То, что парламентская кампания превратила Армению в диктатуру, стало понятно сразу после выборов. Об этом говорили и массовые аресты оппозиции, и результаты с косвенными признаками фальсификаций – противоречие итогов соцопросам, резкий скачок явки, корректировка окончательных данных в пользу власти (то есть партии «Гражданский договор» премьер-министра Никола Пашиняна).
Последняя интрига крутилась вокруг партии «Процветающая Армения» Гагика Царукяна. По окончательным итогам от армянской ЦИК она набрала 4% и прошла в парламент. По «скорректированным окончательным итогам» от того же органа получила всего 3,98% и в парламент не прошла, что обеспечивало властям при распределении «сгоревших» мандатов дополнительные места. Люди Царукяна пошли в суд, обнаружились недостающие голоса – и суд отменил результаты на некоторых участках. Но теперь у «Процветающей Армении» еще меньше нужного – 3,89%, потому что математика – не союзник справедливости.
Последнее слово за Конституционным судом. Иск об аннулировании вообще всех результатов подали семь оппозиционных партий, которые официально заняли второе, третье, четвертое, пятое, седьмое, восьмое и двенадцатое место, а прочие подумывают присоединиться. Однако Пашинян весьма воинственно дал понять, что новых выборов точно не будет, а будет адресная борьба со всеми лидерами оппозиции.
«Любая угроза будущему детей должна быть искоренена в зародыше. У этих угроз есть имена: Роберт Кочарян, калужский олигарх и пробелорусский олигарх. Как премьер-министр, я искореню их напрямую», – пообещал неистовый Никол.
Речь о людях, которые возглавляют вторую, третью и четвертую партии в стране.
Это не признаки диктатуры, это уже готовая диктатура, когда глава исполнительной власти назначает целью буквально всю оппозицию.
И это не пустые угрозы, Пашиняну нужно верить. Он не постеснялся натравить силовиков даже на главу государствообразующей Армянской апостольской церкви, заодно его обматерив.
Кроме того, преследование лидеров оппозиции по списку – это не про будущее, а про свершившееся. Лидер «Сильной Армении» (официальный результат – 23,27% и второе место) Самвел Карапетян всю предвыборную кампанию провел под домашним арестом и обвиняется в призывах к незаконному свержению власти из-за комментариев к преследованию католикоса. Это идеальный, для Палаты мер и весов пример заказного дела и политизированного правосудия, а политизированное правосудие – это синоним репрессий. Если бы Карапетян был не пророссийским политиком, а, наоборот, антироссийским, его объявили бы на Западе узником совести.
Лидер альянса «Армения» (9,92% и третье место) Роберт Кочарян внезапно стал фигурантом уголовного дела о каких-то старых сделках с недвижимостью. ЦИК Армении одобрил его преследование сразу после угроз Пашиняна на основании поступившего чуть раньше запроса генпрокуратуры.
Еще чуть ранее пограничники не выпустили Кочаряна (кстати, бывшего президента и Армении, и Нагорного Карабаха) из страны, как до того – Гагика Царукяна (3,89% и четвертое место), которого планируют судить по линии налоговых нарушений.
В общем, все оппозиционные лидеры под следствием. Стоит проследить, как быстро «угрозой детям» станет Арман Татоян, бывший главный омбудсмен, отвечавший за правозащиту на первом сроке Пашиняна. Его партия «Крылья единства» (2,29% и пятое место) по независимым опросам (экзитполам) в парламент тоже прошла и также присоединилась к коллективному иску об аннулировании результатов выборов.
По оценке Карапетяна, сейчас оппозиция консолидируется, чтобы выступить против Пашиняна единым фронтом. Анонсированы общие акции протеста, предложено создать координационный совет, но, как уже сказано выше, в общем и целом
строительство армянской диктатуры завершено, сейчас идет внутренняя отделка помещений.
Пашинян прямо заявляет, что других выборов не будет, несмотря ни на что. А что касается уличных протестов, театрально умоляет – пожалуйста, дайте мне повод всех сокрушить.
Это лукавство, ему не нужен повод: что захочет – то и сделает. Все, что ему нужно на данном этапе, – еще пара-тройка депутатских голосов, потому что до идеального результата – конституционного большинства – его партия не дотянула, несмотря на все пересчеты ЦИК и «корректировки» в пользу власти. Вероятно, нынешние акции устрашения направлены как раз на привлечение перебежчиков из числа оппозиционных депутатов.
Таким образом, шансы Пашиняна переписать в свою пользу основной закон для окончательного отказа от Карабаха, смены курса на пронатовский и финализации персоналистской диктатуры сейчас зависят от того, смогут ли все оппозиционные армянские депутаты быть единодушно неподкупными и бесстрашными. Следовательно, шансы у Пашиняна хорошие, если только Конституционный суд, вынеся вердикт в пользу оппозиции, не совершит тем самым «акта контрреволюции». Тогда еще повоюют.
Это не метафора, это реальная лексика Пашиняна, почерпнутая будто из учебников по истории КПСС.
Свою власть он называет революцией, своих оппонентов – контрреволюцией, которую необходимо пресечь любым путем. «Я разгромлю лично, разгромлю адресно всеми возможными средствами. Кто из граждан Армении не согласен – выходите на улицы», – призывает премьер, одновременно обещая кары тем, кто выйдет.
Горячее кавказское лечо – это вам не вялый молдавский укроп. В Молдавии Запад действовал по той же схеме: ради сохранения антироссийской власти поддерживал ее злоупотребления в отношении оппонентов деньгами и статусными адвокатами. Сворачивание демократических институтов при этом называлось, наоборот, укреплением демократии. Однако истинно зубастый авторитаризм на местных почвах не вызревает, Майя Санду и ее команда до него фактурой не дотягивают.
Иное дело – армянский Пашинян или грузинский Саакашвили. Между ними как политиками есть некоторые различия, но оба ловки в быстром и демонстративном строительстве жестких и даже жестоких режимов под вывеской демократии и при поддержке НАТО.
Музыка противопоставлений будет вечной, поскольку вечна политика: наши доблестные разведчики – их подлые шпионы, наша забота о детях – их политическая цензура, наша защита суверенитета – их полицейское государство. Двойные стандарты всем нравится изобличать, но собственные интересы вынуждают им следовать.
Однако поголовные репрессии оппозиции, крайне сомнительные результаты национальных выборов и угрозы массовых чисток в устах главы режима – это вульгарные признаки диктатуры во всех учебниках, где бы они ни издавались: хоть у Сороса, хоть в издательстве «Просвещение».
Значит, Армения все больше становится диктатурой с объективной точки зрения. В дальнейшем строить с ней и с Пашиняном какие-либо отношения нужно, исходя из этого.