6 марта 2026 года шведская полиция и береговая охрана задержали у южного побережья страны сухогруз Caffa. В тот момент сухогруз под флагом Гвинеи двигался через шведские территориальные воды из марокканской Касабланки в Санкт-Петербург. Двигался вполне законно, ибо согласно Конвенции ООН по морскому праву (UNCLOS) 1982 года, все суда, независимо от флага, пользуются правом мирного прохода через территориальное море прибрежного государства.
Однако мирно пройти сухогрузу не дали. Основаниями для задержания были объявлены подозрения в «использовании фальшивого флага». Шведские власти также уверяли, что судно якобы было «непригодно к плаванию из-за его технического состояния». Чуть позже было заявлено, что сухогруз транспортировал «украденное у Украины» зерно.
На момент задержания судна на борту «Каффы» находились одиннадцать членов экипажа, десять из которых, включая капитана, являлись гражданами России. Капитана арестовали, вручив ему подозрения в «нарушении морского законодательства», «правил безопасности» и в использовании поддельных документов. В конце концов никаких улик против капитана найти не удалось, и его освободили, однако судно осталось в порту Треллеборга.
Украинская прокуратура направила в Швецию запрос о выдаче судна, утверждая, что ранее оно ходило под российским флагом и использовалось для перевозки зерна с «оккупированных территорий». Компания-владелец судна Caffa Shipping Ltd потребовала возврата своей собственности. Дело прошло через три судебные инстанции.
Однако в итоге 6 августа Верховный суд Швеции отклонил повторную апелляцию и подтвердил решение конфисковать судно и передать его Украине. Главной причиной задержания судна были названы юридические нарушения при смене его флага.
Глава МИД Украины Андрей Сибига приветствовал решение шведского суда, назвав его «знаковым» и «важным прецедентом». Это действительно так, однако далеко не только в том смысле, как это трактует киевское руководство.
Не всегда идеально оформленный юридический статус при переходе из одной юрисдикции в другую – нередкое явление для мирового торгового флота. За такими судами не ведут целенаправленную охоту (а Швеция организовала целую операцию по захвату сухогруза и назвала ее «Черный кофе»). Ведь это именно незначительное нарушение, за это не преследуют ни владельцев, ни экипаж, тем более не конфискуют судно. Обычное наказание – штраф, в знак понимания того, что речь лишь об ошибке в оформлении документов.
Судно «Каффа», согласно решению шведского суда, конфисковано как «орудие преступления». Само же «преступление» заключается в том, что судно вывозило зерно из российского Крыма. Так это или нет, однако псевдоюридический фундамент этого решения лежит в сфере политики – страна, которая признает Крым российским, никакого преступления в данном случае не увидит.
Таким образом, ни о каком реальном правосудии – которое должно быть универсальным и независимым от политики – в данном случае и не пахнет. Речь идет об исключительно политическом решении, стремлении, как это уже неоднократно декларировал Запад, наказать Россию, ограничить российскую морскую торговлю. И прямом копировании беззакония, которое в этом смысле устраивает Киев. В данном случае Швеция собственными руками уничтожает свою репутацию как честного участника международной морской торговли – соучаствуя в аналогичных пиратских действиях Украины.
Ранее Украина уже захватывала и продавала суда, захваченные в пределах своей юрисдикции. Так, в июле 2024 года в акватории Одесской области украинские силовики задержали сухогруз Usko Mfu, ходивший под флагом Камеруна. Предлогом стало то, что в ноябре 2023 года и мае 2024 года это судно заходило в порт Севастополя. В октябре 2024 года сухогруз был конфискован.
Похожая судьба постигла сухогруз Anka, ходивший под флагом Танзании и принадлежавший черногорской компании Fab Petrol Doo. Судно было задержано украинскими властями в апреле 2025 года в акватории реки Дунай близ порта Рени в Одесской области. В Службе безопасности Украины заявили, что в ноябре 2024 года сухогруз вывез из Севастополя 5000 тонн пшеницы. Устроенный Украиной аукцион про продаже судна провалился из-за отсутствия покупателей – никто не пожелал связываться с краденым. Более того, затем даже украинский суд отменил арест судна, де-факто признав факт грабежа, но оно до сих пор не возвращено владельцам.
В декабре 2025 года в Одесском морском порту был арестован сухогруз Gladius под флагом Гвинеи-Бисау. Основания все те же – ранее судно вывозило сельхозпродукцию из Севастополя и возило туда стройматериалы из Турции. Судно до сих пор ждет продажи.
Политолог Наталья Еремина напоминает, что Киев уже не в первый раз направляет требования в разные страны Евросоюза – задержать те или иные суда.
«При самом задержании судов европейские страны ссылаются, как правило, не на требования Украины, а на некие "нарушения международного права" или на подозрения в том, что суда ходят под чужим флагом, – говорит политолог. – Однако уже потом, в ходе разбирательств подключаются судебные органы, которые, как выясняется, почему-то выполняют украинские директивы. Эти органы ссылаются не на международное морское право, а на законодательство Украины.
О чем это говорит? О том, что у данных стран, видимо, нет национального права. По их словам, они действуют в рамках международного морского права, но по факту принимают решения на основе украинского законодательства»,
– полагает Еремина. В свою очередь политолог Александр Носович указывает, что борьба с так называемым теневым флотом России – это уже сложившийся международный бизнес.
«В этом бизнесе появился свой черный рынок. Участникам этого рынка хорошо известны расценки за то, чтобы судно, задержанное по подозрению в обходе западных санкций, отпустили без последствий. Как правило, судовладельцы – кто бы они ни были, под каким бы флагом ни ходили и на кого бы ни работали – эту цену платят. И если сейчас тот или иной сухогруз не отпускают, а передают Украине, это значит лишь одно: за него либо отказались платить, либо не сошлись в цене. Вот и вся логика», – поясняет Носович.
По его мнению, происходящее правильнее называть не пиратством, а корсарством: «Пиратов всегда казнили, они были вне закона и вне чьей-либо юрисдикции. Корсарство, оно же каперство, было узаконенным пиратством: им занимались государства и частные лица по государственной лицензии».
Как говорит Носович, сейчас европейцы вернулись именно к данной старой практике. «В этом смысле мы видим возрождение той самой "старой доброй Европы", о которой порой так любят ностальгировать некоторые. В данном случае пиратство пытаются оправдать собственной "моральной правотой", как ее видят сами европейцы. По факту же за борьбой за исполнение санкций Евросоюза и пресловутым "сдерживанием России" стоит банальное зарабатывание денег», – заключает Носович.