Знаете, что такое заседание Госсовета? Со всей страны в Москву слетаются губернаторы. Потом они мчатся на машинах с мигалками в Кремль, где собираются в зале и обсуждают вопросы.
Медведев подает надежды. Путин никаких надежд не подает. Медведев – это сегодняшний день. День кризиса, день неизвестности. Путин – день вчерашний. Надежный и крепкий
В означенное время офицеры в парадном растворяют высокие двери, и строгий голос как бы из ниоткуда возвещает: «Президент Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев!»
Губернаторы вытягиваются во фрунт. Быстрым шагом входит президент. Короткое приветствие, президент усаживается во главе стола, садятся и губернаторы.
После чего все открывают ноутбуки, заходят в Twitter – и начинается заседание.
«Сидим с чуваками на Госсовете, – пишет один из губернаторов, – Медвед опять недовольный».
«Всё так», – отвечает другой губернатор.
«Чат, – пишет третий. – А не кисло бы было восстать после офиса!»
Впрочем, последняя реплика совсем уже фантастическая. Губернаторы, как известно, вместе не пьют. Губернаторы вообще не любят друг друга. Ревнуют друг к другу.
Но вообще-то всё так, да. Всё так. Третьего дня на настоящем заседании Госсовета губернатор Кировской области Никита Белых написал в Твиттер о том, что губернатор Томской области Виктор Кресс украл его, Никиты Белых, идею о государственных лицеях. Этот твит прочитал фолловер Никиты Белых Аркадий Дворкович, который сказал об этом президенту. Президент немедленно залез в Твиттер, увидел там твит Белых и ответил ему, что плагиат идеи не делает ее хуже.
Нет, вы понимаете? Это заседание, черт возьми, Государственного совета самой большой страны в мире! Восемьдесят три региона, и губернатор каждого из них сидит на этом самом Госсовете! И они там говорят между собой в Твиттере.
Разумеется, можно задать риторические вопросы. Например, зачем они все слетелись в нерезиновую? Могли бы не выходя из своих саун твититься с президентом. «Димон! Западло на посевную бабла не давать!» Ну, или другой вопрос: не странно ли обсуждать стратегические вопросы в американском сервисе, предназначенном для подростков?
Хотя все эти вопросы на самом деле не очень важны. Важно ясное понимание четкой разграниченности аудиторий Путина и Медведева. Медведев – президент модернизации. Он пишет в Твиттер и встречается с Джобсом. Ради него на Рублевке включают 3G. Но Медведев при этом – президент-мечтатель. Он много говорит, много ездит, но ничего, кроме глупейшего закона о нуле промилле (хотя в природе в принципе не бывает нулей) и переименования милиции в полицию, пока на стол так и не выложил.
Путин наоборот. Доктор едет-едет сквозь снежную равнину, порошок целебный людям он везет. Путин тушит пожары. Путин строит дома и наблюдает за прорабами по видеокамере. Путин – байкер. Путин – бомбила. Путин – свой парень, без всяких этих сомнительных наноштучек и идолопоклонства перед западом.
Медведев – президент-цветок. Медведев не хочет видеться с Саакашвили и объявляет бойкот Лукашенко. Путин – премьер-слон. Он молчит и не вмешивается.
Губернаторы вытягиваются во фрунт. Быстрым шагом входит президент. Короткое приветствие, президент усаживается во главе стола, садятся и губернаторы. После чего все открывают ноутбуки, заходят в Twitter (Фото: kremlin.ru) |
Медведев подает надежды. Путин никаких надежд не подает. Медведев – это сегодняшний день. День кризиса, день неизвестности. Путин – день вчерашний. Надежный и крепкий. Практически такой же, как железобетонный советский день, от девяти до шести плюс обеденный перерыв.
И вот есть две страны. Одна хочет вперед, а другая вперед, извините, не хочет. И ответ на вопрос о том, какое хотение лучше – не очевидный. Лично я, например, не знаю, чего мне хочется больше – чтобы Россия была технологическим лидером или чтобы Россия была пасторальной и архаичной, без всякой модернизации. Разумеется, все это не означает, что мы будем по-прежнему копать сортирные ямы. Нет, мы купим всё, что надо для комфортной жизни, но сами не будем стремиться стать Японией или Южной Кореей. Потому что лично я, например, сомневаюсь, что Россия может производить потребительскую продукцию. Я прожил на свете почти сорок лет, и половину из них – в СССР. И я совершенно точно знаю, что за все эти годы в моей стране ничего потребительского, кроме продуктов питания и алкоголя, не производилось. Ну то есть, конечно, производилось, но это было не потребительское. Потому что потреблять это было нельзя.
Конечно, есть светлые люди, ответ на вопрос о будущем пути России для которых вполне очевиден. Но я – человек темный. Для меня ответ на этот вопрос так и не сформулирован. Да ладно там я – он даже для некоторых членов того самого Госсовета не сформулирован. Вот тот же высокотехнологичный Никита Белых, который на заседании Госсовета писал в Твиттере, что это именно он придумал насчет государственных лицеев, так вот этот самый Никита Белых написал в своем «Живом журнале», что в России нет нормальных школ-пансионов для детей, а поэтому он отправляет своего сына в такой пансион в Англию. Десять страниц комментариев с хохотом, но ведь у человека реально трагедия. Он – губернатор, он знает о России и о том, как она устроена побольше нас с вами. И он принимает решение не учить своего сына здесь. Он разрывается между Путиным и Медведевым. Между Медведевым, который говорит: скоро мы все будем ездить по Москве на сигвеях (это я так упростил заявление Медведева о том, что мы будем летать на вертолетах), и между Путиным, который ничего не обещает на будущее. Ну там восстановить дом – это да, но никаких стратегических планов он не предъявляет. Потому что неизвестно еще, нужны ли нашей стране сейчас стратегические планы.
И есть только один способ сделать этот сложнейший и судьбоопределяющий выбор. Выбор не между демократией и недемократией. Не между капитализмом и социализмом. Даже не между православием и исламом. Эти выборы – как чет-нечет в казино. Дешевая карта. Нет, важнейший выбор не в этом. Важнейший выбор состоит в том – вперед или назад? Не вправо и влево – а вперед или назад. Мы хотим остаться в России, которой тысяча лет (включая даже большевиков, которые, несмотря на некоторые метания в двадцатых оставили-таки Россию такой, какой она была и до них). Или мы хотим убраться из этой России и измениться, как изменилась Япония.
Так вот, есть только один способ сделать этот определяющий выбор. Путин и Медведев должны пойти на президентские выборы вместе.
Это практически безупречный проект. Во-первых, пусть кто-нибудь после этого попробует усомниться в демократии в нашей стране. Во-вторых, пусть кто-нибудь после этого попробует произнести слово «преемник». В-третьих, эта мега-дуэль наполнит потерянным содержанием российский политологический вакуум. В-четвертых, это задвинет на второй план всех конкурентов Путина и Медведева, что, безусловно, выгодно для бюрократии, а без молчаливого согласия бюрократии никакого выбора мы так и не сделаем.
Ну а в пятых (в самых важных), мы наконец узнаем, чего хочет наш многонациональный народ. А это, согласитесь, немаловажно. Я, например, готов принять этот выбор, каким бы он ни был, потому что своего выбора у меня пока нет.
Только, разумеется, подсчет голосов, поданных за Путина и за Медведева, должен быть кристально прозрачен и честен.
Потому что с такими вещами не шутят. Это не дешевая карта.
Это зеро.