Нынешняя выставка – это попытка передать сам воздух XIX века, столь любимого Сергеем Соловьевым.
Лев Николаевич у Павла Воиновича
Писатель Василий Аксенов на представлении фотовыставки со съемок фильма «Анна Каренина» в галерее «Дом Нащокина» (фото ИТАР-ТАСС) |
В залах особняка, принадлежавшего другу Пушкина Павлу Воиновичу Нащокину, выставлены гравюры, портреты XIX века. Здесь же костюмы, мебель, фрагменты интерьеров, умело воссоздающих дух эпохи. Фотографии персонажей будущего фильма точно стилизованы под атмосферу дворянской и великосветской жизни того времени. Сколько раз я бывал в «Доме Нащокина», но никогда еще не видел его таким уютным и приспособленным для жизни.
И, казалось бы, вся эта жизнь чисто литературная, киношная, вымечтанная из книг, а выглядит более реальной, чем та, что течет за окном, на шумном и забитом автомобильными пробками Садовом кольце. Как сказал на открытии кто-то из приятелей режиссера: «А зачем тебе, Сережа, кино снимать? Здесь ведь уже все есть». Бери с публики билеты, да и запускай небольшими группками.
На выставке все представленные гравюры, картины безвестных русских художников конца XVIII – начала XIX веков – из собрания самого Сергея Соловьева. Он себя не считает коллекционером, скорее любителем того времени. На съемках в провинциальных российских городах покупал в комиссионных магазинах старые картины, где были изображены лица, которые ему нравились.
И тут же фотопробы к фильму актеров – Татьяны Друбич, Александра Абдулова, Александра Збруева, Олега Янковского, Алексея Петренко, других знаменитостей. Кто-то стал сниматься в «Анне Карениной», кто-то нет, но момент истины, уловленный через объектив, с чего для режиссера и начинается работа с актером, есть во всех портретах.
Здесь же картины художника фильма Александра Борисова, фотоэтюды молодого мастера Стаса Полнарева, авторские работы художника по костюмам Наталии Дзюбенко, которая приносит, по словам Сергея Соловьева, не эскизы и почеркушки, а мастерски сделанные своими руками платья, шляпки, предметы туалета того времени. Здесь же парадный мундир Каренина, созданный «последней золотошвеей страны», как сказал режиссер.
Сергей Соловьев хочет повторить опыт «Ассы» двадцатилетней давности. Тогда выход фильма на экраны сопровождался демонстрацией всего того культурного слоя, из которого он возник. Теперь на очереди воздух толстовской эпохи, нынешняя выставка в «Доме Нащокина» – только первый подступ к проекту. Режиссер собирается, например, издать к премьере двухтомник «Анны Карениной» с ятями и цветными репродукциями в паспарту работ Стаса Полнарева.
А рядом с видеоэкраном, на котором Сергей Соловьев рассказывает о работе над фильмом, к которому подступается с 1994 года, висит огромный портрет Анны Аркадьевны Карениной, сделанный, если кто забыл, художником Алексеем Вронским во время их совместной поездки в Италию. Даже, кажется, и подпись его есть. На письменном столе Алексея Александровича Каренина («какая странная, ужасная судьба, что оба Алексеи») – листы того письма Анне, которое он писал, «перестрадав», по поводу ее поведения и будущей судьбы их ребенка.
Надо было прийти на открытие чуть пораньше, когда еще не было никого, кроме нескольких дам в вечерних туалетах, с обнаженными плечами, чтобы разглядеть все в мельчайших подробностях. Но постепенно появились телеведущий Владислав Флярковский, актриса Татьяна Друбич, сценарист Валентин Черных, кинорежиссер Вадим Абдрашитов, писательница Мария Арбатова, театральный режиссер Андрей Житинкин. Всех их, как и многих других гостей, интересовала будущая судьба Анны. А писатель Василий Аксенов, например, вспомнив давний американский фильм с Гретой Гарбо и Фредриком Марчем, поинтересовался, будет ли, как в нем, особо выделена «сербская тема»?
Дыхание Анны
Кинорежиссер Сергей Соловьев и фотограф Стас Полнарев на представлении фотовыставки со съемок фильма «Анна Каренина» в галерее «Дом Нащокина» (фото ИТАР-ТАСС) |
Сергей Соловьев, кинорежиссер:
- Для меня «Анна Каренина» – это первый роман русского Серебряного века. Толстой выступил в нем как первый футурист, как предвестник того, что еще как бы и не существовало. Главная героиня романа – из других, будущих времен. С точки зрения позитивизма о ней можно сказать то, что я слышу подчас от особо умных людей: «Какая же дрянь эта ваша Анна Каренина. Поганая баба, которая испортила жизнь депутату Верховного совета. Сгубила карьеру блестящего офицера, не ставшего генералом. Пристает ко всем, – любит, не любит, плюнет, поцелует, – своих детей ненавидит. Всем нагадила и в итоге бросилась под паровоз!»
С точки зрения нормального позитивизма и журнала «За рулем» – абсолютная правда, крыть нечем. Но с точки зрения жизни и гения жизни, который, в частности, всегда дышал в этих комнатах, это идиотизм и пошлость. Мне хотелось вдохнуть сам воздух культуры Серебряного века, воздух романа, который Владимир Набоков, самый строгий из критиков, называл лучшим романом мировой литературы, – вот этот воздух здесь и собран.
От любой картины в итоге остаются ощущения не смыслов и идей, а ее воздуха, озона. Нынешняя выставка – это демонстрация замысла, предощущение фильма. И если в будущем в результате просмотра фильма возникнет то чувство, которое я здесь и пытался передать, я буду счастлив.
Выставка Сергея Соловьева «Мой XIX век» в галерее «Дом Нащокина» продлится до конца апреля.