Дмитрий Тымчук стал широко известен в первые месяцы конфликта в Донбассе, когда с маниакальным упорством повторял в своем блоге одну и ту же фразу – «Потерь нет», имея в виду потери с украинской стороны (которые на самом деле были). В итоге эта фраза намертво к нему прицепилась, став чем-то вроде прозвища.
Коллега Тымчука, еще один депутат и пропагандист Антон Геращенко заявляет, что Тымчук погиб у себя дома, когда чистил наградной пистолет. На выстрел прибежала жена, вызвала скорую, но подполковник скончался до ее приезда. Других свидетелей в этом деле пока нет.
Поверили в эту версию далеко не все. Блогер Анатолий Шарий вообще предложил «подождать до вечера», поскольку иногда украинские пропагандисты воскресают (имелся в виду «эпизод с Бабченко»).
В свою очередь представители киевской полиции на специальной пресс-конференции заявили, что рассматриваются три версии происшедшего: убийство, самоубийство и неосторожное обращение с оружием. Есть данные, что рядом с телом Тымчука действительно были обнаружены пистолет ПМ и приспособления для чистки. Но нужно быть весьма и весьма странным человеком, чтобы чистить заряженный пистолет.
Оружие принято сперва разбирать, а потом уже чистить. Даже если предположить, что Тымчук почему-то забыл вытащить магазин, а в стволе остался патрон, отодвигать в сторону скобу и снимать затвор логичнее и удобнее, направляя ствол от себя.
Пропагандистскую деятельность Тымчука можно оценивать как угодно (и мы имеем право ее оценивать), но считать его полным идиотом в вопросе обращения с оружием нельзя – он рядом с оружием вырос, в буквальном смысле слова.
Тымчук родился в Чите в семье советского офицера, затем жил в ГДР, где служил его отец, и лишь подростком попал на Украину, в Бердичев. Учился он, согласно отрывочным данным, в легендарном Львовском высшем военно-политическом училище (ЛВВКУ), готовившем военных журналистов и специалистов по пропаганде. Возможно, он его не окончил, поскольку ЛВВКУ было расформировано в 1993-м, а в документах Тымчука в качестве года окончания училища указывается 1995-й.
Стоит отметить, что с годами уровень «материала», выпускаемого ЛВВКУ, неуклонно падал, хотя в советское время оно считалось одним из наиболее престижных военных учебных заведений. Его выпускники успешно делали карьеру не только в военных СМИ, но и в политике, науке и общегуманитарной сфере. Но со временем ЛВВКУ стало поставлять на этот же рынок «третьесортный материал» с завышенным самомнением и огромными амбициями.
Всю жизнь Тымчук работал в военных СМИ Украины и различных подразделениях местного министерства обороны. Ему доверяли как пропагандисту – и он освещал жизнь и деятельность украинских миротворческих контингентов в Боснии, Косово, Ливане, Ираке. С началом войны в Донбассе именно Тымчук, наряду с Геращенко и Андреем Тетеруком, превратился в главного пропагандиста ВСУ и постепенно перешел в разряд опасных клоунов, которые на фоне политического и милитаристского балагана удачно эксплуатируют особую нишу по созданию фейков и убежденному именованию черного белым – и наоборот.
Тымчук творчески подходил к своей деятельности. Иногда бывает недостаточно с каменным лицом сказать «потерь нет», особенно если Сеть заполнена многочисленными фото и видео, на которых запечатлены солдатские трупы. Приходится работать на опережение.
Например, в октябре прошлого года Тымчук заявил, что на заседании Совбеза РФ было принято решение послать в Киево-Печерскую и Святогорскую лавры отряды спецназа ГРУ. «Владимир Путин приказал руководству силовых ведомств РФ «гарантировать безопасность наших митрополитов при любом развитии событий», путем размещения в важнейших монастырях так называемой УПЦ МП групп спецназа ГУ ГШ ВС РФ (ГРУ) под прикрытием», – написал он в Фейсбуке.
«Под прикрытием» – это, видимо, переодетые в старцев.
Более того, по версии Тымчука, Россия проводила специальную подготовку «церковного спецназа» в районе Новоафонского монастыря в Абхазии.
Подобной ереси за последние пять лет он нагородил вагон и маленькую тележку. Все это даже как-то неудобно перечислять и пересказывать, слишком уж широк на Украине социальный пласт тех, кто во все эти «церковные спецназы», «российское вторжение с трех сторон» и «потерь нет» не просто верит, а буквально нуждается в такого рода информационном наркотике. Так что Тымчук, Геращенко и Тетерук были, что называется, людьми на своем месте.
Другое дело, что все это быстро перешло границы объяснимого. Христианам не к лицу рассуждать о карме, но она чернела буквально на глазах, поскольку работа пропагандиста Дмитрия «Потерь нет» Тымчука превратилась в квинтэссенцию животной ненависти ко всему русскому. Не только он, а практически все украинские пропагандисты быстро сбились на «шакалий язык», но Тымчук, как «лицо ВСУ» с его «Информационным сопротивлением», был на виду больше остальных, ведь общий уровень украинских СМИ так и остался глубоко провинциальным, мы его не замечаем – за ненадобностью.
«Который год с периодичностью два-три месяца мне снится один и тот же сон, – писал Тымчук два года назад. – Я убиваю Путина. В упор. Глядя в эти бесцветные, полные пустоты глазенки. Из сраного ПМ. Я просыпаюсь без сожаления. Я не думаю, что это ненависть. Это – Справедливость».
Трудно представить себе какую-либо другую страну в Европе, где такого рода «сны» вызывали бы аплодисменты. Но современная Украина из таких. Но дело даже не в странности самого «сна», а в общем эмоциональном фоне подобных высказываний. Человек рассуждает об убийстве и смерти с явным удовольствием и наслаждением. Такие игры с вечностью ни к чему хорошему не приводят.
В одном Тымчук был прав. Справедливость, как и Божья воля, незримо присутствует рядом с нами. Просто никто не знает – где именно. Бывает, что и в наградном ПМ.