О начале переговоров между Ираном и Ираком по восстановлению нефтепровода Киркук – Баниас сообщил иракский телеканал al-Sumaria. Главный довод в пользу этого проекта – необходимость уклониться от американских санкций и не задействовать Ормузский пролив, так как в случае военных столкновений между США и их союзниками с одной стороны и Ираном с другой, он может быть закрыт.
Историческая «труба»
За последний год иранские власти уже не раз заявляли о готовности перекрыть пролив, а последние инциденты в Персидском заливе привели к резкому росту цен на страхование нефтетанкеров. В конце июля, например, появилась информация, что для японских судовладельцев ставка подскочила в десять раз.
Впрочем, перекрытие Ормузского пролива – любимая угроза Ирана, которую он пускает в ход со времен войны с Ираком 1980-х годов, когда, собственно, и прекратилось использование трубопроводного маршрута Киркук – Баниас. А появился он вскоре после Второй мировой войны, когда западные державы выстраивали новую систему контроля над Ближним Востоком взамен умирающего колониализма. Трубопровод, проложенный британской ВР по территории двух государств, оказался отличным инструментом для политики в духе «разделяй и властвуй».
Наиболее уязвимым звеном на маршруте нефтепровода был Ирак. Как пишет в своей книге «Углеродная демократия» англо-американский исследователь Тимоти Митчелл, подавляющая часть иракской нефти в то время экспортировалась именно по трубопроводу, идущему через Сирию в Средиземноморье, поэтому Багдад не контролировал конечный пункт отгрузки своей нефти. На средиземноморском конце трубопровода – в сирийском городе Хомс и ливанском Дейр-Аммаре – находились и основные заводы, занимавшиеся переработкой этой нефти, так что у Ирака не было и независимых возможностей для перегонки черного золота на экспорт.
Поэтому после того, как в Ираке в 1958 году была свергнута пробританская монархия, нефтепровод быстро стал рычагом давления на республиканские власти страны. Например, в 1966–1967 годах, когда «труба» была перекрыта на протяжении пяти месяцев, нефтяные доходы Ирака сразу же обрушились на две трети. Но такие меры лишь ускорили разработку новых месторождений и национализацию нефтяной отрасли.
В 1972 году Ирак стал первым ближневосточным производителем нефти, которому удалось отобрать контроль над ней у англо-американского картеля.
В 2000 году власти Ирака решили перезапустить трубопровод Киркук – Баниас, который к тому времени не функционировал почти два десятилетия, однако проработал он всего три года – до вторжения в Ирак войск США и их союзников.
В 2008 году вице-президент Ирака Тарик Аль-Хашими заявил о необходимости скорейшего восстановления нефтепровода Киркук – Банияс с ответвлением до ливанского Триполи, что принесло бы выгоду не только Ираку, но также Сирии и Ливану. Одним из претендентов на право выступать подрядчиком по этому проекту выступала российская компания «Стройтрансгаз». Однако эти планы реализованы не были, а в 2014 году за Киркук начались боевые действия между курдским ополчением и боевиками «Исламского государства*» (организация, запрещенная в России).
Лишь осенью 2017 года Киркук вернулся под контроль иракского правительства, после чего вопрос о восстановлении трубопровода до Сирии возник вновь. Кроме того, власти Ирака распорядились восстановить нефтепровод для поставок нефти из Киркука в турецкий город Джейхан в обход территории Иракского Курдистана, в состав которого провинция Киркук не вошла. Тогда же предложение включиться в разработку нефтяных месторождений вокруг Киркука было сделано британской ВР.
Вскоре после возвращения Киркука под юрисдикцию Багдада, в этом регионе обозначил свои интересы Иран. В ноябре 2017 года Исламская республика подписала предварительное соглашение с Ираком о поставках нефти из Киркука в объеме 30-60 тысяч баррелей в сутки для переработки на НПЗ в иранском Керманшахе в 330 километрах от Киркука. Первоначально нефть в Иран предполагалось возить автомобильным транспортом, но в дальнейшем была запланирована прокладка трубопровода. Тем самым Иран получил бы и возможность транзита своей нефти в западном направлении.
Тысяча долларов за баррель
Для Ирана вопрос сухопутного углеводородного коридора в Средиземноморье давно является архиважным, отмечает политолог, преподаватель Финансового университета при правительстве РФ Леонид Крутаков. Он напоминает, что гражданская война в Сирии началась вскоре после того, как в июле 2011 года Иран, Ирак и Сирия подписали меморандум по строительству газопровода с иранского месторождения Южный Парс в Европу. Мощность этого проекта с рабочим названием «Исламская магистраль» и стоимостью порядка 10 млрд долларов была обозначена в 110 млн кубометров газа в сутки, а запустить его в эксплуатацию планировалось в 2014-2016 годах.
Этот маршрут, говорит Крутаков, позволил бы Европе обойтись без сжиженного газа, который лоббируют на европейском рынке США. Однако из-за войны в Сирии планы строительства «Исламской магистрали» реализованы не были. Примерно тогда же обсуждались и перспективы маршрута Киркук – Баниас, но после обострения обстановки в Сирии и на севере Ирака эти переговоры были отложены.
Поставки нефти с месторождений провинции Киркук в Иран начались в июне прошлого года. Тогда же официальный представитель министерства нефти Ирака Ахмед Джихад подтвердил намерения в будущем проложить трубопровод мощностью 250 тысяч баррелей в сутки с месторождений Киркука до иранской границы. А в августе прошлого года иракский телеканал al-Sumaria сообщил о том, что Иран вновь предлагает восстановить трубопроводный маршрут Киркук – Баниас. Незадолго до этого иранские власти сделали серию заявлений о готовности перекрыть Ормузский пролив, если США продолжат свое санкционное давление.
Действия и высказывания Дональда Трампа могут привести к тому, что цены на нефть подскочат до 100 долларов за баррель, заявил тогда представитель Ирана в ОПЕК Хоссейн Каземпур Ардебили. Есть и более радикальные оценки возможных последствий перекрытия Ормузского пролива.
Если иранцы сделают это, 22% мировых поставок нефти будет заблокировано и в результате цена на нефть вырастет до 500–1000 долларов за баррель, заявил на днях глава американской нефтесервисной компании Genoil Дэвид Лифшульц.
По его мнению, это может привести к краху всей мировой экономики, поскольку такие выпадающие объемы нефти просто невозможно компенсировать. Это, приводит Лифшульц слова одного из инвестиционных банкиров, способно вызвать крах на рынке деривативов (производных финансовых инструментов) в объеме 1,2 квадриллиона (единица и 15 нулей) долларов, что будет сопоставимо с черным четвергом 24 октября 1929 года, который спровоцировал Великую депрессию.
«На ланче в Гарвардском клубе генерал Барри МакКеффри сообщил мне, что американский флот не сможет удержать Ормузский пролив открытым, поскольку он неспособен обеспечить для этого достаточную военную силу. В случае войны с Ираном флот должен будет немедленно покинуть эту зону или же окажется под угрозой полного уничтожения», – утверждает Лифшульц.
Вряд ли намерение Ирана наладить трубопроводный маршрут из Ирака в Сирию подтолкнет американцев к вторжению в Исламскую республику, однако эти планы сильно повышают ставки в сирийской игре, считает Леонид Крутаков. «Труба» Киркук – Баниас является одним из важных элементов в трубопроводной интеграции Евразии, которая приведет к созданию независимой от США системы поставки энергоресурсов в Европу.
«Сложно сказать, в каком сейчас состоянии находится нефтепровод, но перезапустить такой объект в любом случае гораздо проще, чем построить заново. Если это не попытка спровоцировать США на определенные действия, то проект выглядит вполне реалистично. Покупатели нефти в Европе найдутся. Нефть по-прежнему остается локомотивом современной экономики, что бы ни рассказывали об альтернативных источниках энергии», – утверждает эксперт.
В прошлом году, когда появилась первая информация о планах Ирана возродить маршрут Киркук – Баниас, объем прокачки нефти по нему обозначался в 1,25 млн баррелей в сутки. Это вчетверо больше, чем транспортировалось в 2000–2003 годах, но лишь небольшая часть того нефтяного трафика, который ежедневно проходит через Ормузский пролив (более 17 млн баррелей).
Однако Киркук – Баниас не единственная альтернатива главному нефтяному маршруту на Ближнем Востоке. Еще в ноябре прошлого года, к примеру, стало известно, что мощность нефтепровода, ведущего из Киркука в турецкий порт Джейхан, после модернизации была расширена с 700 тысяч до одного млн баррелей в сутки. Кроме того, в 2021 году Иран планирует завершить строительство нефтепровода пропускной способностью до одного млн баррелей в сутки, конечной точкой которого будет Оманский залив, то есть новая иранская «труба» позволит миновать Ормузский пролив.
В восстановлении маршрута Киркук – Баниас может принять участие и Россия. В январе «Роснефть» подписала с министерством энергетики и водных ресурсов Ливана соглашение, по которому российская компания получила в операционное управление терминал по хранению нефтепродуктов в средиземноморском порту Триполи. Как сообщил тогда и. о. министра энергетики и водных ресурсов Ливана Сезар Абу Халил, объемы хранилища будут увеличены до 450 тысяч тонн, а затем до полутора-двух млн тонн.
Это расширение мощностей Ливану нужно в связи с планами осваивать месторождения углеводородов на шельфовых блоках, но в то же время, добавил Сезар Абу Халил, ливанское правительство рассчитывает, что в перспективе будет восстановлен нефтепровод Киркук – Баниас, связанный с портом Триполи. Уже в апреле спикер парламента Ливана Набих Берри сообщил о том, что с Ираком ведутся переговоры о восстановлении трубопровода. Наконец, в начале июля Иран, Сирия и Ирак договорились о создании мультимодального транспортного коридора в рамках расширения взаимных торговых отношений – еще один признак того, что эти страны возвращаются к замыслам, прерванным войной.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ