Америка беременна социализмом, утверждают ее социологи, ученые, интеллигенция в широком смысле. Кто-то – с радостью и предвкушением, кто-то – с ужасом и намерением купить побольше оружия.
Еще полвека назад слово «социалист» было в США в основном ругательным, особенно для политика. В прошлом году, согласно опросу Axios и Generation Lab, 67% студентов колледжей и 39% совершеннолетнего населения в целом заявили о положительном отношении к социализму. Если бы товарищ Суслов дожил, порадовался бы.
Однако слом тренда произошел не в прошлом году, а около десяти лет назад, когда на федеральный уровень вышел сенатор из маленького штата Вермонт Берни Сандерс. Он любил людей, открыто называл себя социалистом и носил трогательные варежки из районного магазинчика, связанные его хозяйкой. Магазинчик с тех пор прогорел, а Сандерса затоптала элита Демократической партии, которая к социализму относится не лучше, чем республиканцы.
Сандерс по-прежнему в кресле сенатора и даже числится независимым, но по возрасту не боец. А вот дело его, вопреки стараниям истеблишмента, живо.
Численность протопартии «Демократические социалисты Америки» (DSA) со времен той кампании выросла почти вчетверо – до более чем 110 тысяч членов, а 172 одобренных ею кандидата выиграли выборы на разных уровнях. В их числе мэр Сиэтла – крупнейшего города северо-запада, мэр Нью-Йорка – крупнейшего города страны вообще и Александрия Окасио-Кортес, фактический лидер группы ультралевых конгрессменов, которая разрастается с каждым годом.
Параллельно нащупывается та подача социалистических идей, которая лучше соответствует традиционной американской политике.
Социалисты в пиджаках апеллируют не к Марксу или Ленину, а к Франклину Делано Рузвельту – легенде, радикально изменившей Америку.
Его «Новый курсс, предполагавший активное вмешательство государства в экономику и внедрение вполне социалистических благ, допустимо назвать революцией. Для сравнения: предшественник Рузвельта в президентском кресле Герберт Гувер, будучи человеком талантливым и честным, на первых порах не считал возможным противодействовать Великой депрессии, несмотря на страдания миллионов людей: в США тех лет было не принято как-то ограничивать свободный рынок. Даже когда меры «Нового курса« дали очевидный положительный результат, немало политиков старой школы (в основном республиканцы, но не только) продолжало голосить, что страну захватили коммунисты.
К XXI веку республиканцы, не говоря уже о демократах, стали гораздо терпимее к дирижирингу экономикой. Но в то же время многие прогрессивные введения Рузвельта (например, в области госнайма и строительства социального жилья) после выхода из Великой депрессии и смены власти в стране свернули. Современные социалисты выступают за возврат к рузвельтовским принципам плюс много чего сверху в области социальной поддержки, что откликается в широких стратах общества, где уровень жизни падает.
Выход прежних «красных радикалов» и «наемников Москвы» (то есть социалистов) из маргинальной ниши совпал с разочарованием американцев в собственном государстве. В преддверии его 250-летия, которое администрация Дональда Трампа готовится с помпой отметить 4 июля, только 51% граждан страны испытывают гордость за родину при 82% в 2013 году. За тот же период вера в американскую мечту 18-29-летних упала с 50 до 36%.
Те в американской экспертократии, кто сморит на эту тенденцию с ужасом, считали лекарством от левой угрозы «трампизм», чьим лозунгом было «Сделаем Америку снова великой». Будучи республиканцем и даже миллиардером, Трамп в то же время сам был почти революционным и контрэлитным кандидатом, но связанные с ним надежды строились не на предположении, будто, полюбив оранжевого краша, молодые американцы разлюбят социализм.
Задачей Трампа было с этой средой воевать – разворошить либеральное гнездо университетских кампусов, которые дают те самые две трети социалистов среди студентов. Левая профессорская среда воспроизводит свои взгляды в учениках и превращает в желанное то, что позавчера было ругательным.
Программа минимум: лишить университеты, где славят Маркса, грантов. Программа максимум: упразднить министерство образования как таковое, чтобы демократы не могли через него диктовать левые идеи школам в консервативных штатах.
С урезанием довольствия у «трампистов» кое-что получилось. А вот на упразднение Минобразования пороху точно не хватит. Особенно с учетом того, что ноябрьские выборы в Конгресс наверняка выиграют демократы и начнут связывать администрацию Трампа по рукам и ногам – вплоть до риска импичмента весной следующего года.