Президент Украины Владимир Зеленский попал в котел. Пока что фигурально. С одной стороны, он заявил о намерении баллотироваться на выборах 2024 года (несмотря на то, что неоднократно обещал – будет находиться на посту президента только один срок). С другой – он же признал: «военные ко мне обратились, чтобы дать возможность больше мобилизовать».
Разумеется, эти две задачи вовсе не являются совсем уж несовместимыми. В конце концов Зеленский обещал, что закончит войну в Донбассе, а в результате принес полномасштабный конфликт с Россией, но на его рейтинге это отразилось только позитивно – он ведь не виноват, «виновата Россия»… Так же и количество недовольных мобилизацией людей не будет равно количеству людей, которые не будут голосовать за Зеленского.
Гораздо опаснее для киевского режима другое. Конфликт явно имеет тенденцию к затягиванию, а Зеленский уже догадывается, что у Украины не хватит ресурсов для длительной войны. Собственно говоря, их уже не хватает – «линия Суровикина» еще не прорвана (и неизвестно, будет ли прорвана вообще, хотя украинское командование демонстрирует дежурный оптимизм), а судя по усилиям власти дефицит живой силы уже наметился.
Прежде всего речь идет об огромных потерях ВСУ, которые оцениваются в диапазоне от 60 до 400 тысяч убитых. Только новые кладбища (в основном – военного назначения) рассчитаны на полтора миллиона человек.
Военный теоретик Эдвард Люттвак предупреждает: компенсировать техническое превосходство России Украина может только численным превосходством – и речь идет о кратном увеличении численности ВСУ. Кстати, последний раз официальные данные на этот счет давались более года назад – тогда численность силовых структур Украины составляла около миллиона человек. Сейчас нет даже приблизительных оценок, но очевидно численность украинской армии не меньшая, чем год назад.
Сейчас украинская власть предпринимает усилия, направленные на то, чтобы достичь превосходства на поле боя, необходимого для сравнительно быстрого завершения конфликта. В пользу Украины, конечно.
Во-первых, это, разумеется, кампания по наведению порядка в военкоматах. Задача тут не столько в том, чтобы увеличить «пропускную способность» военкоматов, сколько для восстановления доверия к системе в целом. А то получается как у замминистра обороны Украины Анны Маляр – взятки в военкомате не должны быть поводом не хотеть погибнуть на фронте.
Во-вторых, расширяется круг военнообязанных. В частности, речь идет о призыве ограниченно годных граждан. Теперь киевский режим готов мобилизовывать даже больных туберкулезом и ВИЧ. Сложно это воспринимать иначе как попытку собрать последнее, что только можно для ведения боевых действий.
С одной стороны, тут как бы нет ничего особенного – есть категории, которые по здоровью считаются годными к службе только в военное время (во всяком случае, так было в СССР). В том, что на Украине время именно военное, никто не сомневается. С другой – это позволяет забрать тех людей, которые получили соответствующие справки не вполне законным образом (их не так уж и много, но тут вопрос справедливости, а не числа мобилизованных).
С третьей стороны, проводится зачистка уж совсем незначительных ниш. Например, секретарь СНБО Украины Алексей Данилов заявил о необходимости отменить отсрочку для военнообязанных, получающих второе высшее образование (в последнее время их число выросло кратно – данной нишей пользуются именно для получения отсрочки, но все же количество таких случаев ничтожно мало на фоне числа мобилизованных).
В-четвертых, руководитель фракции «Слуга народа» в Раде Давид Арахамия выступил с совсем уж поразительной инициативой – обратиться к другим странам для экстрадиции военнообязанных, покинувших Украину по поддельным справкам о негодности к службе по состоянию здоровья. Тут даже клоун Денис Малюська, считающий себя министром юстиции, вынужден был признать, что идея немного идиотская – европейские страны отказываются возвращать даже коррупционеров…
Между тем суд в Полтаве постановил, что военкоматы не имеют права принуждать граждан к мобилизации. Судя по мотивировочной части, решение суда не слишком правовое само по себе, но оно наглядно показывает сложности, с которыми столкнется Украина при попытке изображать из себя правовое государство.
Мы отметим, что идея идиотская по другой причине – число людей, выехавших из страны по поддельным справкам, на порядок меньше числа людей, которые выехали вообще без всякой справки.
Наиболее популярные варианты – заплатить пограничникам прямо или заплатить контрабандистам (которые с пограничниками в доле). По информации Le Figaro, «с начала войны было арестовано 13 600 человек, пытавшихся нелегально покинуть страну. Еще около 6100 человек были пойманы с поддельными документами». Источник газеты ВЗГЛЯД на Украине полагает, что это менее десятой части тех, кто выехал из страны. А по данным МВД Германии только в эту страну с начала конфликта въехало свыше 163 тыс. украинцев призывного возраста.
Нам даже известен случай, когда некий потенциально мобилизованный ухитрился переплыть пограничную реку Тису (занятие, прямо скажем, рискованное, но он отделался всего двумя сломанными ребрами), был задержан румынскими пограничниками, которые не только не отобрали у него бранзулетки, но даже отправили на лечение в… Австрию. Это, кстати, случай не единичный – отношение пограничников европейских стран к беженцам с Украины (даже призывного возраста) более чем лояльное.
Так или иначе, о необходимости водворения на родину этой категории граждан даже Арахамия не говорит. Чтобы требовать экстрадиции, необходимо хотя бы установить сам факт выезда за границу, а если он имеет место – доказательства того, что он совершен незаконно…
Что еще более интересно – несмотря на массовые проверки, которые каждый раз приводят к поимке новых групп уклонистов, никакой кампании по зачистке руководства погранслужбы на западной границе не проводится. Хотя, может быть, до них просто еще не дошли – до выборов еще много времени, а тема борьбы с коррупцией вечно живая.
Собственно, сейчас вопрос стоит относительно того, а сколько человек в принципе может призвать Украина.
С одной стороны, численность населения Украины не так уж велика – по расчетам, которые привел зампредседателя Совбеза РФ Дмитрий Медведев, население страны составляет менее 20 млн человек. Украинские источники в целом с ним согласны, указывая, что примерно половина из них – пенсионеры. То есть даже в случае с тотальной мобилизацией можно рассчитывать максимум на пять миллионов человек.
С другой стороны, призвать людей мало – надо их организовать, вооружить, обеспечить всем необходимым. Тут возможности Украины в основном исчерпаны. И если оружие и амуницию еще могут предоставить партнеры, то взять офицеров и сержантов негде.
Очевидно, что Украина не может выиграть войну на истощение. Но, к сожалению, наличной информации недостаточно, чтобы спрогнозировать, когда именно наступит катастрофа киевского режима. Однако сам факт того, как усиливает сейчас Киев мобилизацию, более чем показателен. Так делают только в совсем отчаянных случаях.
При этом не стоит исключать, что в ближайшие месяцы ВСУ еще могут вести наступательные действия и даже достичь ограниченного успеха. Кроме того, у Украины большие возможности для ведения террористической деятельности на территории России, а она не прекратится, даже если будут достигнуты какие-то мирные соглашения.