О бедствии национального масштаба в связи с массовым распространением опиоидов Дональд Трамп заявил еще в августе. В четверг же выяснилось, что на следующей неделе президент планирует объявить в стране чрезвычайное положение. «С опиумом страшная чрезвычайная ситуация», – пояснил он в интервью телеканалу Fox.
Основания для столь жестких оценок у Трампа имеются – за последние 20 лет зависимость от наркотиков приобрела характер эпидемии. Ежегодно героин и родственные ему обезболивающие лекарства отправляют на тот свет больше американцев, чем огнестрельное оружие и ДТП (порядка 50 тысяч), а передозировка стала главной причиной смерти граждан США в возрасте до 50 лет.
Прошел август, минул сентябрь, на исходе октябрь, и пока что Белому дому удалось добиться немногого. Однако картина бедствия стала более четкой. Самым страшным в ней оказалось то, что эта эпидемия носит искусственный характер. Ее спровоцировали владельцы фармацевтических компаний, навязывавшие врачам, а через них и пациентам родственные героину препараты.
Эти фирмы продолжают процветать и сегодня. Их владельцы зарабатывают миллиарды долларов в год и даже думать не хотят о том, чтобы сократить выпуск своих смертельно опасных лекарств.
Журналисты попытались выйти на конкретных выгодополучателей опиоидной эпидемии. Это оказалось не самым простым делом. Например, компания «Пердью Фарма», выпускавшая печально известный оксиконтин, находится в частном владении, что позволяет не разглашать список ее владельцев. Общественность знала имена лишь некоторых членов совета директоров. Теперь же выяснилось, что фактическим владельцем фармацевтического гиганта является семья Саклер – это было их большой и очень грязной тайной.
Патриарх семейства Артур Саклер – идеальное воплощение «американской мечты». Его родители, выросшие в нищих еврейских местечках Галиции и Польши, эмигрировали в Америку в 1920-е, поселились в Бруклине и, отказывая себе буквально во всем, сумели дать всем трем сыновьям высшее медицинское образование. Окончив университет, Саклер занялся маркетингом лекарств и произвел в этой отрасли настоящую революцию. Проще говоря, стал продвигать препараты на рынке столь же агрессивно, как кукурузные хлопья или шоколад.
|
Артур Саклер (фото: Smithsonian's Freer and Sackler Galleries/flickr.com)
|
Прежде лучшей рекламой считались положительные отзывы практикующих врачей. Саклер эти отзывы попросту подделывал. Продвигая мощные транквилизаторы, предназначенные для лечения острых психозов, он уговаривал медиков прописывать их по любому поводу – от легкой депрессии до волнения перед экзаменами. Благодаря его тактике к 1973 году американские доктора стали выписывать по 100 миллионов рецептов на транквилизаторы в год. «Валиум превращал людей в наркоманов, но он реально работал», – вспоминал впоследствии сотрудник Артура Саклера.
Купив в 1952 году небольшую фармкомпанию, «революционер» привлек к работе своих братьев (Раймонда и Монтгомери) и вложил все свои силы в новые подходы к продвижению лекарств на рынок. В частности, стал издавать собственный научный журнал, в котором известные медики за большие гонорары печатали положительные отзывы о его препаратах. Эта «заказуха» действительно выглядела как научная работа и создавала лекарствам Саклера хорошую репутацию.
На поток был поставлен и подкуп врачей. Саклеры регулярно устраивали для них «семинары» в шикарных отелях, щедро угощали, выдавали «командировочные» на расходы. В своих последующих статьях медики страстно доказывали медицинскому сообществу, что лекарства от Саклеров – подлинная панацея.
К 1995 году фирма Саклеров, получившая к тому времени название «Пердью Фарма», занялась разработкой сильного обезболивающего под названием оксиконтин. По своему химическому составу он был родствен героину. В основном подобные препараты назначаются тем пациентам, которые восстанавливаются после сложных операций или переживают терминальную стадию рака. В подавляющем большинстве стран мира они продаются строго по рецепту, который выписывается на минимальные дозы и не возобновляется автоматически. До середины 1990-х годов усиленный контроль над опиоидными обезболивающими существовал и в США. Однако Саклеры сумели его разрушить.
Прикормленные братьями врачи развернули целую кампанию по «борьбе с болью». Появилось устойчивое выражение «хроническая боль», подозрительно напоминавшее «хроническую усталость». Светила медицины доказывали, что терпеть даже легкую боль – это унизительно для пациента. Множились научные работы, доказывавшие, что оксиконтин – нетрадиционный опиоид и не вызывает привыкания. А пресса охотно писала, ссылаясь на исследования, что новое обезболивающее стоит применять не только после операций или при тяжелых заболеваниях, но и при артрите, переломах, мигрени, вывихах и болях в мышцах, вызванных гриппом. Специалисты по боли даже придумали термин «опиофобия», утверждая, что это «медицинский миф».
Колоссальная рекламная кампания практически навязывала обезболивающее по всей стране. В некоторых штатах врачам разрешалось выдавать неимущим пациентам первые порции оксиконтина бесплатно – за следующей дозой пациент обычно приходил сам.
А что же государство? Управление по санитарному контролю за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) разрешило назначение оксиконтина при умеренной и сильной боли. Сотрудник управления, доктор Кертис Райт протолкнул формулировку, утверждавшую, что это средство лучше других опиоидных обезболивающих: «Представляется, что оно снижает риск возникновения зависимости». Вскоре Райт уволился из FDA. По странному совпадению, новую должность ему предложили в «Пердью Фарма».
К 2000 году оксиконтин приносил Саклерам по миллиарду долларов в год. Как и положено опиоиду, он вызывал у пациентов привыкание, и необходимая доза постоянно росла. Пытаясь распрощаться с лекарством, они испытывали ломку и вынуждены были вновь идти к врачу за рецептом. Те, у кого не хватало денег, переходили на героин – ближайший родственник оксиконтина.
Как следствие, быстро возник черный рынок обезболивающего. Врачи за взятку выписывали рецепт, пациент покупал лекарство и перепродавал его по одной таблетке всем нуждающимся. На «Пердью Фарма» тысячи раз подавали в суд родственники умерших пациентов, однако каждый раз фирма или откупалась, или платила относительно небольшие штрафы.
В 2010 году Саклеры были все-таки вынуждены снять оксиконтин с продажи, но быстро выпустили препарат с похожим названием и такими же характеристиками. К тому времени США уже накрыла эпидемия опиоидной наркомании. Ежегодно врачи выписывали порядка 250 миллионов рецептов на опиоидные обезболивающие. Сегодня американцы потребляют треть всех опиоидов, производящихся в мире.
Неудивительно, что Саклеры остаются одной из богатейших семей США. «Форбс» оценивает их состояние в 13 миллиардов долларов при ежегодном доходе в 700 миллионов долларов. Сам Артур Саклер скончался в 1987 году, завещав наследникам: «Делайте мир лучше». Дело перешло к его племянникам.
Сейчас члены многочисленного клана руководят благотворительными фондами и некоммерческими организациями, получают ордена и медали за филантропию и меценатство, выплачивают стипендии одаренным студентам и начинающим врачам. В честь семейства названы институты и факультеты известных университетов и целые разделы таких музеев, как Лувр и Метрополитен. Один прикормленный искусствовед написал об Артуре Саклере книжку, назвав бизнесмена «современным Медичи».
Единственное, чего старательно избегали эти вполне публичные персоны, – любого упоминания о своих связях с «Пердью Фарма».
Теперь журналисты, расследовавшие происхождение богатства Саклеров, пытаются воззвать к общественному мнению и призывают университеты и музеи снять фамилию скандальных фармацевтов. Но те отмалчиваются – Саклеры щедро инвестируют в свою репутацию.
А тем временем «Пердью Фарма» наращивает свое присутствие на мировом рынке. Медицинские сообщества Бразилии, Китая, Мексики, Ближнего Востока обрабатываются по известной схеме – семинары в роскошных отелях, гранты, стипендии, щедрые гонорары за научные статьи. Нанятые Саклерами специалисты вновь клеймят «опиофобию» и насчитывают миллионы пациентов, якобы страдающих от «хронических болей». В одной только Мексике эксперты «Пердью Фарма» нашли 28 миллионов таких страдальцев – это четверть всего населения страны.
«Мы должны обеспечить доступ к нашим обезболивающим каждому потребителю на рынках развивающихся стран», – заявил журналу «Нью-Йоркер» Раман Сингх, один из руководителей дочерней компании Саклеров.
Снятый с продаж в США оксиконтин продается теперь даже в Канаде. А три года назад FDA разрешило Саклерам рекламировать опиоидные обезболивающие для детей начиная с 11 лет.
Организаторы опиоидной эпидемии в США наслаждаются не только жизнью, но и всеобщим уважением. Их не критикуют правозащитники, их дела не расследуют отважные прокуроры, никто не запускает против них флешмобов в «Фейсбуке». Имя Артура Саклера продолжает красоваться в Зале Славы медицинского маркетинга.
Невольно напрашивается сравнение с продюсером Харви Вайнштейном, чью репутацию секс-скандал разрушил за считаные дни. Но Саклерам подобный крах не грозит, ведь они не ссорились со звездами Голливуда, а «всего лишь» развязали опиумную войну против своих соотечественников.