Лидер КНДР Ким Чен Ын признал, что его стране грозит масштабный голод. Выступая в четверг на VI конференции секретарей парторганизаций правящей Трудовой партии Кореи (ТПК), северокорейский вождь призвал готовиться к повторению «Трудного похода». Именно так в официальной терминологии именуют массовый голод 1995-1997 годов, который, по оценкам ООН, унес жизни двух миллионов человек.
«Я решил просить организации ТПК на всех уровнях, включая центральный комитет, и всех секретарей ячеек всей партии начать новый, еще более трудный поход», – цитировало «уважаемого товарища Ким Чен Ына» государственное информагентство ЦТАК. Это первый раз, когда руководитель Северной Кореи проводит параллели с ситуацией 90-х, отметила в пятницу газета «Коммерсант». В той же речи Ким посетовал, что партийным ячейкам на местах приходится работать в тяжелейших условиях, и упомянул некие ошибки в работе организаций ТПК, которые надо исправлять.
Тяжелая ситуация дезорганизовала в том числе работу дипкорпуса. В начале апреля посольство России в Пхеньяне в своем Facebook* сообщило о том, что в стране прекратили работу дипломатические представительства 12 государств – в том числе Великобритании, Германии, Франции и Италии, а также весь иностранный персонал международных гуманитарных организаций. Свои государства представляют только девять послов, включая российского, и четверо временных поверенных в делах.
«Посольству России легче, чем остальным иностранцам, – рассказала газете ВЗГЛЯД пресс-атташе посольства России в Пхеньяне Анастасия Черницкая. – У нас есть свой медпункт, своя школа. Коллектив очень дружный, мы всегда приходим друг другу на помощь. Диппредставительства других стран, уступающие нам по численности персонала, находятся сейчас в более уязвимом положении».
«Мы, конечно, страдаем от дефицита привычных нам вещей, но с точки зрения основных продуктов питания никаких проблем нет: в нашем рационе присутствуют мясо, рыба, овощи, фрукты, хлеб, рис», – добавила собеседница.
Дипломатов, «покидающих корейскую столицу, можно понять – далеко не каждый может выдержать беспрецедентные по своей строгости тотальные ограничения, острейший дефицит необходимых товаров, в том числе лекарств, отсутствие возможности решать проблемы со здоровьем», – говорилось в сообщении, опубликованном в начале месяца на официальном сайте посольства России в КНДР.
Причины введения тотальных ограничений на днях назвал сам глава Госсовета и генсек ЦК ТПК Ким Чен Ын – и подобную откровенность также можно назвать беспрецедентной для северокорейской политики.
Как сообщило Associated Press, Ким заявил: КНДР столкнулась с «самой худшей» ситуацией из-за нескольких факторов, включая пандемию коронавируса, санкции под руководством США и сильное наводнение, которое страна пережила прошлым летом. Отметим, что официально массовых случаев COVID-19 в Северной Корее нет, благодаря тому, что руководство страны закрыло границы и еще в январе 2020 года ввело режим повышенной готовности.
AP напоминает: в 2020 году после того, как в рамках строгих мер борьбы с пандемией была закрыта граница Северной Кореи и Китая, торговый оборот между КНДР и едва ли не единственным серьезным ее экономическим партнером сократился на 80%.
Из аналитического материала, который в середине марта опубликовала правозащитная организация Human Rights Watch (HRW), следует – импорт китайских продуктов питания, средств личной гигиены, медикаментов и других товаров первой необходимости упал почти до нуля.
«Новые крайние меры, введенные правительством, могут быть попыткой вернуться к сверхжесткому контролю,
имевшему место в прошлые десятилетия, когда правительство регулировало всю информацию и распределение продуктов и материалов, запрещая при этом работу «свободного рынка», – указывала эксперт HRW Лина Юн. По данным правозащитной организации, страна вернулась к карточной системе распределения товаров первой необходимости. HRW также напоминает, что жесткое регулирование, к которому предыдущий вождь Ким Чен Ир прибегал в начале 1990-х после распада СССР, как раз и привело к массовому голоду.
Отметим, что по данным экспертов по Северной Корее, в правление Ким Чен Ына режим как раз пошел на демократизацию экономики, и ситуация в стране стала напоминать либо советский нэп, либо китайскую экономику на первых этапах реформ Дэн Сяопина.
По мнению экспертов Human Rights Watch, северокорейский режим боится попадания коронавируса в страну через некую «желтую пыль, которая проникает через китайскую границу». Действительно, еще в октябре 2020 года телевидение КНДР призывало граждан меньше выходить на улицу, когда ветер несет желтую пыль из соседнего Китая. Как поясняло Би-би-си, могли иметься в виду сезонные пыльные бури – при том, что научных данных о пыли, как о переносчике коронавируса, нет.
Полная изоляция страны фиксируется наблюдателями уже как минимум полгода. Эксперт HRW Лина Юн приводит сообщение некоего миссионера, который «тайно помогает нуждающимся в Северной Корее», сделанное им в сентябре 2020 года. «В течение почти двух месяцев в страну практически не поступает еда из Китая. Так много попрошаек в приграничных районах. Нет мыла, зубной пасты и батареек нет», – утверждал миссионер.
К слову, миссионеры из протестантских церквей (у этого направления христианства есть довольно много последователей в Южной Корее) оказались главными персонажами теории заговора, призванного объяснить закрытие границ КНДР.
«Летом 2020 года в южнокорейских СМИ появился очень любопытный слив от человека – из числа северокорейских перебежчиков на юг. Оказывается, некоторые ультраконсервативные организации перебежчиков и покрывающие их протестантские секты всерьез обсуждали то, что является террористическим актом с применением биологического оружия, – рассказал кореевед Константин Асмолов. – Планировалось забросить в Северную Корею вещи, зараженные COVID-19, для того, чтобы вызвать там эпидемию, которая спровоцирует массовые беспорядки, что приведет к смене режима, после которого последует долгожданное воссоединение Севера и Юга». Поэтому-де власти Пхеньяна и закрыли страну, чтобы избежать вспышки коронавируса.
Это не единственная история подобного рода. Так, газеты КНДР сообщали, что
«с китайской границы враги народа собирались посылать дроны со взрывчаткой, чтобы взрывать статуи Ким Ир Сена и Ким Чен Ира,
а потом выдавать это за действия христианского тайного сопротивления, которому международное сообщество должно помочь гуманитарными бомбардировками по образцу Сирии или Ливии», рассказал Асмолов.
Что, похоже, соответствует действительности, так это опасения северокорейских властей по поводу проникновения коронавируса. Власти КНДР опасаются, что вместе с импортируемыми грузами в страну может проникнуть COVID, отметил руководитель Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН Александр Жебин. «В первой половине прошлого года еще был какой-то ручеек поставок, а сейчас он почти полностью иссяк», – отметил кореевед. Кроме того, добавил Жебин, нельзя сбрасывать со счетов фактор американских санкций против КНДР. «Любая компания, которая хочет что-то поставить в КНДР, даже самые безобидные вещи, которые разрешены резолюциями Совета Безопасности ООН, начинает задумываться, а не попадет ли она под санкции, – указал эксперт. – И вместо того, чтобы совершать поставки нормальным порядком, приходится выпрашивать разрешение у комитета по санкциям при СБ ООН. А там далеко не всегда такие разрешения дают».
Еще один фактор, который упомянул Ким Чен Ын в своем заявлении – природные катаклизмы. «В августе-сентябре КНДР сильно пострадала от тайфунов, – пояснил Жебин. – Последствия стихийных бедствий усугубила нехватка сырья, материалов, техники из-за санкций. Это повлияло на то, что последняя пятилетка, закончившаяся в прошлом году, не была выполнена, о чем, кстати, прямо сказал сам Ким Чен Ын на съезде партии в январе».
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ