Болгарско-македонский вопрос многим похож на русско-украинский, в связи с чем россиянам легко поставить себя на место «братушек».
Но, если по совести, болеть в этом конфликте нужно не за них.
«Все уже украдено до нас»
Современная Болгария – чумной угол ЕС. Самое бедное государство (румыны удачно воспользовались брюссельскими деньгами и убежали вперед), самое коррумпированное (в республике уже третий месяц проходят протесты против сращивания правительства с олигархами) и с худшим в Евросоюзе индексом свободы СМИ (прессу контролируют те самые олигархи). В общем, невесело быть болгарином.
Но были когда-то и они рысаками: еще в 632 году хан Кубрат объединил разрозненные племена, создав Великую Болгарию.
Другими словами, Болгария – одно из наиболее древних государств Европы, сохранившееся до наших дней, о чем там прекрасно помнят и громко претендуют на историческое величие.
Юной, маленькой, проблемной и даже по болгарским меркам нищей Северной Македонии претендовать на историческое величие трудно, но она искренне пытается. Особенно хорошо это видно по столице – Скопье. Впервые он упоминается в источниках I века нашей эры, но почти никто и почти никогда не рассматривал этот глубоко провинциальный город как возможную столицу независимого государства, тем более после землетрясения 1963 года, уничтожившего 75% его строений.
Однако он все-таки стал государственной столицей, а Македония – единственной республикой, кто вышел из состава СФРЮ без войны. Теперь этот город заставлен сотнями памятников «великим македонцам» – и из-за этого сильно напоминает буфет старушки, коллекционирующей пылесборники.
В самом центре – статуи Александра Великого и его отца Филиппа II, то есть исторические претензии македонцев простираются даже в великую античную империю, население которой не имело никакого отношения к славянам. Из-за этого с македонцами долго вели тяжбу греки, не желающие делиться собственным наследием: в частности, перекрывали Скопье путь в ЕС и НАТО.
У болгар македонцы позаимствовали не меньше, а в некотором смысле – гораздо больше. Концепция «македонизма», исповедуемая правительством, называет македонский первым славянским государственным языком, имея в виду государство болгарского царя Самуила. При этом Болгарии по факту отказывают в роли «колыбели славянской культуры», благо изобретатель кириллицы, ученик Кирилла и Мефодия Климент Охридский жил в городе Охрид – туристической жемчужине на юго-западе современной Македонии. Разумеется, его тоже относят к македонцам, несмотря на принадлежность к Первому Болгарскому царству.
Нечто очень похожее мы наблюдаем у соседей, где древние укры вырыли Черное море, Киевскую Русь приравняли к Украине, а русских исторических деятелей от королевы Франции Анны Русской до авиаконструктора Игоря Сикорского записали в украинцев.
В России это многих раздражает, а болгары раздражены настолько, что на исторических конференциях на них бывает страшно смотреть. С точки зрения «братушек», никаких македонцев не существует (а есть только порченые, введенные в искушение болгары), как не существует и македонского языка – это один из трех вариантов болгарского.
Современную славянскую государственность со столицей в Скопье в болгарской Софии обвиняют в лучшем случае в паразитировании на национальной истории и культуре, в худшем – в этноциде болгарского населения, что проходит уже как преступление против человечности.
Кстати, к России у болгар есть похожие претензии, об этом газета ВЗГЛЯД писала ранее.
А наиболее любимый тезис болгарских радикалов тот, по которому всю македонскую нацию со всеми ее атрибутами изобрела коммунистическая диктатура. И доля правды в этом действительно есть.
Под флагом УПА*
Первые разговоры о существовании особого славянского македонского народа, отдельного от болгар, хотя и похожего на них, возникли среди местной интеллигенции во второй половине XIX века. В самом начале XX века филолог, историк и политик Крсте Мисирков создал македонский литературный язык. Но к началу Второй мировой войны подавляющее большинство славян, населявших нынешнюю Северную Македонию, называли себя либо болгарами, либо просто славянами, без изысков.
Двое из трех македонских славян были неграмотны, а соседняя Болгария, не бог весть какая богатая страна, воспринималась ими как край порядка, достатка и благоденствия. Поэтому болгарскую оккупацию многие восприняли с радостью, благо номинальным главой государства-агрессора тогда был царь Борис III – личность на Балканах популярная, почти легендарная и любимая простым народом.
Возвращение македонских, а также некоторых сербских и греческих земель было в Болгарии частью национальной идеи, что в конечном счете и привело страну к альянсу с Гитлером. Борис III неоднократно встречался с фюрером, но поклонником его идей не был, кроме того, вынужден был учитывать русофильские настроения в народе и части элит.
Как следствие, София входила в фашистский блок как бы на минималках. Например, не отправляла солдат на Восточный фронт и не вмешивалась в войну Германии с Грецией и Югославией. Точнее, не вмешивалась до тех пор, пока Белград и Афины не капитулировали, после чего болгарские войска быстро заняли интересующие их земли.
В болгарской историографии это подается как «освобождение», что имеет некоторую логику: если бы Македонию не заняли болгары, ее заняли бы немцы. Точно так же в СССР обосновывали отторжение от Польши Западной Украины и Западной Белоруссии: мол, мы свои – и берем под защиту своих.
Греков это ничуть не успокаивало, а македонцы были в целом довольны. Правда, продолжалось это всего несколько месяцев, после чего на головы болгар, к немалому их удивлению, упала дубина народной войны – и вчерашние «братушки-освободители» вдруг стали для македонцев синонимом всего самого плохого.
В Софии стеснительно объясняют перемену в македонских настроениях смертью популярного царя Бориса, но дело по большей части не в нем.
Во-первых, Македонию наводнили болгарские чиновники – наглые и коррумпированные. Они относились к местному населению с высокомерием и быстро настроили его против себя.
Во-вторых, была проведена насильственная болгаризация: в частности, все школы оперативно переводились на болгарскую языковую норму, то же касалось всех приемных мест, а за всё македонское начали стыдить и даже наказывать. Такого вмешательства в частную жизнь старожилы стерпеть не смогли, и в республике закипела партизанщина.
Что же касается коммунистов Тито, ставка на национально ориентированных македонцев в противовес гитлеровским союзникам болгарам стала для них вполне логичной, более того – привычной (точно так же в штабе Иосипа Броз Тито придумали отдельную нацию бошняков). Недовольные болгарскими хамами славяне составили основу новой власти в республике.
Что интересно, отдельный македонский проект был и у Германии. Нацистский режим не утвердил включение Македонии в состав Болгарии (протекторат Софии над этими землями рассматривался как временный) и кооперировался с ВМРО – Внутренней македонской революционной организацией, сиречь македонскими националистами. Сперва они поддерживали болгар, потом, как и прочие македонцы, в них разочаровались, и в сентябре 1944 года провозгласили Независимую республику Македонию (НРП), просуществовавшую два месяца. Для Гитлера она была рычагом влияния на Софию, чтобы та не посмела выйти из нацистского блока и перейти на сторону союзников.
Кстати, флаг ВМРО и НРП полностью идентичен флагу УПА* – Украинской повстанческой армии*.
На этом сходство с Украиной, будем считать, заканчивается. Республика Македония с македонским государственным языком – и впрямь проект коммунистов, но проект прежде всего антинацистский. А в том, что он при этом еще и антиболгарский, болгары виноваты сами.
Последнее прибежище негодяя
В июле 2020 года несколько активистов во главе с бывшим министром юстиции Христо Ивановым высадились на пляж в городе Бургас. Их оттуда быстро выпроводила охрана, на что не имела права – земли находились в госсобственности. Таким образом, экспедиция свою миссию выполнила: Иванов хотел проверить, могут ли «простые болгары» отдохнуть на пляже, если там же стоит резиденция Ахмеда Догана, бизнесмена и политика турецкого происхождения, которого называют «серым кардиналом» болгарской власти, управляющим страной на паях с премьер-министром Бойко Борисовым и олигархом-медиамагнатом Деляном Пеевски.
Эти события стали спусковым крючком для многочисленных акций протеста, в которых приняло участие до 400 тысяч граждан страны. Митинги продолжаются до сих пор, требуя отставки Борисова и генерального прокурора Ивана Гешева. По мнению оппозиции, вместе с Доганом и Пеевски они составили криминальную клику и погрузили страну в коррупционное болото.
В начале осени протестующие даже попытались взять штурмом здание парламента, в результате чего десятки человек получили ранения, а сотни попали под арест.
То есть это Майдан. В России не любят Майданы, но смотреть тут нужно не на общий фон, а на детали.
Бойко Борисов – национал-консерватор, русофоб и абсолютно проамериканский деятель, стараниями которого были похоронены российские проекты «Южного потока» и АЭС «Белене». А протестующих поддерживают социалисты, по старой памяти ориентированные на сотрудничество с Москвой, и президент Болгарии Румен Радев, которого с некоторым авансом относят к политикам пророссийским.
Впрочем, в ЕС у Борисова с некоторых пор тоже отвратительный имидж. Европейские СМИ сравнивают его правительство с мафиозным кланом и предсказывают правящей партии ГЕРБ разгромное поражение на выборах, намеченных на весну.
А пока до них есть время, Борисов пытается сделать хоть что-то: например, вернуть на свою сторону националистов, перешедших в оппозицию вопреки прежним договоренностям. Так родился меморандум, разосланный по европейским столицам, в котором София разъясняет свою позицию по македонскому вопросу: македонцев нет, македонского языка тоже нет, так что проживающим в Северной Македонии болгарам нужно «порвать с идеологическим наследием коммунистической Югославии», прежде чем вступать в ЕС.
Это пиар-акция в чистом виде. Бойко не хватит духу блокировать процесс вступления Северной Македонии в ЕС, потому как совсем не ради него эту страну ломали через колено и заставляли менять название.
Не говоря уже о том, что главный голос против расширения Евросоюза на Балканы сейчас принадлежит президенту Франции Эммануэлю Макрону – он поступает так по своим соображениям и мнением болгар интересуется вряд ли.
Отказывая целому народу в праве на существование, Борисов хочет выставить себя защитником болгарского исторического достояния от македонских «мародеров». С его точки зрения, так он меньше будет напоминать избирателям мафиозо – но, с точки зрения македонцев, мафиозо он напоминает именно сейчас.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ