассандра чуть было не сводит счеты с жизнью, а Джасмин попадает в тюрьму по подозрению в убийстве супруга.
Пронизанный черным юмором, роман Кэти Летт замечательно балансирует на грани двух популярных литературных жанров. С одной стороны, эта книга – безусловно, «женский роман», в духе истории Бриджет Джонс и еще целой армии бедняжек бальзаковского возраста, внезапно уяснивших, что прекрасные принцы с тонким благородным лицом Хью Гранта – величайшая редкость на планете и что в массе своей мужики «сво...», притом циничные, бессердечные, похотливые и своекорыстные.
С другой же стороны, книга Летт – безусловно, детектив, ибо наши дамы вовсе не собираются смиряться со своим плачевным положением, а готовы на решительные поступки. Вплоть до. Ведь, как известно, «в жизни замужней женщины есть лишь два дня, когда муж в радость. День, когда ты за него выходишь, и день его похорон». Ну а после похорон, разумеется, следует новое замужество – не в одиночестве же век вековать?
Тайны улицы Вистерия-Лейн
Слоган американского телесериала «Отчаянные домохозяйки» (Desperate Housewives) в примерном переводе с английского звучит так: «У каждой женщины есть свой грязный секрет» – такова идея фильма. Марк Черри, автор истории подруг с улицы Вистерия-Лейн в маленьком городке, начинает вести сюжет с самоубийства одной из героинь. Любезная подруга, примерная мать и любящая жена, оказывается, несет тяжкий груз совершенного преступления – пусть и во имя любви, особой разницы нет.
Как и в большинстве российских «женских детективов», героини фильма предпочитают вести расследование самостоятельно, редко допуская в свои дела профессиональных служителей закона. Полицейские сирены нечасто нарушат покой горожан – только если уж нарыв прорвется: кто-то из домохозяек, сбрендив от ревности, захватит заложников в супермаркете, или местного сантехника вдруг заподозрят в убийстве, или уважаемого дантиста пригласят в морг для опознания трупа (не его ли пропавшая жена?), или почтенный фармацевт внезапно окажется маньяком-отравителем.
И в «Отчаянных домохозяйка», и в названном романе Кэти Летт персонажи оказываются на удивление схожими. Сексапильная Габриэль Солис (в сериале эту роль сыграла Эва Лонгория) – по сути двойник безутешной Джасмин. Многодетная труженица Линетт Скаво (Фелисити Хаффман), бегающая из дома в офис и обратно, – alter ego романной учительницы Кассандры. А в чопорной галерейщице Ханне из романа Летт можно разглядеть черты как отполированной до блеска леди Бри Ван Де Камп (Марсия Кросс), так и художницы-неудачницы Сьюзен Майер (Тери Хатчер). Просматриваются параллели и между мужчинами-персонажами. Случайность?
Едва ли Кэти Летт писала свой роман, одним глазком глядя на экран, и вряд ли Марк Черри, сочиняя сюжеты для сериала, вдохновлялся книгой «Как убить своего мужа». Речь идет о невольной типологической близости.
Домохозяйка – фигура универсальная и по ту, и по эту сторону океана. В ней есть светлое и темное, доброе и наоборот. Тысячи сюжетов можно выстроить на контрасте бытовой рутины мирного пригорода и жутких открытий, которые можно сделать, если присмотреться повнимательнее к этой рутине...
Кстати, на Вистерия-Лейн можно отыскать даже близкую родню не только героинь Хмелевской, но даже отчасти и самой пани Иоанны. Да-да! Помните миссис Макловски, соседку Линетт Скаво? Мудрая, рассудительная, ворчливая, проницательная, добрая пожилая женщина, отличная няня для детей Скаво... Правда, у миссис Макловски тоже есть один секретик: она держит в холодильнике замороженный труп своего покойного мужа.