Выступая на «Территории смыслов», министр иностранных дел отвечал на разные вопросы. В том числе и о «стратегии урегулирования вопроса с японскими претензиями на Южные Курилы». Вскоре СМИ запестрели заголовками про якобы названные министром условия передачи островов Японии. А спустя еще несколько часов российский МИД заявил о том, что подобные утверждения являются дезинформацией:
«Удивлены нечистоплотной интерпретацией, которую позволил ряд СМИ, слов С.В. Лаврова, повторяющих российскую официальную позицию по выработке мирного договора с Японией.
Обращаем внимание на то, что любые спекуляции в духе «Сергей Лавров озвучил условия передачи островов Японии» недопустимы и являются дезинформацией».
Далее в сообщении МИДа упоминаются переговоры и встречи представителей двух МИДов в этом году, посвященные проблеме мирного договора, и подчеркивается:
«Российская сторона твердо придерживается позиции, что продвижение в данном вопросе возможно лишь при условии признания японской стороной в полном объеме итогов Второй мировой войны, закрепленных в том числе в ст. 107 Устава ООН, и учета наших принципиальных подходов в военно-политической сфере. Именно об этом и говорил Сергей Лавров, отвечая на соответствующий вопрос».
На самом деле, министр действительно говорил о «передаче островов». Но вот только смысл его высказываний журналисты передали не совсем корректно. То есть по форме, лексически, написавшие так СМИ – правы: упоминал Лавров передачу, говорил об ее условиях, значит можно ставить такой заголовок. Но по сути сказанного Лавровым, подобная подача, конечно, может быть названа дезинформацией и спекуляцией. И вот почему.
Во-первых, потому что ставит в центр всего вопрос передачи островов. А его не существует в отдельности от заключения мирного договора с Японией. Для российского руководства нет проблемы Хабомаи и Шикотана, как нет и вопроса о территориальных уступках Японии. Хотя именно эту тему активно разыгрывают как противники власти, так и просто желтые СМИ. Кроме того, многие вообще не вдаются в детали и считают, что под обсуждаемыми Москвой и Токио «Южными Курилами» подразумеваются все четыре острова: Итуруп, Кунашир, Хабомаи и Шикотан. Между тем речь идет только о двух последних, представляющих существенно меньшую и стратегически незначимую часть всей группы. Даже Япония, формально претендующая на все четыре острова, не имеет никаких иллюзий насчет «возврата» Итурупа и Кунашира.
Спор с японцами идет не о них, а о признании Токио нынешнего статуса всех островов. Без чего невозможно подойти к подписанию мирного договора. Собственно говоря, именно об этом и высказался Сергей Лавров, объясняя молодому человеку из Сахалинской области российскую «стратегию урегулирования японских претензий» (так это сформулировал сам спрашивающий).
Лавров начал с того, что напомнил о том, что Россия является государством – продолжателем Советского Союза:
«Все обязательства Советского Союза мы подтвердили и готовы выполнять. В том числе Декларацию правительств Японии и Советского Союза 1956 года, в которой четко было сказано, что Россия и Япония больше не воюют друг с другом... В статье 9-й этой Декларации сказано, что исходя из доброжелательного отношения к Японии, учитывая интересы японского народа, Советский Союз готов после заключения мирного договора передать Японии острова Хабомаи и Шикотан в качестве жеста мирной воли. Именно после заключения мирного договора.
После исчезновения СССР Россия подтвердила это обязательство. И потом эта тема обсуждалась с премьер-министрами, которые сменялись в Японии. Последний раз, пару лет назад, Владимир Путин и Синдзо Абэ договорились активизировать переговоры по мирному договору на основе Декларации 1956 года. Которая гласит – сначала подписание договора, а затем рассмотрение вопроса не о возвращении, а о передаче в духе доброй воли двух островов».
Вот что дало возможность появиться заголовкам о передаче. Действительно, после заключения мирного договора Россия готова передать два острова Японии. Это неоднократно подтверждал Сергей Лавров. А Владимир Путин не так давно сделал еще и уточнение – надо, дескать, еще будет понять, что имеется в виду под передачей, в какой форме она будет осуществляться. То есть даже тут Россия оставляет себе свободу действий, как минимум до момента подписания договора. А вот с ним самая большая загвоздка. Потому что Япония не хочет признавать итоги Второй мировой войны и вытекающий из них суверенитет нашей страны над всеми Южными Курилами. Россия предлагает: сначала признайте суверенитет, потом мы подпишем договор, а потом вы получите два острова. Об этом и говорил Сергей Лавров:
«Мы при этом исходим из того, что подписание мирного договора должно быть нацелено на констатацию тех реалий, которые сложились после Второй мировой войны, на признание ее итогов. В соответствии с которыми острова Южной Курильской гряды, все четыре острова, являются территорией Российской Федерации.
И наши японские коллеги здесь никак не могут изменить свою позицию – они говорят, что не согласны с итогами Второй мировой войны в той части, что касается их и нас. Это противоречит Уставу ООН, в котором записано, что все, что было сделано державами-победительницами по итогам войны пересмотру не подлежит. Вот собственно и все. И пока что все упирается в нежелание наших японских коллег признать итоги Второй мировой войны, тем самым препятствуя подписанию мирного договора».
Признание Японией российского суверенитета над всеми четырьмя островами открыло бы путь к мирному договору и последующей передаче двух островов. Но Абэ никак не решится сломать жесткие рамки «курильской клетки», в которой оказалась Япония. Этому есть как внутриполитические, так и внешнеполитические причины – японское общество десятилетиями настраивали на невозможности отказа от требования возврата всех «северных территорий». Да и зависимость от США хоть и ослабла, но продолжает оставаться важнейшим фактором японской геополитики.
При этом общий настрой Сергея Лаврова не пессимистический – все-таки Абэ очень хочет заключить договор в оставшиеся у него два года премьерства:
«Я не думаю, что ситуация тупиковая, мы руководствуемся поручениями, которые нам дает президент по итогам своих переговоров с японским премьер-министром. Поручения нацеливают нас на продолжение развития отношений с Японией во всех областях».
Действительно, Россия искренне хочет улучшить отношения с Японией по всем направлениям – от экономического до политического. Собственно говоря, сама наша готовность пойти на заключение мирного договора спустя три четверти века, прошедшие после войны, связана как раз с тем, что мы хотим выстраивать стратегические отношения со своим соседом. Ради этого мы готовы урегулировать столь болезненный для японцев территориальный вопрос, как это хотели сделать и руководители СССР еще в середине 50-х годов. И он мог быть решен уже тогда, если бы США не помешали самостоятельной политике японских властей, не стали бы ставить им ультиматумы и в итоге в 1960 году не сорвали бы возможность заключения советско-японского договора.
И сейчас для заключения договора главным препятствием является на самом деле не только нежелание Японии признать российский суверенитет над островами, но и невозможность ослабить узы зависимости от США (хотя именно это и является одним из главных мотивов Абэ в его стремлении заключить договор с Путиным). Лавров напомнил сегодня и об этом:
«Мы хотим хороших отношений с нашим японским соседом, для этого нам нужно понять, готова ли Япония признать итоги Второй мировой войны... Во-вторых, нам нужно понять, насколько Япония будет самостоятельна в вопросах внешней политики и в решении вопросов безопасности, учитывая сильнейшую зависимость Токио от Вашингтона в связи с договором о военно-политическом союзе 1960 года, который воплощен уже в материальном и очень глубоком присутствии США на японских островах.
Мы не можем закрывать глаза на то, что по всем тем вопросам, которые носят принципиальный характер и вызывают противоречие в ООН, Япония голосует с Соединенными Штатами против РФ, и, конечно, не можем закрывать глаза на то, что Япония присоединилась, пусть и в усеченном варианте, к неправомерным, нелегитимным односторонним санкциям, которые были наложены Западом на Российскую Федерацию, прежде всего за то, что мы защитили наших соотечественников в Крыму».
То есть список условий для заключения мирного договора более чем серьезен. Россия хочет заключить договор с суверенной Японией, так как мы сможем выстраивать долгосрочные стратегические экономические и политические отношения только с самостоятельным государством. Но при этом и сам российско-японский договор является для Токио инструментом достижения большего суверенитета, большей самостоятельности, так желанной не только Синдзо Абэ.
Вот та настоящая цена, которую Россия просит за два острова.