Альпарслан Челик, который, по словам главы турецкого МИДа Мевлюта Чавушоглу, подтвердил, что это он убил командира сбитого российского Су-24, на собственном опыте проверяет, каково это – быть пешкой в сложных геополитических играх великих держав. Самое неприятное в его случае то, что у Челика нет ни малейшего шанса на изменение этой ситуации до самой своей смерти.
Публичность ситуации вокруг Челика заставляет людей, замешанных в антироссийских действиях с оружием в руках, примеривать ее на себя
Подозреваемый в убийстве Олега Пешкова приговорен в Турции к пяти годам заключения за незаконное владение оружием. Похоже, Анкара решила держать столь ценный «актив» для отношений с Россией под максимально плотным собственным контролем.
Для России добиться наказания причастных к уничтожению российского Су-24 и убийству Олега Пешкова является вопросом принципа. В распоряжении государства есть широкий спектр мер для решения такого рода задач, включая спецоперации. Как известно, российские спецслужбы поднаторели в ликвидации боевиков и террористов, причем не всегда это происходит на территории России.
Однако, судя по всему, в данном случае решено добиваться выдачи Челика российскому правосудию и идти именно легальным путем.
Причины такого решения видятся простыми. Ходят многочисленные слухи и легенды о работе российских спецслужб, но в большинстве случаев невозможно судить, насколько они соответствуют реальности. В данном же случае для России важно донести послание до всего мира: за подобные действия в нарушение правил и законов войны (убийство катапультирующегося российского пилота) обязательно последует расплата. Даже если на это потребуется очень много времени.
В отличие от людей, государство может себе позволить ждать очень долго. Его хватка с течением времени не ослабевает.
Челик живет с осознанием, что в любой момент – завтра, через пятнадцать или тридцать лет – Турция может все-таки договориться с Москвой и отдать его в руки российского правосудия.
Публичность ситуации вокруг Челика заставляет людей, замешанных в антироссийских действиях с оружием в руках, примеривать ее на себя. Иначе говоря, осознавать, что это значит – столкнуться с российской машиной возмездия, которая готова потратить столько времени, сколько потребуется, чтобы добиться своего.
Немаловажным является и то, что Альпарслан Челик расплачивается уже сейчас. Вряд ли турецкие места заключения лучше и приятнее российских.
С одной стороны, он является для Турции козырем, который Анкара может использовать при политической торговле с Кремлем. С другой, легко предположить, что Челик может обладать информацией, попадания которой в руки Кремля высокопоставленные турецкие лица допустить никак не могут. Все-таки в инциденте со сбитым бомбардировщиком остается много белых пятен, некоторые из которых мог бы прояснить Челик. Можно предположить, что перспективы его выдачи России весьма туманны, но от этого Челику не легче.
Он оказался между молотом и наковальней, и ему суждено находиться в этом положении всю оставшуюся жизнь. При этом нет никакой гарантии, что эта оставшаяся жизнь будет долгой – именно в силу того, что он может являться носителем слишком опасной для многих в Анкаре информации.
Что касается позиции турецких властей, то, как известно, они откровенно тянут время в вопросе передачи России разыскиваемых лиц, причем речь не только о Челике, но и о немалом количестве российских боевиков, нашедших на территории Турции убежище. Однако и эта ситуация в конечном счете не слишком благоприятна для Анкары.
Турция несколько десятилетий поощряла, поддерживала и предоставляла убежище людям, воевавшим против России с оружием в руках. Теперь в силу политических изменений Анкара подвесила судьбу этих людей на нитку.
Это положение дел не могут не проецировать на себя представители других военно-политических сил, например радикальные исламисты, воевавшие против Асада в Сирии и получавшие содействие Турции. А это, в свою очередь, влияет на репутацию Турции как державы, на которую хотели бы положиться люди, выполняющие для нее сомнительную работу.
Что касается России, то, как и было сказано: она может себе позволить подождать. Рано или поздно Москва в любом случае получит устраивающий ее результат.