Новости из Нидерландов, традиционно представляемых спокойной и зажиточной страной, с начала июля все больше напоминают сводки с театра военных действий. Голландские фермеры и поддерживающие их граждане королевства перекрывают автострады и блокируют доступы к десяткам торговых центров и супермаркетов. Протесты охватили всю страну и выплеснулись за ее пределы в соседние европейские государства.
Центральное бюро торговли питанием (CBL), всерьез напуганное цифрами ущерба торговле, 4 июля распространило заявление о том, что супермаркеты и компании общественного питания не имеют никакого отношения к конфликту фермеров и правительства, и призвало органы правосудия и полицию Нидерландов немедленно вмешаться в ситуацию и положить конец блокаде. Амстердамский аэропорт Скипхол и авиакомпания KLM призвали пассажиров пользоваться только общественным транспортом, чтобы вовремя попасть на нужный авиарейс.
Правительство, неделю назад туманно рассуждавшее о праве граждан на умеренный протест в рамках законности – само того не подозревая, в духе чешского сатирика Ярослава Гашека – уже осознало, что имеет дело с организованным протестным движением, а не с разрозненными акциями. Традиционно неопределенная риторика голландских евробюрократов быстро сменилась на готовность действовать жестко и задавить протесты всеми возможными способами.
Вечером 5 июля полиция открыла прицельный огонь из табельного оружия по колонне техники протестующих на въезде в центральный город провинции Фрисландия – Херенвен. По воле случая, никто из протестующих не был убит или ранен, но несколько фермеров были арестованы на месте. Заявления силовиков о том, что огонь был открыт по причине стремительной атаки трактористов на полицейские автомобили, был тут же опровергнут многочисленными свидетелями, предоставившими видеозаписи с места происшествия.
Уровень ожесточения протестующих достиг такого накала, что они стали использовать в качестве оружия протеста не только автомобили, тракторы и грузовики, но и более опасную технику – например, устаревший, но еще вполне мобильный британский танк «Шерман», пригнанный кем-то из протестующих коллекционеров.
В качестве боевой единицы танк пока что не применялся, фермеры используют не менее радикальную тактику борьбы – например, они забросали удобрениями (попросту навозом) загородный дом министра природы и азота Христианны ван дер Вал-Зеггелинк (Christianne van der Wal-Zeggelink).
В местных СМИ и заявлениях некоторых оппозиционных политиков уже прямо озвучивается то, что происходящие события являются ничем иным как «нидерландским восстанием фермеров». При этом основные европейские медиа крайне неохотно сообщают о происходящем в стране – лидере по уровню производительности и экспорта сельскохозяйственных культур. Информация о фермерских протестах подается весьма скупо, общими чертами обрисовывается повод для протеста, но старательно избегается детальный разбор действительных причин фермерского бунта – очередной виток непродуманной борьбы европейских правительств за «зеленую экономику».
Схема, по которой развивались события, давно перестала вызывать удивление у тех, кто следит за увлекательным процессом подпиливания Евросоюзом экономического сука, на котором он сидит. Голландское правительство под руководством Марка Рютте (Mark Rutte), руководствуясь ценными указаниями из Брюсселя, приняло решение к 2030 году ровно наполовину сократить уровень загрязнения атмосферы и почвы. А атмосфера загрязняется, в частности, удобрениями, которые используют фермеры. Даже навозом, например. Ведь удобрения выделяют азот. Но меньшее использование удобрений означает падение урожайности – а значит, разорение фермеров.
«Зеленые» фантазии брюссельских чиновников распространяются на все страны Евросоюза, но голландцам в этом отношении не повезло гораздо больше остальных. Во-первых, как ни парадоксально, по причине того, что на протяжении целого ряда лет эта небольшая (4 200 000 га, 131-е место в мире по площади), но успешная европейская страна демонстрировала очень высокие показатели по производству и экспорту сельскохозяйственных материалов, по животноводству и аграрным технологиям. Сельхозмашины производства Нидерландов известны во всем мире, голландские фермеры являются признанными лидерами в области семеноводства, в разведении элитных пород скота и птицы.
При этом основой данного сектора экономики являются небольшие семейные фермерские хозяйства, почти половина из которых владеет земельными участками менее 10 га. Соответственно, поле для экологических экспериментов над экономикой и гражданами было весьма просторным – еще в 2017 году государственный секретарь по экономическим вопросам и соратник Марка Рютте Мартинус ван Дам (Martinus van Dam) гордо заявлял: «Made in the Netherlands – больше не бренд исключительно для тюльпанов и сыра. Наша всемирная репутация в сфере сельскохозяйственных знаний и технологий продолжает расти».
Во-вторых, несменяемый премьер-министр страны Рютте, лидер «Народной партии за свободу и демократию» (Volkspartij voor Vrijheid en Democratie) прекрасно подошел на роль того, кто может упорно и не оглядываясь ни на какие обстоятельства и потери, внедрять повестку, которая важна для ЕС здесь и сейчас. Весьма характерно, что политическим идеалом Рютте, по его собственным словам, является британская «железная леди» Маргарет Тэтчер, имевшая огромный опыт в противостоянии как интересам собственных граждан, так и их протестам.
Правительство Нидерландов выделило 24,3 млрд евро на финансирование сельскохозяйственных реформ – несмотря на то, что по оценкам ряда исследовательских институтов, включая правительственные, они приведут к закрытию более 30% животноводческих ферм в стране. Никакие аргументы противников столь поспешных шагов по борьбе с «критическим загрязнением почвы» не принимались в расчет. «Я знаю, что это будет иметь колоссальные последствия для фермеров, которые долгое время живут в атмосфере неопределенности», – твердила министр Ван дер Вал.
Защищаясь, представители фермерских хозяйств пытались доказать правительству, что обвинения в необратимом ущербе природе, который они наносят по мнению правительства, как минимум непропорционален. «Это ужасно. Но в то же время у нас нет другого выбора», – слышали они в ответ от министра. Животноводы играют одну из ключевых ролей в производстве продуктов питания в стране, разорение и закрытие фактически одной трети хозяйств может привести к катастрофическим последствиям, вплоть до нехватки продовольствия.
Ответ Христианны ван дер Вал был вновь исчерпывающе кратким: «Природа не может ждать».
Но фермеры тоже не могут ждать, и их неароматный перформанс на пороге дома Христианны ван дер Вал является наглядным примером их отношения к деятельности собственного правительства. Они понимают, что следование правительства Рютте брюссельским интересам, без учета местной экономической специфики и традиций, может ударить по нидерландской экономике еще не один раз, в том числе в результате «эффекта бумеранга» от антироссийских санкций, уже бьющего по соседним странам. Нидерланды не зависят от российского газа так, как другие европейские государства, однако являясь крупным хранилищем и распределительным хабом топлива в Европе, в полной мере включены в единую европейскую энергетическую цепь.
Некоторые члены кабинета министров отдают себе в этом отчет – Роб Йеттен (Rob Jetten), министр по климатической и энергетической политике королевства, заявил 28 июня в интервью изданию Politico о своих опасениях. По его убеждению, зимний газовый кризис может быстро распространиться по всему континенту, и даже странам со значительной инфраструктурой или ресурсами, такими как Нидерланды, не удастся избежать последствий. При этом он оптимистично добавил, что правительство страны проявит солидарность с соседними странами в случае полного отключения российского газа.
Наученные горьким опытом европейской солидарности, нидерландские фермеры понимают, что в кризисной ситуации их доходы будут тут же принесены на алтарь чьих угодно интересов – природных или общеевропейских. То же самое понимают фермеры других европейских стран, начавших забастовки и акции протеста из солидарности со своими голландскими товарищами.
Объединение германских фермеров Land schafft Verbindung (LSV) 7 июля провело акцию протеста сразу в нескольких федеральных землях страны: в Баварии, Саксонии, Северном Рейне – Вестфалии. В своих обращениях к протестующим представители LSV заявляют, что рано или поздно фермеры Германии окажутся в том же положении, что и нидерландские, и что с учетом этой малоприятной перспективы «и в Берлине, и в Брюсселе на улицы должны выйти сотни тысяч граждан для борьбы за продовольственную безопасность».
Также протестующие фермеры вышли на улицы Италии и Польши. Итальянцы, возмущенные стремительным скачком цен на удобрения, сырье и предметы первой необходимости, протестовали под лозунгами: «Мы не рабы, мы фермеры!», «Мы не можем свести концы с концами!», «Идем на Рим!».
Фермеры со всей Польши 6 июля пригнали свои тракторы в самый центр Варшавы, проведя очередную акцию протеста из целой серии, прошедших по всей Польше под лозунгом «Мы не умрем в тишине!». Поляки выразили возмущение тем, что их бизнес гибнет под давлением растущих цен на топливо и удобрения. Они утверждают, что их проблемы носят системный характер, а правительство Польши отдало их жизни на милость иностранных (тех же европейских) корпораций и посредников, занимающихся спекуляцией на рынках сельскохозяйственной продукции.
Поводы для протестов в странах Евросоюза разнятся, однако их первопричина одна: слепое убеждение национальных европейских правительств в непогрешимости Брюсселя и его единственно правильной – пусть и самоубийственной – политики. При этом мантры евробюрократов о том, что во всех проблемах европейской экономики виновата Россия, уже никто не хочет слышать. В частных ангарах Европы до сих пор выставляется большое количество самой разнообразной боевой техники времен Второй мировой войны. Голландские фермеры, вооруженные тракторами и танком «Шерман», не будут чувствовать себя одинокими, особенно при наступлении неумолимых зимних холодов.