Он унаследовал страну, уставшую от хаоса и периодических кризисов, и пообещал народу стабильность. Именно поэтому на волне ожиданий он в самом деле без особой фальсификации смог получить подавляющее большинство голосов, оставив всех своих конкурентов за бортом серьезной политики. В него поверили потому, что для многих он воплощал собой молодость, эффективность, был человеком нового поколения. Короче, от него в Грузии ждали всего того, чего ждали в России от Путина.
Однако мало подарить стране стабильность. Нужно вернуть уважение к государству. Когда можно гордиться возрождением армии, демонстрировать обществу реальные успехи в борьбе с сепаратизмом, требовать, чтобы зарубежные партнеры и лидеры соседних стран демонстрировали уважение. Нужно убедительно продемонстрировать свое политическое значение – если не в глобальном масштабе, то хотя бы на пространстве бывшего Советского Союза.
Все это было необходимо новому лидеру Грузии ничуть не меньше, чем руководству России. Беда лишь в том, что в Грузии нет ни нефти, ни атомного оружия, ни подводных лодок. Нет даже олигархов, достойных этого названия. Приватизация в России завершилась созданием крупных корпораций мирового масштаба. Грузию просто разграбили.
В Грузии нет ни газа, ни нефти. Есть лишь вино и боржоми. Хорошее на самом деле вино и отличная минеральная вода. Да только конъюнктура мирового рынка подвела. Спрос все больше на нефть.
В Грузии нет ни газа, ни нефти. Есть лишь вино и боржоми. Хорошее на самом деле вино и отличная минеральная вода. Да только конъюнктура мирового рынка подвела. Спрос все больше на нефть
Даже если кто-то из соседей России очень не одобряет нашу политику, он вряд ли выразит свое недовольство в форме добровольного отказа от поставок нефти, газа и электроэнергии. А перекрыть поставки грузинского вина в Россию оказалось предельно просто. Потом, правда, с полок пропало не только грузинское и молдавское, но почему-то даже кубанское вино. И что? Да ничего! Без вина жить, конечно, грустно, но можно. А нефть – стратегический товар.
Большая страна может иметь много направлений внешней политики. А из маленькой Грузии куда ни двинешься: на юг ли, на север ли, – сразу упрешься во что-то чрезвычайно массивное. Либо в Россию, либо в Турцию.
Чтобы укрепить репутацию государственника, Саакашвили должен был подавить сепаратизм не менее жестко и эффективно, чем Путин. Но у Путина под началом огромная страна, отделиться от которой пыталась маленькая и никому по большому счету не нужная Чечня. А территории, отложившиеся от Грузии, составляли добрую треть территории республики. Невооруженную Аджарию удалось быстро поставить на место, но в Абхазии и Южной Осетии ситуация совершенно иная.
Среди обывателей в Москве недоумение: почему грузинское руководство «нарывается»? Почему так жестко действует в отношении отделившихся территорий и в отношении многократно более сильной России? Некоторые глубокомысленно заключают, что агрессивное поведение Грузии вызвано уверенностью в поддержке Запада и в особенности США. Увы, в конфликте с Россией никакой серьезной поддержки Тбилиси не получил. И если там в самом деле считали, будто Соединенные Штаты очень интересуются грузинскими делами, то глубоко ошиблись. Конечно, как «глобальная держава», Соединенные Штаты имеют (или считают, будто имеют) интересы везде. Но в реальном списке приоритетов Вашингтона Грузия находится где-то в самом низу, далеко позади Гаити и Коста-Рики, не говоря уже об Ираке, Сирии или Израиле.
Михаил Саакашвили |
Действительно, все это против здравого смысла. Но что бедняге Саакашвили остается? Политические решения определяются не обывательским здравым смыслом, а логикой процесса.
После первого успеха в Аджарии грузинское общество требовало от молодого и удачливого президента новых успехов. Хуже того, легкость, с которой решили аджарскую проблему, вызвала иллюзии, что и две другие проблемы решить можно. Если бы иллюзии были у власти, это куда ни шло. Но иллюзии охватывают общество. От власти ждут действий.
Что делать государственнику Саакашвили? Если бы цены на вино взлетели до 70 долларов за бутыль, он, пожалуй, мог бы заменить политические победы экономическими успехами. Но нет этого. А предпринимать какие-то шаги надо. Пусть демонстративные, пусть неэффективные и даже идущие во вред делу. И все равно нельзя оставаться неподвижным. Народ ждет!
Естественный ход внутриполитических процессов в Грузии толкал маленькую республику на конфронтацию с большим соседом. Однако для российских политиков конфликт только в радость.
Обострение отношений с соседом – хороший фон для выборов. Все партийные лидеры как один делают бойцовскую стойку. И тем не менее в выигрыше остается партия власти. Оппозиция, вместо того чтобы критиковать проводимую политику, старается перещеголять правящую партию в патриотических призывах. А что толку? В устах оппозиции это все равно не более чем призывы. Слова, слова! А партия власти – при делах.
«Медведи» из «Единой России» получили возможность продемонстрировать характер. Рычат, что санкций мало. Можно еще жестче!
Как нарочно, все это происходило под занавес избирательной кампании в 10 регионах, где партия вела трудную борьбу – не столько с оппозицией, сколько с нарастающей политической апатией населения. Теперь появляется новая тема для разговоров, не имеющая отношения к жилищно-коммунальному хозяйству, ремонту дорог и подготовке к зиме.
Наши политики ритуально повторяют, что санкции направлены не против народа Грузии, а против режима Саакашвили (впрочем, и грузинские политики твердят, что ничего не имеют против русского народа, только не любят режим Путина). Можно не сомневаться в искренности ораторов. Только обывателю от этого не легче. Страдают от санкций не режимы, а люди.
Может быть, я чего-то не помню, но мне неизвестно случаев, чтобы какой-то режим удалось свалить экономическими санкциями. Проигранные войны, внутренние раздоры, сепаратизм, классовая борьба – это не раз приводило к смене власти. Но санкции? Как правило, они лишь укрепляют любой режим, давая возможность все внутренние трудности сваливать на внешних врагов. Вот Фидель Кастро на Кубе уже лет сорок живет под санкциями. И что, многого добились в Вашингтоне?
Сообщения о том, что грузинские дети не смогут учиться в школах Группы российских войск в Закавказье (ГРВЗ) на КПП |
Давайте проведем простейший эксперимент. Представим себе, что Европейский союз, возмущенный действиями российских правоохранительных органов в истории с «петербургским шпионским камнем», ввел бы санкции против нашей страны. Очень серьезные санкции: запретил бы нам выезжать на Запад, отправлять туда письма, а главное – покупать за границей подержанные автомобили. Предположим даже, что Россия по какой-то причине не могла бы принять ответных мер. Ослабило бы это позиции Путина? Скорее наоборот. Даже изрядное число людей, с недоверием относящихся к действующей власти, все равно сплотилось бы вокруг нее. Потому что вопрос о том, какой у нас должен быть политический режим и как должны звать нашего президента, решать должны только мы сами. Негоже иностранцам в такие дела вмешиваться.
Похоже, желая того или нет, Москва преподнесла Саакашвили богатый подарок.
В Москве, видимо, искренне не понимают, что агрессивное поведение Тбилиси вызвано не личными амбициями президента, а давлением общественного мнения в собственной стране. Чтобы понять это, достаточно вспомнить нас самих лет пять-шесть назад. Поменяйте мысленно местами Путина и Саакашвили, и все станет понятно. Точно так же, кстати, станет понятно, почему Западная Европа реагировала на действия России по отношению к Украине не менее раздраженно, чем Россия – на действия грузин в отношении Абхазии.
Вернуть Абхазию и Южную Осетию правительство Грузии все равно не сможет. По крайней мере в ближайшие годы. Даже если бы Москва из этого региона самоустранилась, собственных сил на две новые войны у Тбилиси не хватит. Но теперь у Саакашвили появляется бесспорный и очевидный аргумент. Не воевать же, в самом деле, с Россией! Железное алиби.
Между тем холодная война с большим северным соседом на многие годы обещает заморозить внутриполитическую обстановку в Грузии. Беднее Грузия не станет, потому что хуже уже все равно некуда. Население в Грузии без авиарейса Москва – Тбилиси выживет, как и мы без грузинского вина. А вот государство без пропаганды жить не может.
Конфликт – горючий материал для пропагандистской машины. С позапрошлой недели его поставляют в Тбилиси из России в таких количествах, что он вполне может заменить отсутствие спроса на вино и боржоми.