В течение нескольких лет политологи, журналисты и научные сотрудники пытаются понять, что же такое «доктрина Трампа», чей весьма неоднородный подход к внешней политике с трудом укладывается в привычные рамки. На этом фоне торгово-информационные баталии между Китаем и США дополнились новым аспектом: столкновением цивилизаций с расистским подтекстом. Г-жа Кирон Скиннер, высокопоставленный чиновник Белого дома, дала комментарий, не только потрясший как политкорректные элиты в самих США, так и международных наблюдателей, но и позволивший точнее понять суть внешнеполитического подхода американской администрации.
Выступая на полях недавно закончившегося форума «Безопасность будущего – 2019» (Вашингтон), Скиннер охарактеризовала геополитическую конкуренцию Китая и США в качестве «острого столкновения цивилизаций». По ее словам, «США никогда не вели такой борьбы прежде».
«Впервые нашим конкурентом является великая держава, представляющая небелую расу», – уточнила американка. Скиннер ясно дала понять, кого администрация Трампа видит в качестве главного врага. Но несколько ее фраз немедленно стали вирусными, открыв нам мировоззрение действующего главы Белого дома и его советников в сфере международных отношений: великие державы сотрудничают или конфликтуют на основании своей культуры и расовой идентичности.
Не следует дезавуировать слова Скиннер как случайную оговорку не самого видного члена команды Трампа. Напротив, Кирон Скиннер возглавляет отдел политического планирования Госдепа. Будучи доктором философии Гарвардского университета, она является одним из ведущих специалистов по наследию президента Рейгана, автором ряда весомых научных публикаций. В действительности ее пост – одна из самых престижных должностей в федеральном правительстве США, которую до нее занимали такие выдающиеся американские деятели, как Джордж Кеннан и Уолт Ростоу.
На сторону Скиннер немедленно встали консервативные авторы и политологи из целого ряда изданий: Washington Examiner, American Spectator, Washington Free Beacon и др. Общий рефрен их статей и выступлений был следующим: Скиннер выполняет важную функцию в механизме внешнеполитического ведомства, работая с госсекретарем Майком Помпео и переводя внешнеполитические аксиомы президента Трампа в дипломатическую повестку дня; она просто озвучила то, что все и так давно знают: Китай – неевропеоидная цивилизация, с иной идеологией и жизненными установками. Справедливости ради, отметим, что большая часть американской прессы и экспертного сообщества осудили данный подход.
Очевидно, что неосторожными словами американской чиновницы не мог не воспользоваться официальный Пекин. Медиакорпорация Китая обвинила Скиннер в неуважении к цивилизационным ценностям и дискриминационным выводам о сути китайско-американских отношений. По мнению китайской стороны, высказывание Скиннер означает, что для Вашингтона борьба СССР и США велась между представителями белой расы, а противостояние Китая и США подается как борьба небелой и белой рас, что является, по сути, выходом за флажки, на «минное поле американской политики».
Расистская оценка природы «китайской угрозы» покоробила даже австралийцев, которые давно рассматривают Китай в качестве потенциально враждебной силы. По сообщению Австралийской радиовещательной корпорации, несколько пожелавших остаться анонимными чиновников правительства Австралии высказали обеспокоенность замечаниями Скиннер: «Это именно тот тип фальсификаций, который играет на руку китайским коммунистам. Мы не будем использовать подобный язык ни при каких обстоятельствах».
Кирон Скиннер во многом возглавляет усилия по разработке нового подхода США к китайско-американским отношениям.
Она делает это в контексте знаменитой статьи «Истоки советского поведения» (другое название «Статья X») уже упомянутого Джорджа Кеннана, восьмого посла США в СССР, одного из архитекторов холодной войны, изложившего в 1947 году стратегию сдерживания, ставшую краеугольным камнем подхода США к взаимоотношениям с Советским Союзом в послевоенный период.
В ходе своего выступления на форуме Скиннер упоминала «Статью Х» и дала понять, что ее задача сложней, чем у Кеннана. Дело в том, что Советская Россия опиралась на марксизм и являлась неотъемлемой частью западной цивилизации, а значит, на Москву могли повлиять призывы к общим ценностям. Например, в области прав человека, что и вылилось в подписание Хельсинского заключительного акта в 1975 году. На этот раз на месте СССР в качестве главной угрозы Вашингтон видит Китай, рассматривая его как нечто противоположное по духу западной культуре и философии, а значит, уникальную и беспрецедентную опасность в силу его идеологии, истории и расы. «Это действительно борьба с другой цивилизацией и другой идеологией», – подчеркнула Скиннер.
Откуда появляются подобные установки в головах не рядовых, высокообразованных американских чиновников? Тем более что в устах афроамериканки Скиннер слова про противостояние белой и небелой рас звучат особенно интригующе.
Уже долгие годы настольной книгой многих американских политиков и дипломатов является сочинение всемирно известного футуролога и социолога Сэмюэла Хантингтона «Столкновение цивилизаций» (1996), чьи изначальные постулаты были первоначально опубликованы за несколько лет до этого в виде одноименной статьи в ведущем внешнеполитическом издании Foreign Affairs. Свою книгу Хантингтон посвятил концепции этнокультурного разделения цивилизаций. По мысли автора, войны будущего будут вестись не между странами, но между культурами. Хантингтон полагал, что война в Югославии, а также непримиримость в отношениях между Индией и Пакистаном, представляли собой межцивилизационный конфликт.
Исследователь выделял девять типов цивилизаций: западную, православную, исламскую, индуистскую, синскую (китайскую), японскую, латиноамериканскую, африканскую и буддистскую. Хантингтон считал, что приверженность Запада к универсальным ценностям и демократии в широком ее понимании будет встречать все большее противодействие со стороны других цивилизаций, прежде всего со стороны синской и исламской. Его выводы не раз подвергались критике. Например, всемирно известный лингвист и философ Ноам Хомский отметил, что концепция Хантингтона служит удобным оправданием для агрессивного гегемонизма США после холодной войны, когда Советский Союз сошел со сцены.
Когда Кирон Скиннер упомянула «острое столкновение цивилизаций», она всего лишь процитировала теорию Сэмюэла Хантингтона. Однако, как верно подметила в своем заявлении медиакорпорация Китая, Хантингтон призывал Запад не насаждать свои ценности другим цивилизациям, он ратовал за равноправный диалог и сотрудничество.
По сути, мы видим извращение идей маститого ученого. Официальные лица изображают США конфликт с Китаем как расовую войну, когда Вашингтон не предоставляет убедительные аргументы в своей моральной правоте, но предпочитает заявлять о межцивилизационном конфликте. Ведя себя подобно слону в посудной лавке, США уже давно выглядят в неблагоприятном свете в глазах международного сообщества, предоставляя дополнительные козыри тому же Китаю, не раз страдавшему от чужеземных «господ» на своей собственной земле.
Существует немало причин, по которым политика Китая под властью КПК может вызвать у стороннего наблюдателя возражения. Но рассматривать столкновение западного мира и китайской цивилизации только в силу того, что они принципиально «разные» – это предательство тех самых западных ценностей, которые последние десятилетия насаждаются во всем мире при помощи продвинутой либеральной повестки. Складывается впечатление, что еще немного, и чиновники Трампа заговорят о новой «желтой опасности» в соответствии с пропагандистскими клише начала прошлого века в отношении китайских иммигрантов или японцев во времена Второй мировой войны.
Проходят столетия, но, кажется, в американском снисходительном отношении к остальному миру ничего не меняется. Джордж Вашингтон считал, что китайцы должны были быть белыми, принимая во внимание то, насколько развита их цивилизация.
Многие в администрациях президентов Дуайта Эйзенхауэра и Джона Кеннеди не доверяли китайцам в силу своего расового предубеждения против азиатов. Когда Хиллари Клинтон провозглашает: «США великие, потому что мы хорошие», а советник Трампа по национальной безопасности Джон Болтон заявляет о возрождении «доктрины Монро» (знаменитая «политика большой дубинки» в отношении стран Латинской Америки), мы наблюдаем разные проявления одного и того же: американского империалистического гегемонизма.
«Доктрина Трампа» превратила торговую войну с Китаем в одно из главных обязательств действующей американской администрации. Но рассматривая Китай с расовых позиций в ипостаси иной цивилизации, «доктрина Трампа» предполагает излишне рискованную и агрессивную внешнюю политику. Сам взгляд американцев на международные отношения как на арену столкновения цивилизационных моделей при наихудшем сценарии может угрожать существованию самой цивилизации.