Первопричина очередного конфликта вокруг Косово в том, что Приштина ввела 100% пошлины на грузы из двух стран – Сербии и Боснии и Герцеговины, а также запретила ввоз через границу края любых товаров без специальной косовской маркировки. Математика тут простая – товары из этих стран на территории Косово теперь подорожают вдвое и никому не будут нужны. При этом поставщики, получая косовскую маркировку, как бы идут на поклон и признают полномочия местной власти, которую они на самом деле не признают.
То есть обокрасть было мало – нужно еще и унизить. Это вполне в албанском духе.
В таком демонстративном шаге нет никакого экономического резона. В нем нет ни протекционизма, ни «поддержки отечественного производителя». Край болезненно зависим от импорта, треть его жителей относятся к безработным, а половина тех, кто все-таки работает, устроены в госсектор квазигосударства. В конечном итоге не выиграет никто, а проиграет местное население (от роста цен), в первую очередь сербское, а особенно та его часть, чей бизнес завязан на импорте товаров с большой земли.
Речь в данном случае идет о банальном шантаже. Сербию и Боснию подталкивают к признанию Республики Косово, обернув привычные для местных функционеров бандитские методы («как сказал, так и будет! нож видишь?») в упаковку как бы цивилизованных. Есть сомнения, что бывший полевой командир и нынешний президент Косово Хашим Тачи вообще знает значение слова «протекционизм».
В глазах Сербии такие «намеки» – вопиющая наглость пополам с грубым хамством. В свою очередь две трети руководства Боснии и Герцеговины с удовольствием признали бы Косово (там знают толк в сепаратизме), но руководство входящей в состав фактически конфедеративной БиГ Республики Сербской неоднократно предупреждало: в случае, если Сараево признает Приштину, Баня-Лука (столица РС) окончательно уйдет в раскол, а это на все 100% означает новую войну.
Новой войны на Балканах на Западе пока не хотят – хватает других проблем. Там лицемерно чтят себя миротворцами, положившими конец как Боснийской, так и Косовской войне (да, военную агрессию против сербов там называют миротворчеством). Но все-таки помнят специфику Балкан: чиркни спичкой – всё заполыхало. И хотя терпеть не могут принципиального и надоедливого президента РС Милорада Додика (не в последнюю очередь – за его демонстративную поддержку Москвы по всем вопросам), вынуждены считаться с его мнением и спичками лишний раз не чиркать.
Другое дело, что ранее в руки косовским албанцам эти же люди вручили целый коробок. Приштина уже давно испытывает терпение Белграда на прочность, пользуясь любыми, в том числе откровенно мальчишескими поводами, чтобы вывести сербов из себя. Для самих сербов ситуация зависла на грани подготовки к новой войне, чего пока не произносят публично, но не «под запись» произносят, причем гораздо чаще, чем прежде, включая даже 2008 год, когда косовский парламент объявил об отделении края от Сербии под именем Республики Косово, а США и большинство стран ЕС это решение признали, нарушив тем самым прежние договоренности и резолюцию Совбеза ООН.
Опасность сложившейся ситуации в Европе, в общем-то, понимают. Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини отреагировала на введение пошлин категорично: «Правительство Косово должно немедленно аннулировать эти решения». Но если кто-то думает, что бывшие албанские боевики впадают от голоса Могерини или любого другого представителя Брюсселя в ступор, он ошибается. Косовары послали европейские возражения куда подальше даже по вопросу создания собственной армии, хотя десять лет назад европейцы клялись, что подобного не будет и не может быть никогда, а албанцы им вроде бы даже поддакивали.
Что до США, им происходящее фиолетово – пусть Европа сама разбирается, если очень нужно. Там поддерживают Косово всегда и просто по умолчанию – это американский политический проект, в этом квазигосударстве расположена их самая большая на континенте военная база, а в остальном – творите что хотите. Хоть пошлины вводите, хоть стену на границе стройте – Дональд Трамп сам всё это любит и по-человечески вас поймет.
Не то чтобы приштинские албанцы не пошли на попятную вообще ни при каких обстоятельствах. Если им нужно, обязательно пойдут, но потребуют чего-то взамен. Причем не обязательно от Белграда, можно и от Брюсселя, ведь этими пошлинами они «берут на понт» и европейскую бюрократию тоже. Президент Сербии считает, что наиболее желанный для албанцев «приз» – облегчение визового режима со странами ЕС. Как известно, признав появление в Европе «молодой косовской демократии», европейцы не сочли косоваров достаточно демократичными для безвизового режима и единого рынка труда. Поэтому в миграционном кризисе, захлестнувшем Евросоюз несколько лет назад, была и довольно значительная косовская волна, от которой европейцы потом отгородились постановлением, что беженцев из Косово не бывает, ведь там всё безопасно, мирно и благостно.
Вучич подчеркивает и другие мотивы албанцев – желание «по-тихому провести мощнейшую этническую чистку сербов на территории Косово и Метохии» и «провоцирование конфликта для полной дестабилизации региона ради чьих-то интересов». Насчет этнической чистки – верится, конечно, не сразу, хотя албанцы – люди опытные и поднаторели в этом деле, а президенту Сербии уж точно виднее. В любом случае, уровень жизни сербов Ибарского Колашина или Северного Косово – примыкающих к Большой Сербии земель, которые населены сербами и не контролируются из Приштины – после введения пошлин резко упадет, а люди там отнюдь не жируют. И в конечном итоге конфликт может разгореться и в Северном Косово, и в Боснии, если она все-таки рискнет пойти навстречу Приштине.
Война и этнические чистки – страшные слова, и Вучич сейчас откровенно стращает Европу. И при этом – не без изящества берет на себя миротворческую функцию. В частности, в специальном обращении к нации он заявил:
«Мы много пролили крови на этой земле, и у нас больше нет жизней, которыми мы бы оплачивали свободу и будущее, поэтому мы должны сделать все, чтобы сохранить мир... Белград будет вести себя предельно рационально и ответственно и принимать решения для защиты и в интересах своего народа».
То есть он не грозит войной, а подчеркивает ее фактическую неизбежность и то, чем именно будет руководствоваться Сербия под его управлением в случае открытого конфликта. Одна из задач политика – объяснить интересами нации всякий случай, когда войска остались в казармах или, наоборот, покинули свои казармы. Но глава сербского государства хочет, чтобы весь мир услышал: после подсчета всех «за» и «против» возможен любой вариант. Ввод в Косово сербских войск для защиты населения Ибарского Колашина – это тоже вариант (пока нежелательный, но, кстати, не самый худший).
Для Вучича всё происходящее – серьезный вызов. Он понимает, что не может отступить или даже просто проиграть в этом споре, поскольку косовские сербы и значительная часть его электората воспримет это как предательство святынь и попрание основ (да, кооперация с косовскими сербами – в их числе). Но войны он совершенно точно не хочет, по крайней мере, не сейчас, когда перевооружение сербской армии (в основном за счет России, кстати) еще не завершено. Поэтому сделал упор на дипломатию и в целом ведет себя довольно уверенно.
Его обращению к нации предшествовало срочное заседание сербского Совета безопасности, по итогам которого Вучич сперва провел встречу с послами России и Китая (в его формулировке – «русскими и китайскими друзьями»), а после с послами США, Великобритании, Франции, Германии и Италии.
Последним четырем державам теперь придется искать управу на созданного ими монстра – косовскую государственность. Пока существует угроза отрезать Ибарский Колашин от Сербии, говорить о том, что статус-кво на Балканах сохраняется, что война закончена, а регион застрахован от новых этнических чисток, означает нагло врать в глаза, приписывая себе несуществующие заслуги и отмазывая неблаговидные методы своих предшественников.
А если управу найти не удастся, угрожающие образы из речей президента Сербии могут воплотиться в реальность буквально сами собой, и тогда регион действительно «придет к полной катастрофе».
Когда это случится, самым трудным для опытнейшего дипломата Сергея Лаврова будет удержаться от реплики в адрес «уважаемых западных партнеров»: «Мы ж вас, дебилы, предупреждали».