Россия не догнала развитые страны после распада СССР из-за того, что реформы, предложенные во времена президентства Бориса Ельцина, «не нашли отклика в душах россиян».
Олигарх рассказал, что в конце 80-х – начале 90-х годов западные инвесторы говорили ему, что Россия быстро достигнет уровня развитых стран за счет образованного населения, большого количества природных ресурсов и технологических достижений в военной и энергетической сфере. Однако, по словам Фридмана, этого не произошло.
Без социальной справедливости новую модель просто не примут люди
Известный предприниматель объяснил, что «склад ума» и культура жителей России «основывается не на кусочке бумаги, которая называется «закон». «Они основываются на истории, традициях, верованиях, религии, которым сотни и сотни лет», – заявил Фридман.
Скажу сразу, мне очень близка мораль рыночного фундаментализма. Я считаю, что быть бедным, если ты не ребенок или глубокий старик, просто стыдно. Все должны работать, платить налоги, повышать свой профессиональный уровень и быть скромней.
Этому меня 15 лет назад научила работа в одной из западных финансовых компаний. Именно поэтому я никогда не жертвую нищим около церкви, но всегда отдаю – и не очень маленькую сумму – на нужды храма. При этом, естественно, здравый смысл старше либеральной экономической теории.
Экономическим реформам в России почти 25 лет, и уже можно подводить некоторые итоги. Россия – шестая экономика мира, до санкций – пятая и первая в Европе. Россия имеет ярко выраженные конкурентные преимущества в глобальной экономике: прежде всего нефтегаз, оборонный комплекс и атомная промышленность.
Россия также обладает серьезными международными резервами, которые составляют почти 400 млрд долларов. Экономические успехи объясняются прежде всего политикой ресурсного национализма и умеренных либеральных реформ (плоская шкала НДФЛ, снижение корпоративного налога на прибыль и т.д.), проведенных в нулевые годы.
В реальном выражении в нулевые годы экономика выросла почти в два раза, а долларовая капитализация фондового рынка увеличилась более чем в десять раз.
Проверку на прочность Россия прошла в последние два года – санкции и резкое падение цен на нефть. И прошла успешно. Пик кризиса пришелся на прошлый год, экономика упала лишь на 3,5–4%. Не было ни массовой безработицы, ни тем более суверенного дефолта. Россия – успешная страна успешных людей.
Вместе с тем цена экономической модернизации была очень высока. Качество человеческого капитала заметно снизилось, это особенно видно на фоне соседней Беларуси.
В начале 90-х размер экономики упал примерно в два раза. Большинство россиян почти мгновенно лишились своих сбережений. Ключевой ошибкой была модель приватизации. Ее следовало проводить за деньги, а не за ваучеры. При этом у вкладчиков Сбербанка должна была быть возможность конвертировать советские вклады в капитал банка.
Логическим следствием экономической политики 90-х стали дефолт 1998 года и, как следствие, девальвация и фактический крах частной банковской системы.
Ну а теперь главное. Экономика – это прежде всего люди и лишь потом котировки, основные фонды, процентные ставки и прочее. Господин Фридман абсолютно прав. Россия – это не Запад, мы абсолютно другая цивилизация. С абсолютно другой ментальностью.
Можно ли переформатировать Россию в Европу?! В принципе, можно, только тогда Россия перестанет быть Россией, превратившись условно в большую Польшу.
Наши российские либералы и западники считают, что это необходимо. Ведь только так можно добиться экономического успеха, а экономический успех – это цель, которая оправдывает любые средства. Однако здесь есть фундаментальная ошибка.В прошлом столетии Запад достиг столь серьезных экономических успехов, что наши российские либералы искренне считают, что только западная модель экономики и общества единственно правильная. Они принципиально не признают за другими цивилизациями право на суверенную модель экономики и общества.
Общие принципы капиталистической экономики едины. Однако играют по общепринятым правилам конкретные люди и нации. Капитализм в Японии и Корее не похож на Германию, Великобританию или США. При этом все данные страны являются успешными в экономическом плане.
Наша задача – создать собственную экономическую модель, сделав ее привлекательной для остального мира, прежде всего наших стран – партнеров по Евразийскому союзу.
Естественно, подобная модель должна учитывать и советское прошлое. Без социальной справедливости на бывшем советском пространстве никуда. Без нее, как справедливо отмечает Михаил Фридман, новую модель просто не примут люди.
С моей точки зрения, для ее построения наиболее подходят взгляды Сергея Глазьева и его команды. Его левым взглядам мало кто симпатизирует из деловых людей. Это понятно. Экономическая эффективность для нас всегда старше социальной справедливости. Но любая модель, если ее не примут люди, обречена.