Президент Сербии Александр Вучич – признанный мастер сидения на двух стульях. Обычно такая формулировка является формой критики за двуличность и непоследовательность, но в случае Вучича это почти комплимент – он действительно неординарный, талантливый, очень хитрый политик. Поэтому-то ему и удается эдакая эквилибристика с мебелью.
Двадцать один год назад тогда еще тридцатилетний Вучич занимал пост министра информации Сербии – другими словами, отвечал за государственную пропаганду в период косовской войны и бомбардировок НАТО. Тогда он прославился, помимо прочего, цензурой, угрозами и жесткими штрафными санкциями в отношении журналистов, но был вполне одиозен и прежде – как генеральный секретарь Сербской радикальной партии Воислава Шешеля, которую относили к ультранационалистическим, и в общем-то за дело.
Считается, что однажды Вучич пообещал убивать по сто мусульман за одного серба, а случилось это примерно тогда же, когда и резня в Сребренице.
Неудивительно, что он ходил под санкциями Евросоюза даже после падения Слободана Милошевича, но впоследствии получил второе политическое рождение, поучаствовав в расколе радикалов. Обновленные националисты назвались Сербской прогрессивной партией и выступали за членство страны в ЕС по экономическим и географическим причинам, но в остальном играли на тех же струнах сербской души: патриотизм, православие, память предков, особые отношения с Россией.
Так пресловутые стулья были презентованы впервые – и этот трюк до сих пор работает, «прогрессисты» находятся у власти с 2012 года. Можно даже сказать, что Сербией правит почти та же коалиция, что и в период бомбардировок Белграда: младший партнер «прогрессистов» – социалисты, которых прежде возглавлял Милошевич, а теперь возглавляет его бывший пресс-секретарь Ивица Дачич, по совместительству вице-премьер и министр иностранных дел Сербии.
В начале «нулевых» про таких людей, как Вучич и Дачич, в ЕС говорили, что по ним Гаага плачет. А теперь их политический союз переутверждает премьер-министром Сербии Ану Брнабич, которую в период своей молодости оба однозначно оценили бы как вражину и наверняка призвали бы выслать ее из страны.
Дело даже не в том, что образование она получила в Америке и Великобритании, а после работала на родине по линии специальных программ Евросоюза и США. Все гораздо сложнее: среди мест работы Брнабич Агентство США по международному развитию (один из инструментов влияния Госдепа), чья деятельность в России была свернута в 2012 году. Кроме того, она была членом так называемой Трехсторонней комиссии – транснационального мозгового центра, учредителем и первым президентом которого стал Дэвид Рокфеллер.
Ко всему этому есть еще и «во-вторых»: Анна Брнабич открытая лесбиянка. Ее партнер – доктор Милица Джурджич – в прошлом году родила ребенка, зачатого с помощью искусственного оплодотворения.
В общем, времена меняются. Первая попытка провести в Белграде гей-парад была предпринята в 2001 году, и тогда его организаторов избили радикалы при попустительстве полиции. Десять лет спустя об этом была снята яркая трагикомедия «Парад», заканчивающаяся титром, что представители ЛГБТ в Сербии по-прежнему подвергаются нападениям экстремистов. Между выходом этого фильма и утверждением Брнабич премьером прошло всего пять лет.
А две недели назад она провозгласила «новую эру» в отношениях между Сербией и США. «Я не могу вспомнить настолько близких отношений между нашими странами», – заявила премьер-министр после переговоров с действительно внушительной американской делегацией, каких в стране раньше не видели.
Остается добавить, что Сербия – парламентская республика, где основные властные полномочия принадлежат не президенту (то есть Вучичу), а председателю правительства (то есть Брнабич). Или же Госдепу, Рокфеллеру, ЛГБТ-лобби – нужное подчеркнуть.
Если смотреть на ситуацию сугубо формально, ничего противоестественного не происходит. Триумфально выиграв выборы в июне, правящая коалиция назначила премьером человека, политика правительства которого привела эту коалицию к победе. Но перечисленные выше частности производят впечатление, будто на глазах бывшей команды Милошевича Сербию окончательно захватили американские агенты влияния, и теперь остается ждать разве что вступления Белграда в НАТО – к этому его подталкивают пока тактично, но с каждым годом все более настойчиво.
В реальности этого, скорее всего, не случится, по крайней мере в среднесрочной перспективе. А отношения Сербии и России не изменятся, как не изменились они в 2017-м после первого утверждения Брнабич премьером. «Лакмусовой бумажкой» в данном случае должно послужить переназначение (весьма вероятное) министром обороны Александра Вулина, которого относят к «русофилам» в сербской элите (кому еще перевооружать сербское войско, как не русофилам).
Вся эта странная, в чем-то даже вызывающая кадровая политика объясняется тем, что Вучич, как уже было отмечено выше, политик неординарный и хитрый. А Брнабич во главе правительства для него удобна как никто другой, причем сразу по нескольким причинам.
За двадцать лет без войны Сербия, конечно, изменилась, но особенности биографии Брнабич по-прежнему ставят крест на ее личных политических амбициях. Они делают ее полностью зависимой от Вучича с его церемониальными полномочиями и не позволяют обрести собственную роль. Без президента и его партии (в которую Брнабич, кстати, вступила только в прошлом году) она ничего не может – и президента это в ней полностью устраивает, наряду с профессионализмом и высокой, как утверждают, работоспособностью.
Кроме того, Вучич очевидно рассчитывал на то, что фигура Брнабич во главе правительства позволит «сломать шаблоны» Западу и серьезно повлияет на имидж как его самого, так и Сербии в целом.
Этот имидж действительно нужно корректировать: в свое время лоббисты вмешательства США в ЕС в балканские войны немало вложились в антисербскую пропаганду, в результате чего целый народ стал ассоциироваться с убийцами, радикальными националистами и религиозными экстремистами. С людьми типа Брнабич подобное не сочетается примерно никак, поэтому в общественных настроениях Запада должен наступить слом: так, по крайней мере, ситуация выглядит в глазах тех, кто посоветовал Вучичу сделать премьером лесбиянку из организации Рокфеллера.
Что же касается «новой эры» в отношениях с США, у Белграда с Вашингтоном сейчас действительно наступил «медовый месяц». Вызвано это тем, что Трамп от предвыборных щедрот навязал сербам и косоварам соглашение, выгодное исключительно сербам: оно откатывает ситуацию в крае на полтора года назад и временно снимает для Сербии пару болезненных вопросов.
Но нужно быть очень большим оптимистом или совсем не знать косовских албанцев, чтобы считать, что этот неожиданный подарок от США будет иметь ценность сколь-либо долго. Скорее всего, уже скоро ситуация в крае вернется на круги своя – к хроническому кризису. А если вдруг нет, и от лидера Сербии потребуют за это платы более значительной, чем назначение «классово близкой» Западу, но подконтрольной лично ему премьерши, нас ждет еще более увлекательный аттракцион, в рамках которого количество стульев под маэстро Вучичем будет увеличиваться в арифметической прогрессии.
Кажется, что его рекорды еще впереди.