Государственный совет Турции завершил слушания по вопросу возвращения музею Айя-София статуса мечети. Официально свой вердикт он объявит через 15 дней, однако, по некоторым данным, он будет положительным. Вопрос передадут на рассмотрение президента (а кто-то скажет, что султана) Турции Реджепа Эрдогана, за которым будет последнее слово. Таков вердикт одной из высших судебных инстанций страны.
Турецкая месть
Собор Святой Софии был построен при императоре Юстиниане в VI веке (тогда он назывался «Юстинианова базилика»). За более чем 14 веков существования собор видел грандиозные исторические события (именно в нем в 1054 году произошло официальное разделение церквей на Восточную и Западную), пережил три империи – Византийскую, Латинскую и Османскую. При последней он был превращен в мечеть, и лишь в 1935 году, при Ататюрке, его сделали музеем – при этом сняв наложенную при Османской империи штукатурку и вернув на свет древние византийские мозаики, которые благодаря этому сохранились на стенах. И с тех пор Айя-София – одна из главных достопримечательностей Стамбула (только в прошлом году музей посетили почти 3,7 млн человек).
Однако ряд мусульманских лидеров Турции всегда выступали за то, чтобы вернуть зданию духовное значение. «Конечно же, мы хотим, чтобы храм открыл свои двери для молящихся мусульман... Аллах желает, чтобы мы вернули Айя-Софию в ее изначальное состояние», – заявлял министр юстиции Турции Абдулхамит Гюль. Видимо, забыв о том, что а) мусульмане уже могут молиться в здании, где им отведена небольшая часть помещения и б) изначальное состояние храма – это христианский собор, построенный еще до возникновения ислама.
Среди желающих превратить бывший собор в мечеть был сам Реджеп Эрдоган, и ряд экспертов пишут, что сейчас его желание совместилось с внешнеполитической необходимостью. Турецкий президент рассматривает изменение статуса Айя-Софии как его ответ Западу, с которым у Эрдогана в последнее время дела не складываются.
В частности, таким может быть ответ Эрдогана американцам. Которые не только отказываются выполнять контракт по поставке новейших самолетов и убраться из Сирии, но и притесняют палестинцев (которых Эрдоган как самопровозглашенный протектор всех мусульман должен защищать). Так, в прошлом году турецкий президент уже говорил, что может вернуть Айя-Софии статус мечети в случае признания Трампом суверенитета Израиля над Голанами и Иерусалимом. Американский автократ суверенитет признал – и теперь турецкий султан должен держать слово.
Изменение статуса Айя-Софии – это и ответ грекам. Они смеют выставлять претензии на часть акватории Эгейского моря, а также протестовать против попыток Анкары и Триполи поделить территориальные воды в Восточном Средиземноморье таким образом, чтобы не позволить Кипру протянуть трубопроводы от потенциальных месторождений на шельфе в обход Турции.
Ответ французам, которым почему-то не нравится стремление Турции взять под контроль Ливию и контролировать ливийские углеводороды, а также приток африканских мигрантов в ЕС. Да и в целом ответ европейцам, которые не только отказываются принимать Турцию в большую европейскую семью, но и требуют от Эрдогана прекратить преследование турецкой оппозиции и вернуть в страну демократию.
Новая-старая Турция
Если следовать этой точке зрения, то с Эрдоганом можно договориться (отчасти поэтому, вероятно, оглашение вердикта Совета отложено). Однако помимо внешнеполитического аспекта в изменении статуса Айя-Софии есть и внутриполитический, который для турецкого лидера гораздо важнее.
Да, Запад призывает Турцию уважать всю историю территории, на которой она находится. «Мы призываем правительство Турции сохранить статус Айя-Софии как музея – в знак уважения к чувствам верующих и той разноплановой истории, которая в итоге сформировала нынешний облик Турецкой Республики», – заявил госсекретарь США Майк Помпео. Однако проблема в том, что Эрдогану и его избирателям не нужен этот облик турецкой республики.
Один из турецких комментаторов поста Помпео оставил очень лаконичную запись – флаг Турецкой Республики, переходящий во флаг Османской империи с надписью «долгих лет жизни». Собственно, этим и занимается Эрдоган – демонтирует основы республики, превращая страну снова в религиозно-авторитарный султанат, реинкарнацию Османской империи. И в рамках политики вполне логичны шаги по демонтажу символов светскости – например, возвращение бывшей ключевой мечети империи ее религиозного статуса.
Конечно, кто-то может заявить, что «секулярная Турция закончится тогда, когда будут рубить головы неверным на площадях, а женщинам без платка нельзя будет показаться в Стамбуле». Но, во-первых, Турция – это все-таки не Афганистан и не Саудовская Аравия, и Эрдогану не нужно отпугивать европейских бизнесменов. А что же касается платка, то он уже стал необходимым элементом дресс-кода в стамбульском избирательном штабе нынешнего президента несколько лет назад.
Собственно, Эрдоган не торопится. Исламизация общественной жизни Турции идет постепенно – шаг за шагом. Сейчас просто наступила очередь шага со Святой Софией.
Спасти может лишь Эрдоган
И не исключено, что этот шаг все-таки будет сделан. Хотя бы потому, что музей никто не может по-настоящему защитить.
Да, христианские государства против. Кто-то высказывается дипломатично (как Помпео), кто-то более резко. Министр культуры Греции Лина Мендони заявила, что изменение статуса музея «разжигает религиозный и националистический фанатизм».
Однако с юридической точки зрения у Турции в вопросе музея нет никаких обязательств перед внешними странами, поэтому в турецком МИДе утверждают, что вопрос является исключительно внутренним делом страны. И Анкара только рада демонстративно, на публику защитить этот суверенитет от внешних сил – тем более от греков. «Греция не открыла ни одну мечеть для моления в Афинах, где живут дюжины турок и мусульман – поэтому пусть она успокоится. Греция не в том положении, чтобы давать какие-то советы Турции – толерантной стране, на территории которой действует множество церквей и синагог», – пишет турецкое издание Daily Sabah.
Возможно, могли бы высказаться внутритурецкие игроки – например, лидеры христианских церквей в Турции. Однако реалии таковы, что христианские иерархи Стамбула боятся идти против Эрдогана – поэтому они заняли крайне травоядную позицию.
«Ну что я могу сказать как христианский священник и греческий патриарх Стамбула? Вместо того, чтобы нас объединять, наследие возрастом полторы тысячи лет нас разъединяет. Я опечален и потрясен», – заявил патриарх Варфоломей, еще недавно с таким усердием вносивший раскол в православие через признание секты под названием «Православная церковь Украины».
А глава Константинопольского патриархата Армянской апостольской церкви Саак Второй так и вовсе полностью поддержал идею Эрдогана. Он лишь смиренно попросил его о выделении в будущей мечети места для моления христиан – как своего рода демонстрации единства верующих (любопытно, как он себе представляет моление христиан в мечети).
«Продать» отказ от изменения статуса Айя-Софии Западу Эрдоган вряд ли сможет – не такой уж это и важный вопрос для давно потерявших морально-нравственные ориентиры и ценности христианской культуры западных лидеров. Поэтому единственным шансом музея сохраниться именно как музей (а значит, и спасти свои христианские мозаики и изображения, которых однозначно не должно быть в мечети) может стать желание Эрдогана показать себя как великодушного президента, человека мира и современного по духу лидера, уважающего толерантность и культурное многообразие. Есть ли на это шанс – мы узнаем уже в ближайшие дни.