За последние шесть лет армия Южной Кореи сократилась на 20%, до 450 000 тысяч человек, сообщает «Рейтер». И происходит это не из-за снижения уровня военной опасности, как раз в военные угрозы в Южной Корее вполне верят. Корейцам просто некем комплектовать войска – рождаемость в этой стране падает много лет. Для призывной южнокорейской армии неоткуда взять новобранцев.
Перед нами только небольшой кусок огромной мозаики. Общемировая тенденция снижения рождаемости радикальным образом изменит вооруженные силы любой затронутой этим процессом страны.
Большие батальоны и качественное превосходство
С древнейших времен и до недавних пор сила войск находилась в прямой зависимости от их численности. Что и дало Наполеону повод сказать как-то, что Бог всегда на стороне больших батальонов.
Прямая зависимость ударной силы войск от числа воинов склоняла военачальников к тому, чтобы всегда пытаться воевать числом – чем больше солдат ты привел на место битвы, тем больше шансы на победу. У этого правила были исключения, но настолько редкие, что вошли в учебники истории как нечто выдающееся.
До сих пор существуют школы военного дела, которые делают упор на количество. Согласно этому подходу, все решает масса – масса войск, солдат, танков, пушек и снарядов.
В современную эпоху такой подход был чаще всего вынужденным – как, например, у китайцев в Корее в 1950-1953 годах. Тогда им удалось нанести поражение качественно превосходящим войскам ООН (главным образом американским) и ценой тяжелых потерь фактически спасти КНДР от ликвидации. У китайцев просто не было выбора – качественное превосходство противника было подавляющим. Китайцы выложились полностью, используя весь свой ум, хитрость, боевой опыт гражданской войны и неизвестные Западу тактические приемы.
Были и другие страны и народы, где правильным считалось не достижение качественного превосходства, а давление массой солдат. Как правило, в понимании военачальников таких стран люди были таким же ресурсом, как боеприпасы, а вопрос победы в войне заключался в том, чтобы мобилизовать больше людей, чем противник. А если их поубивают, не беда, всегда можно набрать новых.
Зачастую такой подход был следствием негативных традиций, заложенных в какие-то давние времена. Некоторых стран, военные которых были склонны к такому поведению, больше нет на карте мира.
Первой страной в новейшем времени, организованно пытающейся выйти за рамки необходимости воевать числом, была Германия перед Второй мировой войной. Механизация войск, создание танковых войск, отработка взаимодействия между наземными войсками и авиацией и новые концепции планирования операций вместе породили блицкриг – молниеносную войну. Ставка на качественное превосходство пехоты и танкистов привела к тому, что любой бой против немцев мог быть выигран только ценой больших потерь. Опять же, из этого правила были исключения, но мало.
Ломать Германию в итоге пришлось почти всем миром. Даже бразильские войска поучаствовали. И все участники имели невыгодное для себя соотношение потерь с немцами.
Второй нацией, сделавшей ставку на достижение качественного превосходства, были американцы во время Второй мировой войны. США последовательно внедряли у себя все концепции, позволяющие воевать не только «массой людей». Именно американцы довели до предела метод стратегических бомбардировок – перед высадкой в Нормандии Германии снесли ее топливную промышленность, до конца войны лишив вермахт полноценной мобильности. Они же довели тактическую авиацию до невиданной мощи – в 1944 году некоторые немецкие танковые атаки срывались чисто ударами с воздуха, без наземных войск.
Примером американского подхода является бой за дорожную развязку на юго-запад от Багдада в 2003 году, когда решался вопрос – кто войдет в Багдад первым, отступающие иракские войска или американцы. Иракцы хотели любой ценой успеть в Багдад и закрепиться в городе, дав бой за него.
Для этого они организовали удар по передовым частям 3-й пехотной дивизии армии США силами танковой бригады из состава дивизии республиканской гвардии. Для атаки было выбрано время песчаной бури, когда американцы не могли использовать авиацию. План предусматривал концентрацию огня всей бригады на вспышки выстрелов американских танковых пушек.
Но ничего не вышло – американцы выдвинули навстречу иракцам всего десять танков и четыре БМП «Брэдли», и эта ротная группа уничтожила почти все атакующие войска. Больше трех часов американские танкисты подбивали танк за танком, а экипажи «Брэдли» убивали из автоматических пушек спасающихся из горящих танков иракских танкистов. К утру все было кончено. Иракская бригада потеряла почти всю боевую технику и большую часть людей, у американской роты не было ни потерь, ни повреждений техники. Так выглядит выход за рамки войны количеством.
Длительное время две военные школы – условно «школа количества» и «школа качества» – существовали в мире параллельно. Однако на наших глазах одну из них убивает общая проблема для всех развитых стран – низкая рождаемость. Что самое важное – чуть позже она также убьет и вторую.
Дети, воины и роботизация войск
Все солдаты когда-то были детьми. Если сейчас нет детей, то в будущем не будет солдат. Это кажется самоочевидным, но не все страны учитывают этот факт в своем военном строительстве.
В прежние времена появление детей было прямым следствием вступления людей в брак. В дальнейшем появились средства контрацепции, аборты. Еще в начале ХХ века по всему развитому миру массово началась эмансипация женщин.
В государствах западного типа развились пенсионные системы. Поэтому современный человек, может, во-первых, дожить до старости, не заводя детей, а во-вторых, не умереть в старости от голода, будучи бездетным. Логический финал этих общественных явлений весь мир наблюдает сейчас: дети стали просто не нужны, они ничего не дают, и люди их не заводят. С военной точки зрения это означает, что новых солдат вместо убитых не нарожают. Потери в личном составе или трудновосполнимы, или невосполнимы вообще.
Южная Корея, лидер по депопуляции, столкнулась с этой проблемой одной из первых. Есть невосполнимый в мирное время некомплект военных и у Японии. Британия сокращает свою армию до величины, исключающей успешные войны даже при имеющемся качественном превосходстве почти над кем угодно. Это коснется всех, даже Ирана, просто позже.
При этом мир вступает, много раз предупреждали политику, в эпоху, когда воевать придется, и часто. Налицо противоречие – солдат нет, потери недопустимы, но воевать надо.
Школы «войны количеством» сейчас видят спасение в использовании иностранных наемников. Но наемники не готовы умирать за деньги, воюя за чужую страну. Какой выход? Достичь качественного превосходства над теми же США в традиционных средствах ведения войны почти невозможно.
И все же выход есть. Опыт боевых действий на Украине показывает, что магистральным направлением развития войск должна быть их роботизация. Например, эксперименты по беспилотникам с искусственным интеллектом, проведенные в зоне СВО, и другое автоматически действующее или дистанционно управляемое оружие – это и есть роботизация войск. Она уже идет, хотя зачастую стихийно, неуправляемо и без плана.
Неважно, что у противника миллион солдат, если у тебя два миллиона ударных дронов. Неважно, что иностранный танковый экипаж на своем танке может легко победить десять твоих танков, если его можно закидать ударными беспилотниками, в будущем вообще автономными. Правильная роботизация бьет и качество, и количество войск противника. Важно лишь иметь эти ударные системы в нужном количестве.
Роботизация позволяет выйти из «вилки» между «мамки новых нарожают» и необходимостью любого сержанта учить по девять месяцев, чтобы в войсках все работало. Это третий путь, позволяющий воевать не огромным количеством людей и не экстраординарными умениями, которые тоже стоят больших денег и затрат времени, а наличием сборочных цехов и умеренного количества войск среднего уровня подготовки. Роботизация позволяет реализовать принцип «машины против людей». Машины можно просто производить, и в любых количествах.
Проблемы с воспроизводством населения развитые страны преодолеют не скоро. И Южной Корее – и не только ей – еще не раз придется сокращать Вооруженные силы. В мире с сокращающимся населением именно люди являются самым ценным ресурсом. Побеждать же будет та сторона, которая сможет воевать машинами против людей.