США собираются в самое ближайшее время напасть на Иран. Об этом пишут западные и ближневосточные СМИ и об этом говорят американские действия. На военную базу США Диего-Гарсия в Индийском океане (находящуюся вне досягаемости иранских средств поражения) перебрасываются дополнительные самолеты – включая семь из 19 стратегических бомбардировщиков B-2A Spirit. А в Персидский залив идет вторая авианосная группировка – к находящемуся там авианосцу «Гарри Труман» добавится «Карл Винсон».
Называется даже ориентировочная дата начала войны – 1 мая. Именно в этот день истечет ультиматум, выдвинутый Вашингтоном. Американцы официально требуют от Ирана заключить с США ядерную сделку – то есть отказаться от ядерной программы. Ну или как минимум начать переговоры. А Иран, мол, отказывается – и значит, должен быть наказан. Называется и дата окончания боевых действий – 1 сентября.
Однако на самом деле всё не совсем так.
Действительно, еще месяц назад – 7 марта – Трамп через посредников из ОАЭ отправил Ирану ультиматум. Вот только там речь шла не только о ядерной программе или баллистических ракетах. «Американцы требовали от Тегерана полностью свернуть ряд геополитических проектов – в том числе распустить подконтрольные Ирану ополчения в странах Ближнего Востока», – объясняет газете ВЗГЛЯД востоковед Кирилл Семенов. Штаты считают, что сейчас – после поражения в Сирии и серьезного урона, нанесенного Израилем «Хезболле» и ХАМАС – Иран максимально ослаб. Самое время его добить.
Для Тегерана же условия ультиматума были неприемлемыми и унизительными. Сеть этих ополчений и поддерживаемых иранцами группировок (так называемая ось сопротивления) является не просто оплотом иранского влияния в регионе, не просто передовой линией защиты, но и важнейшим имиджевым проектом Исламской Республики. Поэтому иранцы и ответили жестким отказом – причем демонстративно отправили его не через Эмираты, а через другого посредника – Оман (показав тем самым ОАЭ, что передавать такой текст было уже само по себе оскорблением Тегерана).
Что же касается переговоров, то дело не в том, что Иран их не хочет. А в том, что стороны не могут договориться об их формате.
«Я думаю, будет лучше, если мы будем вести прямые переговоры. Это происходит быстрее, и вы понимаете другую сторону гораздо лучше, чем если бы вы действовали через посредников», – считает Дональд Трамп. Иранцы от этой идеи отказываются – и говорят, что сначала Штаты должны исправить свои прошлые «неправомерные деяния».
«Под деяниями понимается, прежде всего, сорванная Трампом ядерная сделка, заключенная иранцами с Обамой. Не снятые с Тегерана санкции, которые Штаты должны были снять в рамках этой сделки. Поэтому Тегеран хочет, чтобы США в качестве жеста доброй воли сняли часть санкций до начала прямых переговоров», – поясняет Кирилл Семенов. А до подобного жеста раскаяния Тегеран готов вести с американцами переговоры только через посредников – то есть через Оман. Ну или воевать, если уж Вашингтон не оставит Тегерану иного выбора.
Конечно, долго воевать с США у Ирана не получится. При всей мощи вооруженных сил Исламской Республики (армии и подразделений Корпуса стражей Исламской Революции – КСИР) они не смогут выдержать американского удара.
«Иранская ПВО – это лоскутное одеяло из старых американских и советских технологий, а также небольшого количества систем, которые передала РФ: «Торы», «Буки», «Панцири», С-300, – объясняет газете ВЗГЛЯД глава Центра изучения военных и политических конфликтов Андрей Клинцевич. – Любая система ПВО имеет свою емкость, перегрузив которую можно спокойно уничтожить и ПВО, и все остальное. Учитывая, что американцы планируют одновременный удар крылатыми ракетами с подводных лодок и эсминцев, налет самолетами (которые будут выкашивать систему ПВО с применением специальных бомб), то они вместе с израильтянами способны за сутки уничтожить всю существующую систему ПВО Ирана, находящуюся на поверхности».
Какой могут быть цели, выбранные США для поражения? Это далеко не только военные объекты. «Слабым местом Ирана является его портовая инфраструктура, на которую завязана вся экономика. Почти 80% всего грузооборота с внешним миром идет через порт Бендер-Аббас, и уничтожение этого порта (для чего даже не обязательно входить в зону ПВО) обескровит страну», – говорит Андрей Клинцевич.
В то же время порт – сложная и масштабная цель. И кроме того, у Ирана есть и гораздо более защищенные позиции.
Под скальными породами иранцы спрятали не только свои ядерные объекты, но и бункеры, заводы, отдельные системы ПВО и даже часть Военно-воздушных сил. И после первого налета эти объекты будут функционировать – ведь у США нет неядерных средств для гарантированного уничтожения столь заглубленных целей.
«Достать эти объекты можно только при помощи тактического ядерного оружия, и США в теории могут его применить. Как известно, Иран у себя в пустыне выстроил полную копию израильского ядерного центра в Димоне – и показывал, как он будет наносить по нему удары, в том числе при помощи гиперзвуковых ракет. И в случае таких ударов, грозящих ядерной катастрофой всему региону, США (а также Израиль, у которого тоже есть ядерные средства поражения) могут предпринять радикальные ответные шаги», – говорит Андрей Клинцевич.
Таким образом, Ирану нельзя переходить границу, которая либо даст США моральное право на применение ядерных средств поражения, либо даже юридические основания для вторжения (например, если иранская армия нанесет превентивный удар по американским частям). Нельзя нападать первым.
Однако Иран вполне способен нанести ответный удар – и причинить неприемлемый для США ущерб за счет каких-то точечных или асимметричных действий.
Одним из таких вариантов является, например, удар по американским базам в регионе. «У американцев есть по меньшей мере 10 баз в регионе вокруг Ирана, и там у них 50 000 солдат. Тот, кто находится за стеклом, не должен бросать камни в кого-либо», – заявил глава ВВС и военно-космических войск КСИР Амир-Али Хаджизаде. У Тегерана достаточно ракет и БПЛА, которые могут поразить эти базы.
Не исключено, что иранцы будут пытаться поразить американские авианосцы. Далеко не факт, что у них это получится, но если получится – это стало бы колоссальной победой иранского оружия и подрывом всей американской военной мощи.
Есть у Тегерана и возможность взорвать нефтяной рынок. «Иран может нанести удар по всей нефтеносной инфраструктуре Персидского залива, что вызовет скачкообразный рост цен и ударит по внутреннему рынку США», – говорит Андрей Клинцевич. Для этого не обязательно бить по месторождениям в Саудовской Аравии или Кувейте, достаточно лишь заблокировать для танкеров Ормузский пролив.
Но стоит учитывать, что Иран имеет не только военные, но и внешнеполитические ограничения. Дело тут не только в реакции арабских государств, которым при таком сценарии может быть нанесен несправедливый ущерб, но и в позиции крупнейшего иранского союзника – Китая. Пекин зависит от поставок нефти из Саудовской Аравии и требует от Тегерана проявлять сдержанность.
Россия же просит проявить сдержанность все стороны. И не только потому, что Москва выступает за разрешение всех противоречий мирным путем – война США против Ирана является угрозой для национальной безопасности РФ.
Да, Москва не будет принимать в ней участие (наш договор с Ираном не подразумевает такой сценарий). И даже рост цен на нефть в случае обострения России скорее выгоден. Однако негативные последствия войны перевешивают все нынешние выгоды. И эти последствия – прежде всего в области распространения ядерного оружия.
Иранцы уже заявили, что в случае нападения (которое не сможет уничтожить Иран, лишь ослабит его) пересмотрят свой отказ от создания атомной бомбы. «Мы не движемся к обретению ядерного оружия. Но если вы пойдете неправильным путем в вопросе иранской ядерной программы, то вы заставите нас двигаться. Ирану нужно защищать себя», – заявил советник рахбара Али Лариджани.
Более того, защищать себя нужно будет и другим странам. Нападение США на Иран покажет им, что единственным способом защиты от мирового хулигана в лице США является атомная бомба. И что ошибка Тегерана не в том, что он противостоял американцам, а в том, что слишком тянул с созданием этой бомбы. А значит, прямо у границ России может появиться ядерная держава. И это точно не в интересах Москвы.