Прошедший в Москве в минувшее воскресенье митинг стал одним из самых многолюдных за последние годы. Однако возникла серьезная проблема с тем, как же его правильно идентифицировать. Кто-то настаивает, что люди протестовали только против сноса пятиэтажек. Кто-то – что они вышли против программы реновации. Оппозиция пыталась перевести формат мероприятия в «против Собянина» в целом.

Реновация требует серьезной разъяснительной работы

На самом деле подавляющее большинство людей вышли на проспект Сахарова вовсе не по указанным выше причинам. В сносе «хрущоб» как таковом нет ничего плохого. Программа реновации – к ней есть отдельные вопросы, но их не так много, чтобы вывести на улицу тысячи людей. Особенно после всех позднее заявленных поправок к сыроватому и грубоватому первоначальному документу.

Да и деятельность Сергея Собянина на посту мэра в большинстве аспектов вызывает у москвичей одобрение. Конечно, память избирателя коротка, но последние годы правления Юрия Лужкова с бесконечным бессмысленным и беспощадным расширением дорог, замороженным строительством метро и полным невниманием к видеоэкологии и городской инфраструктуре забыть сложно.

Поэтому выступали люди не за пятиэтажки, не против реновации и уж тем более не против всего, что делает мэр Собянин. Речь шла (и уже не в первый раз!) не о том, что делает или собирается делать мэрия. Речь о том, как это делается и как преподносится людям.

Любой родитель знает, что если заставлять ребенка что-то делать – даже есть мороженое – то это неизбежно вызовет протест. Взрослые не настолько сильно отличаются от детей, как им кажется.

Фраза бессмертного таможенника Верещагина «Опять ты мне эту икру поставила! Не могу я ее каждый день, проклятую, есть!» вызывала и до сих пор вызывает смех зрителей. Но попробовали бы вы каждый день питаться только черной икрой – и вряд ли через неделю кому-то по-прежнему было бы смешно.

Реновация – это не черная икра, ценность которой понимают даже те, у кого на рыбу аллергия. Реновация требует серьезной разъяснительной работы.

Сперва людям надо гарантировать, что они ничего не потеряют.

Потом – что ничего не будет делаться без согласования с собственниками.

Потом – провести разъяснительную работу на тему того, как все изменится к лучшему.

И только в самую последнюю очередь – говорить о конкретных деталях. Это азы профессии «связи с общественностью». Студентов соответствующей специальности учат этому на первом курсе.

В случае с московской реновацией все было сделано ровно наоборот. Правильным был только первый шаг – когда лично президент заявил о том, что устаревшие пятиэтажки будут снесены. Реакция, естественно, была одобрительной – кто ж против сноса аварийного жилья?

А вот дальше стандартная схема продвижения любой новой информации была перевернута с ног на голову. Мэрия не просто игнорировала возникавшие непонятно откуда «утечки» со списками домов. Мэрия усугубляла ситуацию заявлениями о том, что под реновацию могут попасть целые кварталы, включая крепкие и престижные «сталинки».

Появлялись заявления о том, что решение о выселении нельзя будет обжаловать в суде. И так далее, и тому подобное – вплоть до субботы перед митингом, когда Сергей Собянин внес в Мосгордуму законопроект, утверждающий 12 дополнительных гарантий для жильцов хрущевок.

Но это надо было сделать на следующий день после того, как стало известно о программе реновации!

В результате вся история выглядит так, как если бы Том Сойер останавливал одноклассников и под угрозой ножа заставлял красить забор. Как если бы Гэндальф взял в заложники родственников Фродо и под угрозой их казни заставил того нести Кольцо Всевластья к Ородруину. Как если бы фея-крестная связала Золушку и под конвоем отправила на бал, пригрозив, что если та не поцелует принца, то превратится в крысу.

Я намеренно привожу примеры из детско-юношеской литературы, чтобы показать, что никаких пиаровских тайн в этом нет. Банальная логика, сформулированная в народной мудрости «Пинками в рай не загонишь».

Поэтому еще раз: митинг был не за «хрущобы». Митинг был не против Собянина лично. Митинг был против глухоты и немоты московских властей. Москвичи вышли, чтобы сказать: «Мы готовы слушать, и мы хотим, чтобы слышали нас».

И, кстати, не следует переоценивать риск любых митингов для государственной машины. Россия – не Украина, где за всю историю страны было два массовых митинга, закончившихся революциями. Россия – это состоявшееся европейское государство.

То, что на улицы Парижа выходят сотни тысяч человек протестовать против трудовой реформы, а на улицы Будапешта – выразить свое несогласие с увеличением платы за интернет, вовсе не значит, что Франции или Будапешту грозит майдан.

Также следует отметить, что история с реновацией – это не образец «традиционно наплевательского отношения властей к народу», как пытается повернуть оппозиция. Это очень конкретный пример наплевательского отношения конкретных чиновников московской мэрии к связям с общественностью – не больше, но и не меньше. К чему приводит это отношение – все увидели в воскресенье.

А уж тот факт, что оппозиционеры переругались по итогам митинга, вообще является новостью из серии «вода мокрая, а огонь горячий, птицы летают, а змеи ползают». Они по-другому просто не умеют.