До того как пенсильванский стрелок попал в ухо Дональда Трампа, почти никто не считал Камалу Харрис серьезным претендентом на Белый дом. Непопулярная, невнятная, конфликтная и не к месту хихикающая вице-президентка, казалось, нужна была политической системе США только как подпорка для президента Джо Байдена и как довод при его спорах с оппонентами: мол, если уйду я, то придет она (спаси нас, Господи).
Будучи частью ковена Хиллари Клинтон, Харрис никогда не была человеком Байдена и всего четыре года назад обвиняла его в «потакании расизму». Потом партийные группы влияния слили их в единый тандем, где Кукушка без устали хвалит Петуха, а Петух – Кукушку, но фальши в этом не меньше, чем в тосте зятя на юбилее нелюбимой тещи.
Команда Байдена как будто специально посылала Харрис на гибельные направления вроде беспрецедентного миграционного кризиса на границе с Мексикой. Она не преуспела ни в чем – и вряд ли могла, зато забрала на себя часть того негатива, который, по справедливости, предназначался президенту.
Одновременно это подрезало ей крылья как амбициозному политику, чуждому для клана Байденов. Окружение президента оптимистично загадывало до 2028 года и хотело оставить на хозяйстве кого-нибудь из своих, а не протеже клана Клинтонов – лишь формально союзного, а на самом деле конкурирующего: у Джо и Хиллари исторически сложные отношения.
У этой эгоистичной интриги, в которой Байдены преуспевали исторически, есть оправдание: с паршивой овцы хоть шерсти клок. Харрис показала абсолютную несостоятельность как председатель Сената США, которым по совместительству является вице-президент. Вместо того чтобы договариваться с колеблющимися республиканцами о поддержке президентских законов, «колючая» Камала наживала правящей администрации новых врагов.
Как следствие, в числе возможных сменщиков Байдена гораздо чаще фигурировали губернаторы Калифорнии и Мичигана (Гевин Ньюсом и Гретхер Уитмер), чем его формальный заместитель.
Но в итоге Байден отрекся от президентской номинации именно в пользу Харрис. Более того, она действительно может победить на президентских выборах.
Выстрел в Пенсильвании стал последней каплей, после которой как бы заранее проигравшего Байдена приперли к стенке и заставили отречься от номинации. Ему необязательно было отрекаться в пользу Камалы (а байденовские делегаты на съезде Демократической партии в августе по-прежнему не обязаны проголосовать именно за нее), но дело решили три важных обстоятельства.
Во-первых, проигнорировать Камалу – трижды «не по понятиям» демократов: потому что вице-президент, потому что женщина, потому что «цветная». У феминисток и нацменьшинств в партии мощные «крылья», так что «дискриминация» Харрис неизбежно вызвала бы скандал, а Байдену хочется уйти под благодарности и аплодисменты.
Во-вторых, выбор в пользу третьего кандидата обошелся бы партии очень дорого именно в деньгах. Кампания Байдена-Харрис собрала сотни миллионов долларов пожертвований, которыми могут распоряжаться и Байден, и Харрис, но не кто-то третий, на этот счет в США есть законодательные ограничения.
В-третьих, теперь Харрис к Байденам гораздо ближе, чем многие другие партийные боссы, которые президента предали и уговаривали сняться с выборов. Она своего шефа как будто бы не сдала, хотя имела бы от его ликвидации максимальную выгоду. Несомненно, это ей зачлось.
Теперь ей осталось всего два шага до Белого дома – стать официальным кандидатом от Демократической партии и победить Дональда Трампа на выборах в ноябре. Вполне реально не только первое, но и второе.
Как у кандидата от демократов, у Харрис пока что нет альтернатив. За месяц, оставшийся до съезда партии, конкуренты могут появиться, но больше похоже на то, что главные группы влияния уже смирились с номинацией Харрис и выторговывают для своих людей посты в ее администрации, благо собственная команда у фаворитки довольно скромная.
За место ее напарника (то есть кандидата в вице-президенты) торгуются, надо думать, не очень активно: пост этот громкий, но не особенно значимый, поэтому в партии обычно руководствуются соображениями из области политтехнологий. В пару к Харрис, скорее всего, поставят белого мужика из колеблющегося штата. Идеально подходят двое – сенатор-астронавт из Аризоны Марк Келли, четырежды летавший в космос и служивший пилотом в ВМФ США, и популярный в своем штате губернатор Пенсильвании Джошуа Шапиро.
И Аризона, и Пенсильвания крайне важны для победы на выборах в целом по стране. Всего таких штатов семь-восемь, после покушения Трамп опережал Байдена по рейтингам в каждом из них, но у Камалы есть два существенных достоинства – она не Байден и она не Трамп. Порядка 40% американцев хотели бы кого-то третьего, подустав от обоих скандальных дедов.
К ноябрю в колеблющихся штатах могут и позабыть о том, что Трампа пули не берут, ориентируясь, как это обычно бывает, на свое экономическое самочувствие. Если экономику США осенью уберегут от сильной инфляции и других признаков кризиса, победу Камалы Харрис следует рассматривать как вполне рабочий сценарий развития событий.
Да, она непопулярна. Но уже сейчас популярнее Байдена, а когда политическую машину демократов перенастроят, начав хвалить Харрис 24 часа в сутки, ее рейтинг наверняка подрастет.
Трамп заявлял, что не верит в победу Харрис, поскольку она «никому не нравится, чересчур противная». Но это ложь: чуть более 10 лет назад Харрис понравилась даже самому Трампу, по крайней мере, он выслал ей чек на кампанию по избранию генеральным прокурором Калифорнии, выступив таким образом соинвестором Джорджа Сороса.
Трамп неоднократно менял партийность, его непоследовательность во взглядах и поступках – в числе факторов, работающих на Харрис. А поскольку генпрокурором Калифорнии она все-таки стала, проработав на этом посту шесть лет, дебаты с ней будут для Трампа совсем не той экзекуцией, как в случае с Джо Байденом. Известность в целом по стране Харрис приобрела именно благодаря тому, что строго и въедливо допрашивала в Сенате назначенцев Трампа, как завуч – нашкодивших учеников.
Правда, на руку Трампу играет то, что Камала – такой же «фейковый» политик (по его собственному определению), как и он сам. Сексоголика, тусовщика и застройщика Трампа история сделала кандидатом от партии, защищающей традиционные христианские ценности. Камалу – тамилку по матери и ямайку по отцу – будут выставлять кандидатом обиженных социальных слоев и меньшинств, хотя жизнь у нее была и по меркам белого большинства завидная.
Интеллигентная семья университетской профессуры (правда, со временем распавшаяся), престижная школа, юность в Канаде, а по возвращении в США – самый престижный из университетов, где когда-то учили только «цветных» (Говардский, он же «Гарвард для черных»). Потом была прокуратура штата Калифорния, где Харрис зарекомендовала себя как сверхтребовательный начальник и сознательный карьерист, а не как защитница угнетенных слоев населения, что бы по этому поводу ни говорили на CNN, главном рупоре демократов.
Дальнейшую карьеру Камала сделала не благодаря деспотии и неуживчивости, а вопреки им, как, кстати, и Дональд Трамп. В какой-то момент на нее обратила внимание Хиллари Клинтон, будто на молодую версию самой себя, а теперь Харрис оказалась в положении счастливой сиделки при немощном старике, которая вытерпела от него многое, но получила все семейное наследство.
Другой старик – Дональд Трамп – пока еще кажется фаворитом выборов, но выборы в США с настолько высокими ставками – это прежде всего схватка двух хищников. Хлипкий Байден не имел ни шанса, но Харрис прежде вполне преуспевала как хищник-засадник. Вегетарианцев в прокуроры в принципе не берут, а состоявшихся обвинителей трудно удивить демагогией и агрессивным напором – главными приемами Трампа.