Нет, он не олигарх. Олигаршонок со всеми атрибутами: загородный дом, лихие девяностые в анамнезе, дети от первого брака учатся в Англии, нынешняя красавица-жена – бывшая мисс чего-то там. Впрочем, он уже, кажется, перестал считать Настю красавицей. Ей 35 лет – модель, как он стал шутить, с пробегом.
Золушкам надо иметь это в виду. До того как отправятся на бал
От этих шуток у нее мороз по коже. Хотя она смеется вместе со всеми гостями – подобными прибаутками он любит веселить своих деловых партнеров. К концу вечера, хорошенько выпив, он даже начинает толкать речи о том, что правы, мол, мусульмане – мужчине за всю жизнь надо сменить четыре жены, как раз четыре цикла получается жизненных. Так что Настя имеет все основания подозревать, что рано или поздно от слов благоверный перейдет к делу, сменит устаревшую модель. Не спасут ни новые грудные имплантаты, ни двое детей.
«До сорока редкая женщина в таком замужестве доживает, – пишет она мне в аську. – Разводятся все вокруг поголовно, все наши знакомые. Так что, боюсь, и мне немного осталось. Он уже оглядывается в поисках новой жены, с которой испытает все заново: влюбленность, свадьбу, рождение первенца – и благодаря этому снова почувствует себя молодым... А как же я? Не знаю. Детей моих, может, тоже в британский интернат отправит, а меня лишит родительских прав и без копейки выставит за шлагбаум коттеджного поселка. Останусь со своим дипломом филолога и ленточкой с конкурса красоты».
Бывшая жена мультимиллионера Вивьена Имермена 45-летняя Лиза Ченгиз рассказала недавно в одном из интервью о бесправии таких женщин. «Богатый мужчина, не считая, тратит деньги на свою любимую, так как она отражает его успех, его вес. Но если он решает, что она ему больше не нужна, то, с его точки зрения, каждый фунт, потраченный на нее, – это фунт, потраченный впустую. Ведь супруга больше не его представительница, а враг в бракоразводном процессе».
По словам Лизы, спутницы таких мужчин живут в постоянном страхе. Обычно их берут замуж совсем молодыми и держат практически в изоляции, особенно от бизнеса. Они ничего не знают о том, как зарабатывают их мужья и сколько. Они ничего не умеют, кроме как принимать гостей, выходить в свет, командовать слугами и воспитывать детей. С чем они останутся после развода? Со своими чихуахуа? Не удивительно, что дамы готовы даже терпеть интрижки мужей на стороне. «Они боятся потерять все: детей, дом – и потому не разводятся, хотя и несчастны в браке».
Конечно, не все богатые мужчины столь беспощадны, чтобы, отобрав детей, сдавать их мать в утиль. Вон Борис Березовский развелся с Галиной Бешаровой и выплатил ей по суду более 100 миллионов фунтов – то ли суд британский помог проявить благородство, то ли действительно человек понимает, что верная подруга дней суровых достойна части сколоченного состояния.
Но все же в крупном бизнесе беспощадных особенно много. Особенно в России, где деньги делались в смутное время не всегда джентльменами. Сильные, властные, жесткие – девушкам нравятся эти парни, особенно если они миллионеры. «Ах, он настоящий мужчина! – вздыхала Настя еще каких-то лет десять назад. – Я за ним как за каменной стеной!» Теперь она видит, как эта мужественность может обернуться против нее и как каменная стена может придавить всей мощью, пикнуть не успеешь.
Теперь она, конечно, философствует: «Надо было готовить пути отступления заранее, надо было как-то подстраховываться». Но она лучше меня знает: никто бы ей не позволил подстраховаться. Такие мужчины не терпят женской самостоятельности. Они всегда все держат под контролем. Заранее рассчитывают, как, если понадобится, отделаться от партнера или от надоевшей супруги. Игра всегда идет только по их правилам, и конец у сказки, скорее всего, будет такой, какой они выберут. Золушкам надо иметь это в виду. До того как отправятся на бал.