Германия не располагает обороноспособными вооруженными силами, и в случае войны бундесвер не сможет защитить страну. Это не инсинуации, не выдумки желтой прессы типа Bild, не анонимные сообщения со ссылкой на источники. Это официальное заявление министра обороны Бориса Писториуса, отнюдь не паникера по натуре и не «ястреба» из тех, кому любого количества танков будет мало.
Писториус – человек рассудительный, ответственный, совестливый, весьма авторитетный в правящей партии социал-демократов. Такими эпитетами обволакивали в большей степени регионального и малоизвестного на федеральном уровне политика лояльные власти СМИ, когда Писториус возглавил бундесвер после неожиданной отставки предшественницы – Кристины Ламбрехт.
Как оказалось, доктор пришел, чтобы констатировать: в морг.
Впрочем, и без Писториуса с его якобы идеальной репутацией было известно, что германская обороноспособность дошла до ручки. Например, столица – Берлин – фактически осталась без противоракетной защиты после того, как Украине были переданы две системы ПВО – Skynex и Skyranger.
Собственно, фактическое участие Берлина в конфликте на стороне ВСУ германские войска и добило. Особенно – «посылка» с танками Leopard, предназначенными для «весеннего контрнаступления». Но еще до того в «черную дыру» украинской военной экономики немецкие власти спустили миллиарды евро.
Впрочем, было бы лукавством заявлять, что дело только лишь в Украине и очередной попытке (исходя из истории Германии, роковой) одолеть Россию военным путем. У бундесвера дефицит не только материальной базы, но и персонала. Как подчеркнул Писториус, придется «заполнять пробелы, возникшие за последние 30 лет», и «вложить большие средства».
Другими словами, недофинансирование германских войск было хроническим. И получается так, что спасти бундесвер пытался только один политик – Дональд Трамп. Он категорично настаивал, что члены НАТО и прежде всего Германия должны поднять финансирование своих вооруженных сил до 2% ВВП (в случае ФРГ колоссальным, четвертым в мире). Канцлер Ангела Меркель на это вроде бы даже согласилась, но затем грянули пандемия, конца которой Меркель как канцлер уже не застала, а потом и полномасштабный военный конфликт вокруг Украины. Спровоцированная конфликтом инвентаризация и показала, что защищать Германию некому и нечем.
Исходя из карты Европы и членства Берлина в НАТО, при «угрозе с востока» (в ее наличии по-прежнему пытаются убедить немецкое общество) защищать немцев должны будут поляки – те самые, с кем у Германии отвратительные отношения из-за итогов предыдущей мировой войны. Варшава убеждена, что ей недоплатили, и официально требует компенсацию.
Защитить-то, может, и защитят (было бы от кого), но денег попросят много и обязательно вперед.
От такой геополитики «железный канцлер» Отто фон Бисмарк должен в гробу вертеться даже безотносительно тех предупреждений, которые он делал о конфликте с Россией.
По гамбургскому счету бундесвер погубило членство в блоке НАТО, которому обороноспособность страны была отдана на откуп. В Североатлантическом альянсе мало самодостаточных в военном отношении стран (только США, Турция и – с сотней оговорок – Франция): с учетом принципа коллективной обороны, там исходят из того, что слабые места, случись что, прикроют союзники и предоставят, что нужно.
Но Берлин, как выясняется теперь, слишком сильно расслабился. Искушение экономить на армии (тратя, например, на социальные нужды, что нравится избирателям) возобладало в каждом правительстве со времен Гельмута Коля.
Нынешний кабинет министров премьер-министр Баварии Маркус Зедер вообще называет худшим за всю историю существования страны. Он из оппозиционной партии, в его интересах сгущать краски, но история Германии помнит и правительство Гитлера. Он тоже уничтожил национальные вооруженные силы, направив танки на Украину.
Риторика баварца наверняка призвана отвлечь от 30-летнего недофинансирования, переведя разговор на частности. Ламбрехт, которую Зедер называет «позором Германии», возглавляла министерство обороны в течение нескольких месяцев, а союзница партии Зедера – нынешний председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен – пять с половиной лет. Вопросы о том, зачем слабосильный бундесвер решил передать остатки обороноспособности Киеву и вообще ввязался в эту авантюру, от которой немцы теряют больше, чем любой другой народ Европы (за исключением украинцев), тоже нужно задавать ей.
Но задавать их попросту некому. В том, что касается вечно проблемной для немцев «политики на восточном направлении», Зедер и его партия баварских христиан-демократов не предлагает ничего принципиально нового, хотя в этой политике корень многих проблем Берлина, а бундесвера – в первую очередь. Судя по последним интервью канцлера Олафа Шольца, он по-прежнему ждет того, что ВСУ разгромят ВС РФ и навяжут Москве свои условия прекращения конфликта. А «запасного плана» у ФРГ, кажется, нет.
Поэтому дело не в том, какое правительство – худшее, а какой министр стал позором – Ламбрехт или фон дер Ляйен. Это проблема не той или иной партии ФРГ, это проблема немецкой политической элиты в целом – она не тянет. Она деградировала в условиях экономической неги, как деградировал бундесвер от недоедания.
Тот же самый Шольц, фактически стоя на развалинах бундесвера, обещает нации самую сильную армию на континенте, хотя это потребует заведомо больше времени и средств, чем те, которыми он располагает.
Параллельно сопредседатель партии «Зеленые» и глава МИД Анналена Бербок рассуждает в категориях военного конфликта Германии с Россией и в духе «ни шагу назад», чем пугает не только Зедера, но и Шольца. А директор концерна Rheinmetall Армин Паппергер на полном серьезе планирует создать производство танков Leopard на Украине.
Эти люди не думают о том, что что-то может пойти не так (действительно, что может пойти не так при военном противостоянии Германии с Россией?!). И с огромным пафосом презентуют «новую феминистскую внешнюю политику Германии» как благость для всего мира.
Это закрепляет общее впечатление, будто немецкие руководители с ума посходили – настолько впечатляющая разница обнаруживается между их планами и возможностями, словами и реальными действиями. И речь совсем не о том, что «феминистская политика» чем-то принципиально плоха и окончательно добьет страну (на этот счет есть разные мнения). Речь о том, что Бербок, Ламбрехт, Урсула, а теперь, по совокупности достижений, и сама фрау Меркель – это примеры разорительной и разрушительной политики.
Это примеры того, как делать не надо, только проблема наверняка не в женщинах, а в том, что эти конкретные принадлежат к малахольной немецкой элите.
Осознание такой мысли немецким народом или, прямо говоря, протрезвление вряд ли задержится на годы. Но оно станет значительно более шокирующим и болезненным, чем нынешнее – промежуточное, в ходе которого Писториус отпел некогда главную армию Европы.
Так будет даже в том случае, если армия Германии никак не будет задействована в последующих событиях. А этого ей и всей Европе искренне пожелает любой, кроме ее искренних врагов.
Сейчас такое сложное время, что немцам, может, лучше жить вовсе без армии. Так опасных искушений будет меньше.